Натрия Хлорид - Юсси Адлер-Ольсен Страница 48

— Да, и зачем? Убийца хочет поиздеваться над нами или похвастаться своими деяниями? Или это подсказка, чтобы мы могли это остановить?

Карл подошел к стеклу с безответными вопросами. — Теперь мы можем для начала попробовать стереть пару этих строк.

Он указал на две нижние:

R7: Какого черта на местах преступлений оставлена соль?

A8: Убийства и подозрительные смерти в 2010 году. Какие именно?

— Я думаю, что вопрос Розы R7 теперь частично получил ответ. Мы не знаем, почему именно соль, но, как уже было сказано: из-за присутствия соли теперь, вероятно, следует полагать, что убийца сознательно хотел сообщить нам, что у преступлений один и тот же автор. Можем ли мы двигаться дальше с этой гипотезой?

Они кивнули.

— А что касается A8, то Асад нашел случай смерти, который вполне может оказаться тем самым убийством, которое мы ищем в 2010 году. — Карл одобрительно кивнул ему. — Теперь ты, во всяком случае, внес это на доску, Асад. Так что давайте продолжим, исходя из предположения, что жертвой в 2010 году стала биржевой консультант Пиа Лаугесен. Все согласны с Асадом?

Роза и Гордон кивнули.

Маркус Якобсен странным образом не выглядел особенно воодушевленным. Хотя Отделу Q теперь удалось связать пару старых смертей и, возможно, Рагнхильд Бенгтсен с теми висяками, которые Маркус сам им навязал, так почему же?

Начальник убойного отдела попытался вздохнуть, но звук был такой, будто ему что-то попало не в то горло. — Рагнхильд Бенгтсен лежала похороненной максимум в метре от двух других могил, и это бросается в глаза. Но после тщательного вскрытия и скрупулезного осмотра её могилы мы не нашли на ней или в ней никакой соли.

— И что с того? — Карл не понимал сути проблемы.

— Раз тела похоронены так уединенно и близко друг к другу, логично предположить, что преступники или те, кто стоял за убийствами, были одними и теми же. Тогда я просто спрашиваю: если два старых трупа имеют отношение к вашим делам, то почему её труп — нет?

— Может быть, это просто не ритуальное убийство, как остальные.

— Ритуальное? Что ты имеешь в виду?

— Она идет вне очереди. Она была убита не в то время.

Маркус опешил. — Это ты должен пояснить.

— Ну тогда пойдем в кабинет к остальным.

Маркус долго стоял и рассматривал схему на стене. По нему было видно, что он находит их выводы правдоподобными. Что действительно существовала закономерность как по годам, так и по датам, связывавшая эти дела.

Теперь он вздохнул по-настоящему. — В этой схеме всё еще полно дыр, друзья.

Асад встал перед ним, засунув руки в карманы. — Когда ты поедешь в PET и поможешь мне и моей семье? Сделаешь это сегодня?

Маркус кивнул.

— Хорошо. Но тогда я хочу рассказать тебе, во что я верю. Я верю, что те два тела, которые только что доставили в судмедэкспертизу, были убиты соответственно в 2018 и 2016 годах. Так что, если ты сделаешь мне одолжение, выкрутишь руки PET, а потом скажешь нам, кто эти двое убитых мужчин, то я уж постараюсь заполнить еще несколько полей в схеме.

— Асад, что заставляет тебя думать, что мы можем датировать убийства так точно? — парировал тот. — Они, может, пролежали там гораздо больше лет. Да их, может быть, даже годами держали в заморозке, прежде чем закопать.

— Я знаю, что это трудно, особенно если тела были засолены для сохранности. Но знаешь, что я еще думаю? Я уверен, что оба трупа набиты солью. Готов положить за это голову на горку.

Карл представил себе эту картину. — На плаху, Асад. Это называется «отдать голову на отсечение», понимаешь?

Асад помрачнел. Видимо, на сегодня поправок с него было достаточно.

Ровно через десять минут позвонили из судмедэкспертизы и объяснили, что в желудки обоих трупов был залит соляной раствор, а пищеводы и дыхательные пути забиты солью. Поваренной, разумеется.

— Соль, конечно, возымела определенный эффект, но она никоим образом не смогла предотвратить гниение и разложение органов, как настоящая бальзамировка, так же как и соль в могиле не смогла предотвратить распад кожных покровов. Но на данный момент мы предполагаем, что одно тело пролежало в земле пару лет, а другое — до пяти лет. Подчеркиваю, это чистой воды догадки — всё что угодно, но не факт.

— Можете что-нибудь сказать о причинах смерти? — спросил Карл.

— Нет, пока слишком рано, и, возможно, мы не скажем этого с уверенностью даже позже. Судя по всему, тела не подвергались ни воздействию холодного, ни огнестрельного оружия, но, как я уже сказал, они сильно повреждены, так что посмотрим.

— Особые приметы?

— Хм, ну что я могу сказать? У обоих мужчин сбриты волосы на лобке, что, как ни странно, в наши дни совершенно обычно для определенных возрастных групп, так что скажем так: это подчеркивает определенную степень сексуальной активности. На данный момент я бы предположил, что им обоим от тридцати до пятидесяти лет, но теперь нам нужно ждать, пока разошлют и получат ответы по стоматологическим экспертизам.

— Вы хотите сказать, что зубы целы? — спросил Карл.

— Определенно да, и в обоих случаях они в отличном состоянии, это явно влетело в копеечку.

— В смысле?

— Ну, импланты, разумеется. И обычное исправление прикуса после когда-то ношенных брекетов, наверняка еще со школьных времен. А еще пара штифтов и один мост. Да, тут есть за что зацепиться.

Атмосфера в Отделе Q накалилась до предела.

ГЛАВА 30

ГЛАВА 30

Среда, 16 декабря 2020 г. ЛУИЗА/КАРЛ

Луиза фон Брандструп была дочерью разорившегося производителя одежды из Хернинга, а позже женой столь же разорившегося оптового торговца коврами, с которым она развелась. Постепенно её дела шли всё хуже. У неё не было особых талантов или образования, она немного выпивала и, по большому счету, была одинока. Поэтому ей очень повезло, когда она наконец прибрала к рукам своего второго мужа, Биргера Брандструпа, который сколотил состояние на инвестициях в онлайн-казино. Надежды и страстное желание наивных, самых обычных датчан приумножить свои скромные сбережения, не прикладывая к этому никаких усилий, последние десять лет приносили супружеской паре по шестьдесят миллионов крон ежегодно. Так стоит ли вообще беспокоиться о том, что в конечном счёте весь куш доставался лишь им двоим да их семье?