Календарь убийцы - Изабелла Мальдонадо Страница 9

– Вега, в чем дело? – Флинт вопросительно поднял брови.

Дани тщательно обдумала то, что скажет ему, во время спуска на лифте с четырнадцатого этажа. Она решила подойти к проблеме издалека, прощупать почву, прежде чем прямо изложить свою ситуацию.

– Что нужно для того, чтобы нью-йоркская полиция заново открыла закрытое расследование убийства?

У Флинта от удивления округлились глаза.

– Все зависит от того, на каком основании оно было закрыто. Вы имеете в виду задержание подозреваемого, исключительные обстоятельства или отсутствие состава преступления?

Дани прекрасно понимала разницу. Дело закрывается после задержания подозреваемого, которому предъявляются официальные обвинения. Также дело может быть закрыто, если расследование покажет, что на самом деле никакого преступления не было. В случае с предполагаемым убийством такое может произойти, если выяснится, что жертва покончила с собой, погибла в результате несчастного случая или умерла от естественных причин.

– Я имею в виду исключительные обстоятельства.

– То есть подозреваемый умер?

Дани нисколько не удивилась тому, что Флинт сделал именно такое заключение. Расследование закрывается ввиду исключительных обстоятельств только в том случае, когда личность преступника установлена, однако он не может предстать перед судом. Обыкновенно такое происходит в случае смерти подозреваемого. Если же тот, кому предъявлены обвинения, бежал в страну, с которой нет соглашения об экстрадиции, или же просто невозможно установить его местонахождение, дело получает классификацию «неактивное, ордер в наличии» до тех пор, пока подозреваемый не будет задержан. И тогда будет вынесено постановление о закрытии дела «в связи с арестом подозреваемого».

– В данном случае окружная прокуратура отказалась от предъявления обвинений, – покачала головой Дани.

– Почему? – Флинт скрестил руки на груди.

– Подозреваемого задержали, но он был признан психически невменяемым и не смог предстать перед судом.

– И вот теперь подозреваемый поправился?

Еще одно логическое предположение, но ошибочное.

– Возможно, но дело не в этом, – сказала Дани. – Что, если подозреваемый не совершал это убийство?

– Вега, вы говорите загадками, – сказал Флинт. – Кончайте ходить вокруг да около и выкладывайте все начистоту. – Он нахмурился. – Вот почему вы захотели поболтать со мной?

Сознавая, что, если она хочет чего-то добиться от следователя, ей придется ему довериться, Дани направилась в парк, и Флинт последовал за ней. На протяжении следующих двадцати минут они обсуждали обстоятельства убийства отца Дани и ее недавнее посещение своей матери в клинике «Бельвю».

– Дани, мне очень прискорбно слышать, что тебе пришлось пройти через такое, – тихо произнес Флинт, когда она закончила.

Следователь обратился к ней по имени и проявил искреннее сочувствие. Вега подумала о том, сколько раз ему приходилось произносить слова утешения скорбящим родственникам жертвы убийства. Также это говорило о том, что Флинт переключился в режим ищейки.

– Не могу сказать, что я с этим смирилась, – сказала Дани. – Смириться с таким невозможно, но я готова обсудить дело.

Оценив ситуацию, Флинт принял решение:

– Когда ты в день убийства вернулась из школы домой, входная дверь была заперта?

Дани возбудила в нем интерес. Это было уже что-то.

– Мне пришлось отпирать ее своим ключом, – подтвердила она. – Иногда дверь мне открывал папа, но только не тогда, когда у него бывали сильные головокружения.

Дани объяснила, что ее отца комиссовали с военной службы после травматического расстройства головного мозга.

– Ты сказала, в квартире, кроме твоих родителей, никого не было. – Это было произнесено как утверждение, после чего последовал вопрос: – Откуда появилось орудие убийства?

– Это был кухонный нож, он лежал на кухне, – ответила Дани. – Его не принесли на место преступления со стороны.

Поколебавшись мгновение, Флинт понизил голос:

– Насколько ты уверена в том, что последнее… заявление твоей матери основано на реальности?

Он добрался до самого сердца проблемы. Дани почувствовала, что должна быть откровенна до конца.

– Когда мама это говорила, она казалась полностью вменяемой, однако полной уверенности у меня нет. Точно так же не было полной уверенности и у ее лечащего психиатра. В настоящее время моя мать – это не та женщина, которую я знала в детстве, но даже тогда она отличалась неуравновешенностью. – Увидев, что Флинт ничего не говорит, Вега продолжала: – После смерти отца прошло несколько лет, прежде чем мать вообще начала хоть что-то говорить. Затем она стала цитировать Священное Писание. Осознанные фразы мать начала произносить всего пару дней назад, поэтому, полагаю, то, что она сказала, очень важно. И еще она попросила, чтобы я пришла.

– Твоей матери известно, что ты федеральный агент?

– Сомневаюсь. Вероятно, она хотела рассказать именно мне, потому что я единственная, кто был там в тот день. – Дани опустила взгляд. – Это я ее нашла. Я дала показания против нее.

– Значит, вот в чем все дело? – мягко спросил Флинт. – Ты чувствуешь свою вину, потому что твои слова стали основанием для ареста матери?

– Мои брат и сестра рассчитывают на меня, верят в то, что я выясню правду.

– А если правда будет означать, что ты ошиблась?

– Значит, я исправлю свою ошибку.

– Ну а если правда будет означать, что ты была права?

– В таком случае мать или лжет, или бредит, – сказала Дани. – И хуже от этого никому не станет.

Флинт долго молча смотрел на нее.

– Как звали следователя, который тебя допрашивал?

– Стэн Чапмен.

– Старая гвардия, – одобрительно произнес Флинт. – Встречался с ним несколько раз. В Бронксе он легенда.

Дани надеялась на то, что Флинт знает Чапмена достаточно хорошо, чтобы попросить об одолжении, но готова была считать, что ей повезло, если Чапмен не вышел в отставку и не перебрался во Флориду, подобно многим своим коллегам.

– Значит, он по-прежнему работает в полиции?

– Вероятно, осталось ему уже совсем недолго, – сказал Флинт. – Он прослужил больше тридцати пяти лет.

– Это было давно, но, может быть, Чапмен меня вспомнит, – прозрачно намекнула Дани.

Не высказав это прямо, она попросила о том, чтобы ее представили следователю. Теперь оставалось только ждать, как поступит Флинт.

После долгих размышлений тот достал телефон и ткнул пальцем в экран.

– Говорит Флинт. Мне нужен номер сотового следователя Стэна Чапмена. – Выслушав то, что ему сказали, он добавил: – «Убойный» отдел Бронкса.

Глава 7

Отдел расследования убийств полиции Бронкса

Симпсон-стрит, Бронкс

Предъявив свое удостоверение дежурному на входе, Дани направилась следом за Флинтом по отделанному деревом коридору, свидетельству минувшей эпохи. В прошлом 41-й округ Управления полиции Нью-Йорка, это насчитывающее сто лет здание в стиле неоренессанса, известное как Форт-Апач, было переоборудовано в следственный отдел Бронкса.

Флинт остановился перед массивной деревянной дверью,