Воронка. Спаси меня - Майя Тень Страница 29

А за окном тихой поступью все увереннее шагает весна, посылая и мне щедрые дары в виде теплых лучиков. А где-то еще дальше окна — Лева и Елена Анатольевна, которую я обманула. Если заглянуть еще дальше — Илья, правила которого я нарушила. За окном — моя новая жизнь, которая закончилась так быстро, так грустно и, скорее всего бездарно.

Но солнце упрямо светит сквозь преграды в виде косо заколоченного окна.

— Была бы не нужна — убили бы. А эти удары — пустяки, всё заживет, в пошлый раз было куда хуже. Значит, немного, но побаиваются. Значит, не все потеряно. Просто нужно подождать, совсем капельку, хотя бы еще чуть-чуть, потом еще чуть-чуть… У меня есть Илья. Есть же? Должен быть! Он не может меня не искать. Он не может не найти выход… Все будет хорошо, Аня. Просто потерпи, Вика.

Глава 39

Капитан Гордеев

Багрянцев работал с отточенной до автоматизма сосредоточенностью — пальцы летали по клавиатуре, глаза скользили по строкам кода, словно сканируя их на молекулярном уровне. Сначала всё выглядело безобидно: обычные фоновые процессы, рутинные системные запросы. Но чем глубже он погружался в анализ, тем явственнее проступала тревожная аномалия.

— Смотри, — наконец произнёс он, резко развернув ко мне монитор. Они уходят в облако без явной причины.

Я лишь кивнул. Всё ожидаемо. Ничего удивительного.

— То есть мы с тобой не параноики? Маргарита действительно неспроста взяла мой телефон?

— Гордеев, горячку гнать пока не будем. Может, это просто глюк прошивки. Но на всякий случай я его обезврежу.

Комната наполнилась стуком клавиш, прерывистым ритмом какого-то модного дискотечного хита, которую Багрянцев машинально напевал себе под нос. Затем музыка оборвалась на полутакте — и раздался смачный выброс ругательств.

— Ещё что-то?

— Смотри, — процедил Сергей, тыча пальцем в экран. — Это троян. И он активен.

На мониторе была выделена строка кода, действительно выглядевшая здесь чужеродно.

Ожидаемая новость, но от этого не менее хреновая.

— Он передаёт данные?

— Да. И, кажется, не только с твоего телефона. — Багрянцев быстро переключился на другой экран. — Чёрт, Илья, он пытается подключиться к моей сети!

Экран моргнул, и спустя мгновение, завибрировал мой телефон.

Незнакомый номер.

Но вопрос выходить на связь или нет не стоял. Даже если звонит враг, он несёт информацию. А враг, как выяснилось, принял обличие Маргариты. Не совсем враг, скорее жертва. Но жертва, вынужденная играть на стороне «Воронки».

— Капитан Гордеев, вы простите… Это Маргарита… Вы приходили ко мне в больницу, по поводу избиения…

— Хотите написать заявление? — бросил я излишне резко. Ясно ведь: даже если и было применение силы, то не со стороны мужа.

— Нет. Мы можем встретиться? Нам надо поговорить на серьёзную тему. Вы меня простите, но говорить я буду как представитель «Воронки».

…

Мы ехали по вечерней улице, и город жил своей обычной жизнью, будто на его теле никогда не паразитировало чудовище под именем «Воронка». Фонари светили доброжелательно, почти ласково, словно не заставляли Анну менять имя, покидать родные места. Воздух после дождя пах свежестью, почти обманчивой в этой ситуации.

Встреча состоялась в маленьком кафе на окраине — тихом, полупустом, с тусклым светом и запахом свежего кофе. Маргарита пришла первой. Сидела у окна, и в её взгляде смешались страх и решимость.

— Здравствуйте, Маргарита, — поздоровался я с ней. — Будем говорить о «Воронке»?

— Вам ведь тоже интересна информация о ней?

— У меня есть много грязной инфы о ней, как раз сейчас я занимаюсь подготовкой данных в прокуратуру. А еще мне интересно, почему тогда, в больнице вы спросили про Аню, это было как-то… странно.

— Про Вику? — то ли спрашивает, то ли горько констатирует Маргарита.

— Я вижу, Учитель держит вас в курсе последних новостей?

— Смена имени, документов — не такая уж редкая практика для обеспечения своей безопасности, — пожимает плечами Маргарита. — Но да, вы правы. Информацию мне дал Учитель. Я теперь ваше связующее звено.

— Что ж Учитель так небрежно обращается со своим связующим звеном, Маргарита? Синяки ваши до сих пор заметны. Ребро как, болит?

Маргарита вздрогнула от упоминания ребер и синяков, но постаралась взять себя в руки:

— Думаю, наша встреча была предопределена Учителем заранее. И это его способ показать, что ждет Аню, если наш разговор пойдет не так, как того хочет Учитель.

Теперь вздрогнул я: за подобные следы на теле Вики я придушу Учителя собственноручно, а его низкие и высокие вибрации засуну ему же, куда следует.

Маргарита старается обходить острые углы, не давать оценочных характеристик ни «Воронке», ни Учителю. По взгляду можно понять, что и ее смартфон, что лежит на столе, и мой на прослушке.

В целом Учитель не скупился на информацию. Маргарита действительно знала многое, и это тем более было страшно: живым «Воронка» столько информации вряд ли бы предоставила, а значит, приговор ей вынесен, но еще не исполнен.

Маргарита высказала главную претензию и страх Учителя:

— Уже более пяти лет крупный чиновник нашего города, — она запнулась, явно подбирая слова, — у меня нет разрешения даже произносить его имя. Но вы его хорошо знаете. Особенно если, как говорит Учитель, флешка у вас. И «Воронка» имела с ним хорошо налаженный бизнес.

Её голос дрогнул, но она продолжила:

— Главная проблема крутится вокруг этой флешки. У этого человека огромные связи и ресурсы. Его даже Учитель боится. И он не остановится ни перед чем, чтобы не идти наперекор ему.

Да, я понимал, о какой информации идёт речь. Я подозревал, что на флешке данные и счета Германа Кантинина, и он имел солидный куш с «Воронки», сам же выступал гарантом безопасности для Учителя и его людей.

Флешка ждала своего часа в надёжном месте — там же, где и поддельные документы, акты о смерти еще живой Маргариты и ряда других людей.

Конечно, я предполагал, что исчезновение всех этих улик сподвигнет Учителя и его приспешников к определённым действиям. И потому осознание того, что Вика в надёжном месте, давало хоть какое-то успокоение. За себя было не так страшно — я и не из таких передряг выходил живым.

— Дорогая Маргарита, мне в какой-то мере понятен страх Учителя, но строить бизнес — темный, без правил — с Кантининым был его выбор. Вопрос передачи данных в ФСБ — всего