Искатель, 2010 №11 - Михаил Федоров Страница 30

было спонтанным. Во-первых, как заверили его новые боевые товарищи — терские казаки, — именно в том направлении скрылись Махаон с Алимптой, а во-вторых, этого требовала сама логика расследования. Теперь он не сомневался, что за пресловутыми «явлениями» торчат рога химер столичного Серого округа, в просторечье Крысятника. Песий царь, некоронованный властитель потаенного химерова царства, каковое, по всей видимости, уже много лет существует под самым носом Преемника, наверняка приложил руку ко всей этой вакханалии с выходцами из преисподней и господними засланцами...

Единственное, что никак не состыковывалось с подобной версией, — очевидная вражда между «выходцами» и «засланцами». В самом деле, рассуждал Ассур, если и те и другие — химеры, по той или иной причине расползшиеся за пределы родного Крысятника, с чего бы им грызться друг с дружкой? Так члены одной «команды» не поступают... Потом, еще со времен службы в СМЕРХе Ассур усвоил, что химеры, несмотря на всю внешнюю несхожесть, своих никогда не трогают. В отличие от людей. Солидарность в их сообществе ценилась едва ли не превыше всего. Да и как иначе? Это вопрос выживания. Помнил Ассур и слова покойного Антеуса Муна о том, что Песий царь правит своим народом железной десницей. Впрочем, время течет, все меняется. Ну как он более не единовластный правитель Химерии?

Как бы то ни было, ответы следовало искать в самой Химерии, то бишь в Крысятнике. Согласовывать эту поездку с Генералом-хранителем он не посчитал нужным. В конце концов, тот предоставил ему свободу действий. В рамках проводимого дознания, разумеется. Не ждал он неприятностей и со стороны властей СГ. Георгий аль Рашид личность, конечно, одиозная, однако официально числится умершим. Конгрегация в свое время позаботилась, чтобы обнаруженный на месте пожарища труп топ-менеджера корпорации «УММ» был опознан, как его, аль Рашида (а ныне — Ассура), тело. А если какой-нибудь столичный чин, паче чаяния, и распознает покойного частного детектива под личиной эскувитского дознавателя, что с того? Кто осмелится посягнуть на авторитет Священной Конгрегации Веры? Разве, безумец. Или самоубийца.

Раздумья Ассура нарушил упредительный всхлип наркома. А уже в следующий миг тот выплюнул радужный каплевидный сгусток. Зависнув слева от его лица, голографическая капля приняла очертания головы, полускрытой кагпошоном-куколем. Отец Скимен! Легок на помине.

— Доложи обстановку, сыне, — не тратя время на приветствия, просипел Генерал-хранитель. Похоже, он пребывал в не лучшем расположении духа.

— Докладываю: изучил местную ситуацию, — в тон ему ответил Ассур. — Ситуация сложная. Понимания со стороны имамата не встретил, так что ждите доносов.

— Пустое речешь, — нахмурился Скимен. — Выяснил ты наконец, кто такие эти «явленцы»?

— Я же говорю: не встретил понимания. Их там уже давно почитают за «вестников Аллаха», меня к ним и близко не подпустили. А по Мойдову этому вообще ОСТАПО плачет. Еретик! Рекомендую...

— Опять пустое! Ты дознаватель, а не правежник. Чем сейчас занят?

— Преследую двух «явленцев», — сдерживая нарастающее раздражение, пояснил Ассур.

— Преследует он... А зачем?

— Один из них является фигурантом едва ли не по всем делам о «явлениях». И в Аркадии, и в Моравии, и здесь, в Ичкерии, засветился. Полагаю, его поимка может пролить свет на многие обстоятельства.

— И как далеко собрался их преследовать? До Каракорума?

— Нет, подозреваемые, судя по всему, намерены укрыться в Москве.

— Это они тебе сами сказали? — ехидно поинтересовался Генерал.

— Святой отец! — вспылил Ассур. — Если вь! больше не доверяете мне, как дознавателю, или выяснение природы «явлений» утратило актуальность...

— Доверяю и не утратило, — перебил его Скимен. — Ладно... не ершись. Тут вот какое дело. С Архипастырем нескладно вышло.

— Преставился? — поднял брови нунций.

Инквизитор то ли вздохнул, то ли поперхнулся и зыркнул на Ас-сура сначала левым, а потом правым глазом, будто проверяя — не ерничает ли над ним подчиненный.

— Напротив, поправился. Слава Господу. Более того: полностью реабилитировался после удара. И даже сверх того: обрел, что называется, второе дыхание. Словно бы десяток годов с плеч скинул! А ведь только пару дней назад все эскулапы в один голос долдонили: не жилец, не жилец, не жилец! А когда, дескать, и выживет, то — увы нам — полный паралич и затемнение сознания — неизбежные последствия столь обширного инсульта. Вот уж где подлинное чудо явил Создатель: шесть аудиенций за два дня! Кипу энциклик наваял! Всерьез взялся за кадровую политику: сместил старика Обалдели с должности Великого кади и уже успел назначить нового, никому не ведомого, отстранил декана коллегии ахунов и камерария, и еще рахбары трех Конгрегаций слетели с насиженных мест. А сегодня официально объявлено о скорой инспекционной поездке Пия-Нестора едва ли не по всем еэсовским епархиям. Грозится и нашу Трамунтану посетить... А мне отказал в аудиенции. Через секретаря отказал. Не удостоил. Чуешь, куда ветер дует? И чем этот ветер попахивает?

— Сменой политического курса?

— О смене речи нет — там, на Папском острове, и раньше, до болезни Его Вселенского Святейшества, основную скрипку играли хи-лики. Но межпартийное равновесие теперь нарушено, причем по прямому умышлению Предстоятеля; следовательно, готовится решительная атака на пневматиков, а значит, и на Конгрегацию.

— А эти новые назначенцы, что за люди? Вы их знаете? Чего от них можно ждать?

— Знать-то знаю, да только не из наших они, говорю же. Все как один хилики. Причем отъявленные пораженцы — за мир во всем мире, бла-бла-бла... Вот и смекай, сыне, чего от них ждать. Сколько совокупных усилий лучших умов нашей Конгрегации, сколько лет мы удобряли почву, взращивали общественное мнение — чтобы священная идея Великого Монотеистского Похода сначала укоренилась в среде мирян и клириков, а потом дала благодатные всходы и среди светских властителей. И вот теперь, когда, казалось, настало время жатвы... А ведь в нашем деле промедление смерти подобно — Империя день ото дня крепнет. И если не предпринять самых решительных — превентивных — мер сегодня, то завтра сримцы сами по нам так вдарят — мало не покажется! Хулагу Третий отнюдь не дурак, чтобы там ни лялякала еэсовская пропаганда. И советники у него не дураки... Ох, ох, грядут Последние Времена, как оно в пророчестве Ванга Булгарского сказано...

Видишь, сыне, как я с тобою откровенен, как доверяю — ровно самому себе. А знаешь ли? Кроме тебя — считай и некому. Круг доверенных все уже день ото дня. Так что и не знаешь, кому сейчас верить. Ты теперь для меня (и для всей Конгрегации) — правая рука, карающая десница, сжимающая Жезл Гнева Истинной и Искренней Веры! А левой, считай, и нет вовсе — отъяли вороги. Понимаешь, о чем я?

— О «Жезле Гнева»?

— В