Проклятый охотник: найти ведьму Пустоши - Елена Эйхен Страница 21

Том насупился, но подчинился, поплёлся к огромной бадье в углу. Марта покачала головой, вздохнула и снова взялась за тесто.

— Напарник… — прошептала я, ощущая, как по спине медленно ползёт холод.

Ничего хорошего. Совсем ничего. Королевский охотник на ведьм, присланный в помощь Ванторну. Глаза — пылающие, как раскалённый уголь, — противоположность ледяному хозяину замка, но не менее страшный.

Два хищника в одном логове.

Мои шансы на выживание… упали.

Нет — их просто не осталось.

Всё хуже некуда.

Но ничего. Сегодня ночью я уйду. Покину этот проклятый замок, даже если не удастся раздобыть договор. Просто исчезну. В горы. В другое королевство. В любую дыру на краю карты — лишь бы подальше от этого города. Только бы выжить.

День тянулся мучительно медленно.

Я боялась столкнуться с Ванторном и его «незаконченным разговором» или с Вейдричем — с его пронзительным, искрящимся взглядом. К счастью, ничего такого не случилось.

Хельга уехала к сестре — искать пропавшую племянницу. А к вечеру и сам гость отправился в гостиницу. По крайней мере, до завтра он больше не появится.

И это позволяло дышать чуть свободнее.

Когда замок окончательно погрузился в ночную тишину — нарушаемую лишь гулким эхом ледяных часов в подвалах, да завыванием ветра в печных трубах, — я начала действовать.

Бесшумно спустившись на второй этаж, добралась до спальни хозяина и затаилась в нише за тяжёлым резным комодом. Я ждала.

И вот наконец — тусклая полоска света под дверью исчезла. Выждав ещё минуту, я осторожно приблизилась. Со стен сурово взирали портреты предков Ванторна, как будто осуждали и запугивали, но, к счастью, ничего не могли поделать.

Я вынула из кармана заранее приготовленную пыльцу и, не теряя ни секунды, распылила её под дверью.

Готово.

Всё-таки ты молодец, Стрекоза. Как ни крути!

Мысленно я усмехнулась.

Убедившись, что в комнате — ни звука, вернулась на чердак.

Быстро собрала жалкий скарб в узелок: золотой плащ Святой Девы, остатки сбережений, костяную трубочку — теперь уже пустую, крошечный свёрток с личными вещами — всё, что у меня было в этом мире.

Нести багаж с собой к кабинету Ванторна — безумие. Но быть готовой к бегству — разумно.

Я спустилась по чёрной лестнице на первый этаж. В эту часть замка почти никто не заглядывал — здесь было тихо, укрыто от чужих глаз, и, казалось, безопаснее всего. Я спрятала узелок под ступенями. Чёрный выход находился совсем рядом — идеально для побега.

Но что-то беспокойное скользнуло по спине, словно ветер щекотнул затылок. Я медленно обернулась — туда, где в тени кирпичной ниши затаилась тяжёлая дверь, обитая железом. Я уже видела её раньше и знала, что вход запрещён под страхом смерти. Она всегда была надёжно заперта изнутри.

Я бросила на дверь беглый взгляд — и замерла.

Она была приоткрыта.

Из тьмы сочился дрожащий свет. Следом за ним — звук.

Сначала скрежет. Глухой, навязчивый, будто когти царапали по металлу. Раз за разом, с тупым, обречённым упорством.

Потом — тихое подвывание. Тонкое, беззащитное.

Звук проник в кости, задрожал в рёбрах, сбивая сердце с привычного ритма. Это был зов — не к разуму, а глубже, туда, где течёт ведьмовская кровь.

Я резко отступила. Всё, хватит. Просто уйти. Забыть про кабинет и договор. Сбежать через чёрный ход — в лес, в горы, в другое королевство, куда угодно. Лишь бы подальше отсюда.

Я уже схватилась за узелок…

И вдруг подвывание превратилось в стон. Глубокий и хриплый. Полный боли. Одиночества. И… надежды?

Я застыла. Внутри отозвалось что-то древнее. Спящее, но живое. Этот голос… Казалось, он знал именно меня.

Я стояла на грани: одной ногой в спасении, другой — у самого края чёрной бездны за приоткрытой дверью.

По спине стекал пот. В голове пульсировала мысль: ты не обязана идти туда. Ты можешь просто убежать.

Но кровь ведьмы шептала иное.

Я снова посмотрела на дверь.

Бежать?

Или шагнуть в неизвестность?

***

Я приблизилась к двери.

Стон… Он пробирался глубже страха, касаясь чего-то древнего, тёмного и сострадательного, что жило во мне, вопреки запретам. Кровь ведьмы-целительницы — проклятие и дар — отзывалась тревожным эхом. Вдруг кому-то плохо? Или нужна помощь?

Ванторн спит. Пыльца подействовала — в этом я не сомневалась. Я в безопасности. Значит… ничего не случится, если лишь мельком загляну. Совсем ненадолго.

Шаг. Я — внутри.

Ещё шаг.

В глаза ударил серебристый свет: ледяные факелы, прикреплённые к стенам, отбрасывали тусклое, дрожащее сияние. Настоящее чудо — не иначе как творение великого мастера. Свет скользил по камню солнечными зайчиками, подчёркивая густую, почти осязаемую тьму