Дамский террор - Татьяна Михайловна Чистова Страница 71

— Маргарита, приветствую. Как вы, как ваши дела? Как на новом месте?

Она сразу узнала Шалаева, будто видела, как тот улыбается, видела его лицо, волосы и золотую цепочку под воротником футболки. И помнила, кто он и зачем приезжал в их город. Придется уделить ему время, а телефон должен быть свободен, Черников может позвонить в любой момент, нельзя заставлять его ждать.

— Все хорошо, — сказала Рита. — А как вы, как ваше расследование?

— Ищем, — неопределенно сообщил Шалаев, — но почти все участники сделки в могиле или на пути к ней. Кстати, вы помните такую Гранину, женщина-валькирия? Она еще на черной «Тойоте» ездила.

— Разумеется, помню. А что такое?

Рита старалась говорить вежливо и даже проявляла заинтересованность, а телефон был занят уже почти пять минут. Это ее очень тревожило.

— «Тойоту» Граниной нашли сгоревшей на дороге, сама хозяйка была внутри. Ее сначала задушили, а потом уже подожгли машину, но пока точно неизвестно.

Новость никак не взволновала, не огорчила — вообще не было никаких эмоций. Вход рубль — выход два, платит каждый, и не обязательно деньгами. Раз Гранина сгорела в своей машине, то сгорел и ее архив. Это хорошо, он не попадет в чужие руки.

— Рита, я не за этим звоню, я грешен, — признался Шалаев, понизив голос, — я воспользовался служебным положением и узнал ваш номер.

— Слушаю вас, — Рита посмотрела в окно на террасу. По плитам пола носился одинокий кленовый лист, невесть как сюда залетевший, и бился о стенки.

— Рита, давайте встретимся, сходим куда-нибудь, — выпалил Шалаев единым духом, — я знаю неплохие места, вам понравится. Что скажете?

Рита села на широкий удобный подоконник, заваленный подушками тоже из коллекции норвежского дизайнера, как уверял ее прежний владелец квартиры. Стало наконец тепло, Рита прикрыла глаза и привалилась спиной к толстому стеклу.

— Хорошая мысль, — сказала она, — я вам перезвоню.

— Договорились, — обрадовался Шалаев, — я буду ждать. Звоните в любое время.

Рита нажала отбой и проверила мессенджер. Все ее сообщения висели там с одной серой галочкой — они так и не дошли до адресата. Рита писала Черникову через день, последний раз вчера, значит, надо будет написать завтра.

Она внесла номер Шалаева в черный список, удалила последний звонок, оделась и вышла на террасу. Ветер сразу ударил в лицо, Рита поплотнее запахнула пальто и взяла с мраморного столика бутылку шампанского с желтой этикеткой, сорвала фольгу. С пробки смотрела пожилая полная женщина, то ли уставшая, то ли задумчивая, она глядела мимо Риты — вдове не было до нее никакого дела, как и до сотен тысяч других вдов. Бутылка стояла тут с утра на ветру и холоде, пробка выскочила с легким хлопком. Рита налила шампанское в высокий бокал, отпила немного и прошлась по террасе вдоль высокой ограды. Пила ледяное шампанское и думала, что летом тут будет солнце, много солнца. Можно загорать хоть голой, никто не увидит. Но до лета еще далеко, когда еще оно наступит, это лето.