Растворенные - Сара Блэдэль Страница 24

– Правда ли, что в городе столько полицейских, потому что Шарлотту и Вернера убили? – хрипло прокричал какой-то мужчина. На голове у него была сине-белая бейсболка.

– Да нет. Они просто пропали, – выкрикнул другой человек.

– Это кто сказал? – тут же откликнулась незнакомая Беате женщина. – Только не говорите мне, что полиция переворачивает все вверх дном в таком маленьком городе, как наш, если речь не идет об убийстве!

Беата почувствовала давление в груди. Она попыталась что-то сказать, но ее перебила другая женщина, стоявшая у стены. Она сообщила, что и в Ассенсе что-то происходит, – ее сестра говорит, что к автомастерской приехал большой отряд полиции.

– Успокойтесь! – решительно вмешался Йоханнес. – Если будем кричать, перебивая друг друга, мы перестанем друг друга слышать. И лучше от этого никому не станет.

Он встал и оглядел собравшихся.

– Полагаю, что мы…

В эту секунду Йоханнес почувствовал тяжелую руку Эрнста на плече и на секунду чуть не потерял равновесие.

– Йоханнес прав, – перебил его дедушка, заговорив низким голосом. – Важно не поддаваться панике, ведь это не поможет ни пропавшим, ни нам. Да, мы знаем, что исчезли некоторые из наших дорогих сограждан. Но давайте скажем друг другу, что слишком рано поддаваться страху.

Он сделал торжественную паузу, решительно похлопал Йоханнеса по плечу, так что тот опустился на стул, и продолжил уже немного тише:

– Мы обязаны окружить Лис и Клауса заботой, и нам надо избегать чрезмерных эмоций, чтобы не травмировать их. И не надо забывать об их боли. Подумайте о том, что им сейчас гораздо тяжелее, чем любому из нас. Неопределенность – это страшное страдание.

– Ты не мог бы взять на себя роль председателя нашего собрания, Эрнст? – спросила пожилая женщина с иссиня-серыми волосами.

Старик кивнул и обратился к Беате:

– Может быть, вы для начала расскажете обо всем, что вам известно, Беата? А потом слово возьмут те, кому есть что сказать.

– Да, конечно.

Она неуверенно встала. Отметила про себя, в каком свете он ее выставляет.

– Спасибо, Эрнст, но… как я уже говорила, мне известно не больше, чем вам. В пятницу утром исчезла Шарлотта, как вы все знаете, бесследно, около восьми часов утра она вышла из комплекса «Томмеруп», и с тех пор ее никто не видел.

– Полиция ни хрена не делает, – сердито прокричал какой-то тощий мужчина.

– Это не так, – заметила Беата. – И в субботу, и в воскресенье у нас в городе было много полицейских.

– Но им следовало бы начать искать ее в пятницу, когда она пропала, – воскликнул Клаус возмущенно.

Эрнст сделал шаг вперед и, положив руку на плечо Клауса, слегка сжал его.

– Будь крепок в вере, мой друг.

Клаус закрыл лицо руками. К нему подошла женщина – Беата узнала в ней мать ребенка из детского сада – и обняла его. Он уткнулся носом в ее плечо и зарыдал.

Лис опустила глаза в пол, в руках у нее была чашка кофе. Трудно было понять, о чем она думает, но слухи о том, что Вернер изводил и жену, и сына, возможно, были не так уж преувеличены, как могло показаться, подумала Беата, глядя на ее хмурое лицо.

В связи с тем что проводилась масштабная поисковая операция, разгорелись споры о том, опасно ли сейчас гулять по улице в одиночку. Люди спорили, отчаянно жестикулируя, и вместо спокойного собрания, которое хотела провести Беата, начался коллективный приступ паники.

– Позвольте кое-что предложить, – сказала она, повысив голос.

В помещении стало тихо, и все тут же посмотрели на нее. Она осторожно положила руку на свой округлившийся живот и глубоко вздохнула.

– Мы могли бы разделиться на группы и отправиться искать пропавших… Дойти до кирпичного завода, пройти вдоль железнодорожного полотна и обойти спортивный комплекс. Лучше нас никто не знает наш город.

– Неплохая идея, – кивнул Эрнст, оглядывая собравшихся. – Если мы разделимся на группы по пять-шесть человек, то получится примерно тринадцать-четырнадцать групп бдительных глаз.

– И через несколько часов – в любом случае, – продолжала Беата оживленно, – мы угостим всех спагетти и сосисками, чтобы вместе закончить этот вечер!

Она видела, что мысль о совместном ужине была не очень-то по душе Эрнсту, но он кивнул и улыбнулся.

В конце помещения в двойных дверях появилась молодая мусульманка из полиции. Она стояла, засунув руки в карманы куртки и прислонившись к косяку. Жаль, что она не приехала раньше, подумала Беата. Рассказала бы как представитель полиции, насколько они там продвинулись в расследовании. Теперь надо попросить ее присоединиться к одной из поисковых групп, чтобы всем стало ясно: полиция поддерживает ее затею.

* * *

Нассрин махнула рукой в ответ, когда Беата подозвала ее.

– Не хотите ли присоединиться вот к этой поисковой группе?

Нассрин не сразу ответила. Она посмотрела на небольшую группу, на которую указывала Беата. Их было пятеро. Элегантно одетая женщина с убранными наверх волосами, двое мужчин в ветровках, полная женщина лет сорока с живыми глазами и тряпичной сумкой через плечо, а чуть поодаль от остальных – молодая женщина.

– Ее зовут Лу́на, – шепнула Беата. – В прошлом у нее были неприятности, какое-то время она была на общественных работах при церкви, и я пытаюсь опекать ее.

В эту секунду женщина с убранными наверх светлыми волосами окликнула остальных и спросила Нассрин, готова ли она идти.

Нассрин кивнула и пошла за ними.

– Предлагаю прогуляться вдоль железной дороги, – уверенно продолжила женщина, взяв на себя руководство. – Хотя, наверное, самым мудрым было бы пройтись по всем садам…

– Это невозможно, – перебила ее Нассрин. – Частные владения.

Женщина протянула ей руку.

– Вы из полиции, не так ли?

– Да. – Она кивнула и пожала ей руку. – Меня зовут Нассрин, я следователь полиции в Оденсе.

– Ну тогда осмотр садов должны были взять на себя вы, полицейские, – продолжала женщина. – Меня зовут Карина. Мы с мужем живем в Хорбю, но я здесь, потому что Вернер – мой свекор.

– Вот как! – воскликнула с сочувствием Нассрин, разглядывая с живым интересом энергичную женщину. – Значит, вы замужем за Хенриком?

– Да, все верно, – ответила она, расправляя красное шелковое платье.

– А Хенрик не смог приехать? – поинтересовалась Нассрин.

– Нет, он на курсах в Ольборге. И учитывая его должность, не так-то просто взять и