Промис-Фоллс. Книги 1-4 + Отдельные детективы. 8 книг - Линвуд Баркли Страница 75

Уолден налетел на него, словно пушечное ядро. Схватил за грудки, притянул к самому лицу, отшвырнул на стол. Голова молодого человека откинулась, стукнулась о подвесную полку, зазвенели тарелки. Но Уолден на этом не остановился – сгреб Виктора что было сил и на этот раз бросил на пол.

Он был на три десятилетия старше, но без труда расправлялся с гостем. Может, помогала ярость или похмелье жертвы.

– Никогда! – крикнул он. – Не смей говорить ничего подобного! – Уолден размахнулся ногой и пнул Виктора в бедро. Молодой человек свернулся и закрыл голову руками, чтобы следующий удар ботинка не пришелся в лицо.

– Простите! Господи, простите!

– Ты думаешь, тебе одному тяжело? – Фишер не мог успокоиться и продолжал кричать: – Будь проклята твоя самонадеянность, маленький говнюк!

– Успокойтесь! Я совсем не это хотел сказать!

Уолден упал на стул и, уронив руки на крышку стола, пытался отдышаться. Виктор медленно поднялся и, пододвинув стул, сел с другой стороны.

– Меня занесло.

Руки Фишера дрожали.

– Я не имел права говорить ничего подобного. Вы хороший человек и тоскуете по ней. Ко мне всегда хорошо относились. Вот вчера притащили сюда, я это ценю. Очень порядочно с вашей стороны.

Уолден посмотрел на свои руки, накрыл одну другой, чтобы унять дрожь, и медленно заговорил:

– У меня была Бет. – Виктор смотрел, не вполне понимая, куда гнет Фишер, и ждал. – У меня была Бет, – повторил тот, – и я должен был держаться. Бет сломалась и больше не оправилась. Что бы с ней стало и кто бы за нее отвечал, если бы я каждый вечер заливал горе в баре? Каково бы ей было? – Уолден поднял руку и осуждающим перстом указал на Виктора. – Я не имел права быть таким себялюбивым, как ты. Понимал свою ответственность. Не мог поддаться горестям, чтобы они овладели мной.

– Мне не за кого отвечать, – возразил Виктор. – Поэтому какая разница, как я себя веду?

– Ты спрашиваешь, какая разница? – переспросил Уолден. – В чем смысл?

– А есть ли вообще смысл теперь, когда ваша жена умерла? Когда вы потеряли человека – людей, – которыми больше всего дорожили? Где же смысл?

– Смысл в уважении к ним.

– Не понимаю.

– Когда ты ведешь себя так, как вел себя вчера, – это оскорбление Оливии.

– Почему? Что тут такого?

– Люди смотрят на тебя и думают: что это за человек? Не может взять себя в руки. Распустился, поддался горю. И недоумевают: неужели Оливия собиралась связать с таким жизнь? Твое поведение ее унижает. Делает хуже, чем она была на самом деле.

– Что за бред? Неужели у меня нет права оплакивать потерю?

– Есть, но не вечно. Наступает момент, когда нужно показать людям, из какого ты теста. Почему Оливия выбрала именно тебя. Чтобы все знали, что она верно оценила твой характер. Все дело в характере.

Виктор задумался.

– А вы? Каким образом вы ее чтите? Оливию? И Бет?

– Ищу собственный способ. – Уолден отвернулся к окну. – Тебе пора уходить.

– Хорошо. – Виктор оттолкнул стул.

– Из того, что ты наговорил вчера вечером, верно одно.

– Что?

– Человек никогда не должен опаздывать. – Уолден опустил голову, бросил взгляд на свою правую руку, заметил неровный ноготь, поднес к губам и обгрыз.

Глава 42

Дэвид

Я собирался сразу поехать по адресу Маршалла Кемпера, уборщика дома престарелых «Дэвидсон-плейс», который сказался больным и не вышел на работу. Надеялся, что он сможет вывести меня на Сариту Гомес.

Я чувствовал, что надо спешить, но понимал, что путь туда заведет меня в квартал, где, по словам Марлы, живет Дерек Каттер – тот самый молодой человек, от которого она забеременела. С ним тоже следовало поговорить, и это был лучший шанс застать его дома.

Поэтому я повернул налево и остановился перед кирпичным двухквартирным домом, возведенным без малейшего намека на какой-либо архитектурный стиль. Одна квартира располагалась на первом этаже, другая – на втором. Марла говорила, что Дерек живет в верхней с другими студентами. Я оставил машину у тротуара, подошел и позвонил в квартиру второго этажа.

На лестнице послышались торопливые шаги, и дверь открылась. Передо мной стояла девушка лет двадцати в спортивном костюме, с забранными в хвостик на затылке волосами.

– Вам кого? – спросила она.

– Привет. Я ищу Дерека.

Ее рот превратился в одну большую букву «О».

– О да, да! Он говорил, что звонил вчера вам поздно вечером после того, как заварилась вся кутерьма. Он будет рад вас видеть.

– Постойте… – начал было я.

Но девушка уже бежала вверх по лестнице, прыгая через две ступеньки и крича:

– Дерек, к тебе пришел отец! – На верхней площадке она, наверное, сразу развернулась, бросилась вниз и, когда секундой позже поравнялась со мной, крикнула: – Идите, а мне пора валить.

Когда я поднялся, передо мной открылась дверь и на меня удивленно уставился парень, как я понял, сам Дерек.

– Вы не мой отец.

В майке и боксерах он показался мне худым, ноги торчали из штанин, как две белые палки. Жиденькая бороденка, черные волосы падали на глаза.

– Нет. Прошу прощения, ваша девушка ошиблась, а у меня не было возможности ей объяснить.

– Она