Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 - Дэн Браун Страница 215

Но было нечто, чего она ждала больше, чем спорта, еды или вина. Ее постыдная тайна. В полвосьмого она включит телевизор, растянется на диване и посмотрит последний выпуск «Собаке нужен дом». Это была ее любимая передача, хотя даже в просмотре канала, на котором она выходит, Астрид никогда бы не созналась. Она уже прочитала анонс: «Сегодня: Пэм из Норфолка подружилась с мопсом по кличке Тоби благодаря прогулкам и шорти[13]». Мечты о собаке разбивались об аллергию Саймона – он чесался, едва подумав о псе. Поэтому «СНД» – так передачу называли поклонники – это максимум, на который Астрид могла рассчитывать.

Она пошла в ванную за болеутоляющим. Стала иногда побаливать голова, что Астрид списывала на кондиционер. Похоже, он сушил воздух сильнее обычного. Консьерж Франсуа обещал «эскалировать» ее жалобу до уровня руководства управляющей компании, так что скоро все выяснится. В шкафчике с лекарствами лежала свежая упаковка «Нурофена». Астрид наполнила чистый стакан водой, выдавила таблетку – и та вместе с водой провалилась в желудок. Затем рассмотрела себя в зеркале. Пора бы подровнять волосы, придать форму светлому бобу. В остальном она выглядела нормально, может, немного уставшая. Скоро короткий отпуск на Кипре – отпраздновать четвертую годовщину. Последнее время они слишком много работают. Капелька солнца пойдет им на пользу.

Астрид направилась к выходу из ванной, грея ноги на теплом полу. Затем остановилась. Что-то привлекло ее взгляд – золотой блеск на самой границе слива. Она подошла и заглянула за стеклянную ширму. Да, там что-то было. Если смотреть в слив строго вниз, видно отчетливо. Звенья цепочки. Девушка снова подошла к шкафчику, достала пинцет и вернулась к душу. Встав на четвереньки, она ухватила конец цепочки и аккуратно ее достала. Это оказался браслет. И он был чужой.

Внезапно пришло чувство, будто ее сейчас вырвет. Астрид скрючилась на мраморной плитке, пытаясь сдержать подступающую волнами тошноту. Через пару минут она встала и дождалась, пока комната перестанет вращаться. Саймон бы ей никогда не изменил. Ведь так? Только не ее Саймон.

По дороге на кухню Астрид постепенно осознавала, что он был в душе с другой женщиной. Чем больше девушка отгоняла эту мысль, тем больше картинок рисовало воображение. Влажные объятия, браслет соскальзывает с дрожащей руки. Нет, должно быть какое-то объяснение. Четыре года брака. Зачем ему отбрасывать их прочь?

Она бережно положила браслет на мраморную столешницу. Руки затряслись. Медленный вдох через нос, тихий выдох. Этому учили на модных занятиях по йоге. Посчитать от десяти до одного. Высвободить негативную энергию.

Когда руки перестали дрожать, она пошла к буфету в прихожей за старым рабочим чемоданчиком. Сделанный из черной кожи, размером он был с докторский саквояж. Кое-где потертый – оттого, что его много лет таскали по разным работам. Она положила его на стол и щелкнула латунными застежками.

Откинувшуюся крышку заполняли два лотка с закрепленными в них стеклянными пузырьками с растворителями, лаками и красками. На каждом красовалась маленькая, от руки надписанная бирка. Основная часть чемоданчика была поделена на отсеки с ватой, одноразовыми перчатками, скальпелями и прочими инструментами. Астрид выудила лупу и навела ее на браслет. На его внутренней стороне виднелась печать с цифрами 950, что означало практически чистое золото в двадцать три карата. По крайней мере, так заявлялось.

Она снова залезла в чемоданчик и достала маленький матово-черный брусок. Взяв браслет, она сильно потерла цепочкой о брусок, пока на его поверхности не блеснуло желтое пятно. Затем она выбрала бутылочку с надписью «14 карат» на этикетке и аккуратно капнула на пятно растворителем. Постепенно мельчайшие блестящие частички проступили в жидкости, словно крошечный снежный шар. Ясно – браслет меньше четырнадцати карат. Она повторила процедуру с десятикаратным растворителем. На этот раз жидкость осталась чистой. Следовательно, браслет золотой, пробой между десятью и четырнадцатью карат. Дешевка. Подделка. Чей же он и когда был оставлен в квартире?

Астрид убирала все назад в чемоданчик, продумывая возможные версии, а в груди у нее росла острая сосулька страха. Итак, сегодня среда. Последний раз она была в душе в понедельник, когда пропустила тренировку. В тот раз она бы наверняка заметила браслет.

Уборка приходила утром в пятницу, так что это не они. С прошлого года, как они с Саймоном сюда въехали, на ночь никто не оставался. Близких друзей у нее было только двое, и они жили в Лондоне. Клэр живет в Слау и ни разу не забредала внутрь М25[14]. Мама не наденет дешевые драгоценности даже в гроб, а папа сидит сиднем на своей испанской вилле и хлещет дешевую риоху.

Выходит, это Саймон позвал кого-то домой. Сосулька подросла. Сердце забилось быстрее. Он уехал по делам во вторник после обеда, и они – кто бы это ни был – должны были прийти в понедельник между восемью утра, когда она ушла из квартиры, и половиной седьмого вечера, когда вернулась с работы. За это время гостья приняла душ. И наверняка не одна. О боже, они спали в ее кровати?! Картинки, заполнявшие мозг, становились все ужаснее. Нет, нужно что-то предпринять. Перестань ломать голову и действуй. Вот именно. Тогда еще есть шанс, что все объяснится.

Она захлопнула чемоданчик и стала тщательно обыскивать квартиру, начиная с кухни. В холодильнике не было ничего необычного. В посудомойке – три грязных бокала, из которых она пила сама. Кофемашина Nespresso без единого пятнышка. Они оба не пили кофе. Машину подарили на свадьбу, и ее не стали выбрасывать, потому что она подходила к черно-металлической плите KitchenAid, также нетронутой.

В спальне она поискала под кроватью сброшенную одежду. Пусто. К счастью, постельное белье только утром вернулось из прачечной, что позволяло избежать унизительного осмотра. В шкафу она обыскала пиджаки Саймона. Тоже ничего подозрительного. И обход гостиной улик не добавил.

В прихожей тоже ничего не нашлось, кроме стопки нераскрытых писем в верхнем ящике комода. Саймон предпочитал сам вскрывать всю их почту, но за последние пару недель у него явно не доходили руки. Наверху лежала открытка – глянцевое фото пляжа – с надписью «Привет из Испании». От папы, державшего дочь в курсе «новостей»: проблемы с крышей виллы, поездка на местный «раанык» – рынок? Видимо, да. Было что-то про дядю Генри, но разобрать слов она не смогла. Папин почерк становился все запутаннее и угасал в серповидном пятне от