Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" - Дуглас Престон Страница 423

лежала на диване, уставившись в стенку. Она думала о своей жалкой и никчёмной жизни, об этом проклятом трейлере и о туманных перспективах на будущее. Однако через некоторое время её мысли вернулись к Пендергасту. Интересно, женат ли он, есть ли у него дети. Конечно, он поступил с ней несправедливо, отказавшись от её услуг. Теперь он разъезжает на своём шикарном автомобиле и в ус не дует, а она вынуждена коротать время в этой зловонной дыре. Может, он просто разочаровался в ней, как и все в этом вонючем городке? Может, Кори не очень старалась помочь ему в расследовании убийств? Она кипела от негодования, вспоминая о том, как нагло шериф вручил ему эту проклятую бумагу и как насмехался над ним и над ней. Нет, не может такого быть. Пендергаст не из тех, кто сдаётся на милость победителя и бросает начатое дело. К тому же он сам намекнул Кори, что не намерен оставлять расследование. Конечно, ему пришлось отказаться от её услуг, но сам он всё равно продолжит начатое. А Кори он освободил, чтобы не подвергать смертельному риску.

Постепенно мысли Кори переключились на расследование убийств. Странно думать, что убийца — кто-то из жителей Медсин-Крика. Но если это так, она должна знать этого человека. Кори знала всех местных, но даже представить себе не могла, кто из них способен совершить такие чудовищные преступления. Кори вздрогнула, вспомнив всё, что видела на кукурузном поле за последнее время: убитая собака, отрезанный хвост, труп Чонси, нафаршированный, как индейка на День благодарения.

Самая странная — смерть Стотта. Почему убийца сварил его? И как вообще можно сварить взрослого человека? В чём? В какой посуде? Где взять такой большой котёл или чан? В ресторане Мэйзи? Исключено. Свою самую большую кастрюлю Мэйзи использует для приготовления блюд по праздникам, но в ней можно сварить только руку или ногу, а не всего человека. В клубе «Касл»? Едва ли. Там такое вообще не могло бы произойти.

Кори хмыкнула. Такое возможно осуществить только на промышленном производстве, где есть огромные чаны. А что, если убийца использовал для этой цели металлическую ванну? Но как взгромоздить её на плиту и какая для этого нужна плита? Может, он сделал это на кукурузном поле, где развёл большой костёр и поставил на него ванну с водой? Но самолёты проверили всё поле и ничего подозрительного не обнаружили. К тому же дым от такого костра был бы виден на большом расстоянии и местные жители сразу же обратили бы на это внимание.

В Медсин-Крике нет такого места, где удалось бы сварить человека. Кори призадумалась и вдруг вскочила. Пещеры Крауса! Сначала эта мысль показалась ей безумной, но, поразмыслив, она пришла к выводу, что это вполне возможно. В их городе все знают, что во время «сухого закона» старик Краус варил там самогон в огромном чане, стоявшем в самом дальнем конце пещеры.

От этой догадки Кори охватили любопытство, страх и гордость за себя. Может, этот огромный чан всё ещё в пещере? А достаточно ли он велик, чтобы поместить туда взрослого человека? Вполне возможно.

Она лежала на диване, а сердце её колотилось, как птичка в клетке. «Сухой закон» отменён семьдесят лет назад, и этот громадный чан, вероятно, давно исчез. Зачем держать его в пещере все эти годы? Да и как предполагаемый убийца проник бы туда? Эта злая ведьма Уинифред Краус зорко следит за пещерой, всегда держит вход на замке и вообще стережёт её как самую большую ценность.

Кори нервничала. Ключи от замка легко подобрать. Она сама когда-то вычитала в Интернете, как изготовить отмычку или подобрать ключ к любому замку. Кори даже изготовила такую отмычку и провела весьма успешный эксперимент в школьном помещении.

Если убийца местный, то он, несомненно, знает о тайнах пещеры и вполне мог использовать её для своих преступных целей. Он мог притащить туда тело, сварить в чане, а потом таким же образом оттащить на кукурузное поле. А выжившая из ума старая ведьма Краус и не заметила этого. Она даже экскурсии не проводит в последние годы.

Кори так возбудила эта мысль, что она решила позвонить Пендергасту и рассказать ему о своём открытии. Скорее всего он понятия не имеет о том, что происходило в пещере в годы «сухого закона». Бутлегерство стало достоянием истории, и сейчас никому в голову не пришло бы рассказывать об этом чужому человеку. Ведь Пендергаст сам сказал, почему нанял именно её: она знала местных жителей и местные обычаи. Да, надо непременно позвонить ему и сообщить обо всём.

Кори взяла мобильный телефон, который он предоставил в её распоряжение, и стала набирать его номер, но в последний момент передумала. А что, если она не права, если её предположения ошибочны? Зачем выставлять себя на посмешище? Надо сначала всё проверить и только потом поделиться с ним своим открытием, иначе Пендергаст только посмеётся, а может, и разозлится.

Кори встала с дивана. Всем местным жителям известно, что за пределами так называемой туристической зоны есть ещё несколько маленьких пещер. И этот чан может находиться в одной из них. Проверить это не составит большого труда. Она проберётся туда, всё выяснит, а потом вернётся домой. К тому же это прекрасная возможность на какое-то время улизнуть из постылого дома.

Кори сняла наушники и прислушалась. В комнате матери царила мёртвая тишина. Кори быстро оделась и открыла входную дверь. Дверь предательски скрипнула, и тут же послышался хриплый голос матери:

— Куда ты намылилась, чёрт бы тебя побрал?

Выскочив во двор, она громко хлопнула дверью. Машина долго не заводилась, и Кори опасалась, что мать выйдет вслед за ней и устроит очередной скандал. Её опасения подтвердились — на пороге дома показалась грузная фигура. Мать что-то кричала и размахивала руками.

Девушка лихорадочно заводила мотор, и, к счастью, он завёлся с третьего раза. Кори быстро вырулила на дорогу. Вскоре она сделала поворот, обдав ненавистный дом клубами густого чёрного дыма и серой дорожной пыли.

Глава 44

Исполнительный секретарь корпорации «АБЭ» Марджери Лейн постоянно посматривала на странного человека в чёрном костюме, который уже полтора часа сидел в её приёмной, и всё больше волновалась. Правда, странным было не то, что он сидел здесь так долго, а то, как он сидел. За всё это время он не взял ни одного журнала, не разговаривал по мобильному телефону, не открыл на коленях ноутбук, как делали почти все