Убить Голиафа - Марина Валерьевна Герасимова Страница 76

то и потребности у него ещё есть и эстетические, и культурные, и познавательные. Вот наполненный деньгами карман – это то, что эти потребности может обеспечить, а потому именно он имеет первостепенную важность. Сами же потребности отходят на второй план. Они важны, но уже не так. Русское же мышление не обкрадывает нашу жизнь, нацеливая человека на «иметь». Для русскоязычного менталитета важно всё, причём, это всё в зависимости от ситуации меняет свои окончания, обретает разные очертания и оттенки с помощью приставок и суффиксов. Поэтому, если человек говорит и думает на русском, даже если он надел англосаксонские «одежды» на своё мышление, для него не всё потеряно. Человек – существо изменчивое, и в течение жизни может менять своё мировоззрение не один раз.

Мы дошли до реки и остановились рядом с Андреем и Константином, которые, как мальчишки, кидали в воду камешки, соревнуясь, у кого кругов на воде получится больше. Мой вице Андрей оказался более проворным: его камешки летели далеко, несколько раз касаясь воды и создавая массу концентрических кругов при своём с ней соприкосновении.

– И поможет нам в этом наша природная искренность, – вставил в наш с Иваном разговор своё слово Константин, который услышал последние фразы, – мы действительно отличаемся от Запада. И в первую очередь своей искренностью. Когда немцы, побывав в гостях у нас, уезжают со слезами, они не могут объяснить, в чём разница. Не могут понять, почему в Германии, где все улыбаются и доброжелательны друг к другу, душевно холоднее, чем здесь. Хотя в России просто так никто не улыбается, и, если на душе – хреново, а сейчас хреново большинству людей, то люди выглядят насупленными, уставшими и омрачёнными. Без масок. Русские даже не желают их иметь и, тем более, надевать без надобности. Искренности здесь больше. А это дорогого стоит.

– Да, искренность – это наше самое большое духовное достояние, – подхватил Андрей, чтобы тут же повернуть разговор в нужное ему русло. – Сегодня ты должен убедить премьера в нашей правоте, в том, что идея русского духа – действительно, работоспособная идея.

– Хорошо, – ответил я, понимания, что отвертеться не получится, да и не нужно. Идея неплохая. Хотя в чём-то наивная, в чём-то непроработанная. И, если во главу угла ставить справедливость, ведь русский дух – это дух, в первую очередь, справедливости, то о каком олигархате может быть речь? Эти два понятия вряд ли совместимы. Почему это очевидно мне, но не очевидно им? Не потому ли, что я потерял память и свободен от своей привязанности к имуществу, деньгам, бизнесу? В общем, если хотят срубить сук, на котором сидят, – их право.

Мы с Иваном продолжили прогулку вдоль берега.

– Кто такие мы? – решил я, что пора услышать ответ и на этот вопрос из уст Ивана.

– Мы – это сообщество людей, которым не безразлична судьба нашей страны, не безразлична судьба мира. Вряд ли мы когда-нибудь оформимся в партию «Великая Россия». Потому что мы больше партии, ведь партия действует внутри государства. Наши же цели – надгосударственные. Мы хотим добра и справедливости всему миру.

– Разве подобного уже не было? Идеи мировой революции. Интернационал.

Хорошо, что я уже успел прочитать учебник истории МГУ.

– События развиваются по спирали. Поэтому нет ничего удивительного, что мы оказались опять в том же месте, вот только на шаг выше. Мы против революций. Равно как против любой насильственной смены власти. Всё можно сделать изнутри. Но для этого нужно развивать мышление, делать его добрым, по-настоящему русским. И это нужно делать, в том числе, и с нашими руководителями. Нет смысла проливать кровь и менять шило на мыло. Разумнее, изменить их дух, убрав жидовское и англо-саксонское ограниченное собственным благосостоянием мышление, на мышление соборное, истинно русское, заботящееся не только о русской общности, но и обо всём мире. И уж тем более о каждом человеке, эту общность составляющего и этот мир населяющего.

Когда прибыл премьер, я уже был достаточно подкован, чтобы с толком и расстановкой поведать ему идеи, которые уполномочила меня ему озвучить «Великая Россия». Премьер выслушал меня, почти не перебивая. В конце он сказал:

– Интересно, конечно. Но утопично. Если мы посмотрим вокруг, то увидим всё больше невежество, грубость, зависть, озлобленность. Социализм семьдесят лет строили и построили, а что получили в девяностые? Столько пены поднялось! Столько грязи всколыхнулось! Где был наш русский дух в это время? Где он сейчас, когда украинцы, то есть русские, живущие на окраине, стреляют по таким же украинцам – всё тем же русским, живущим на окраине и говорящим по-русски. Скажешь, мова виновата?

– В какой-то степени да. Ведь это искусственно созданный язык. И созданный далеко не высшим разумом. Но язык – не главная, хотя и очень важная вещь. Уверен, что и среди англоязычного населения могут быть люди с русским духом, хотя ни одного слова по-русски не знают. Их гибкость мышления воспитана не языком, а жизненным опытом и мудрыми наставниками. И, наоборот, среди говорящих по-русски много настоящих жидов и паразитов. Потому нужно массовое воспитание. Язык же – это инструмент, развивающий мозг. Нельзя его упрощать; нужно, наоборот, следить за тем, чтобы словесный запас людей был как можно шире. Тогда и мыслить будут шире. Русская смекалка, любознательность, изобретательность – это всё последствия мышления на гибком и богатом на оттенки языке.

Мы устроились в той самой беседке, в которой я не так давно при закате разглядел мадонну в неврологе Свете. Иван, Андрей, олигархи Константин Добрынин и Толик Вершинин были тут же. Виктор и мои топ-менеджеры Альберт и Денис занялись шашлыками, против которых премьер не только не возражал, но и выразил неподдельную радость, когда услышал, что у нас сегодня будут шашлыки. Этот сильно занятый человек, выдержавший сегодня прессинг серьёзного совещания, не прочь был отдохнуть и расслабиться в нашей мужской компании. Конечно же, он привёз в подарок очередную новинку чудо-техники, который вместе со мной он тут же принялся рассматривать, перечисляя все достоинства девайса. Серьёзный человек, руководит правительством самой большой в мире страны. А любит игрушки, как ребёнок. И я понял почему. Потому что, отдаваясь радости от изучения новой техники, он может быть самим собой, выказывать своё ликование, удивление, гордость, любознательность, не думая о том, что это не к месту или не по протоколу.

Уплетая за обе щеки шашлык, я осознал, что со вчерашнего дня был страшно голоден. Вкусное нежное мясо оказалось, как нельзя кстати. С удовольствием ел свою порцию и премьер. Не отставали и