Человек-эхо - Сэм Холланд Страница 20

В штабе расследования за дверью ее кабинета кипит работа, все детективы при деле. Последние сутки опергруппа трудилась буквально на износ, понимая, что возможность раскрыть двойное убийство по горячим следам становится все более призрачной.

Дикин просовывает голову в дверь.

— Ну как все прошло с Либби? — интересуется он. Прислонившись к дверному косяку, внимательно выслушивает ее рассказ о том, к каким предварительным выводам пришла эксперт по следам крови.

— Так что это не Рик Бейкер, он не выше ста семидесяти, — замечает он, когда Кара рассказывает ему про положение водительского сиденья «Форда Гэлакси».

— Я тоже так подумала. А Либби про тебя спрашивала, — добавляет Кара. — Не хочешь к нам вечерком присоединиться?

Ной бросает на нее саркастический взгляд.

— Это дело у нас уже пройденное. Сама прекрасно знаешь.

— Я живу надеждой…

— Пришел отчет со вскрытия, — говорит Дикин, меняя тему. Входит, садится рядом с ней за письменный стол, наклоняется к компьютеру и открывает отчет, выложенный в архивную систему. Они молча читают его, пробираясь сквозь запутанный медицинский жаргон и пытаясь понять, что происходило в последние секунды жизни обеих девушек.

Доктор Росс пишет о предварительных надрезах на шее. О рубящем ударе широким острым лезвием, иссекшем трапециевидную мышцу и целый набор нервов и кровеносных сосудов, названия которых Кара даже не может правильно произнести. О разрубе позвоночного столба между третьим и четвертым позвонками.

Упоминает о наличии петехиальной сыпи в глазах и на лице, повреждениях гортани и верхнего рога щитовидного хряща. Ушибах переднего и боковых отделов шеи, нелинейных ссадинах от ногтей в районе подбородка, согласующихся с тем фактом, что руки жертв были скованы. Кара понимает, что имеются в виду обычные царапины, вызванные тем, что жертвы пытались оторвать от шеи душащие их пальцы. Она смотрит на Ноя.

— Это он о чем? Их что, еще и душили?

— Похоже на то, — бормочет тот.

Кара вновь поворачивается к экрану. К отчету приложены фото: темные кровоподтеки на запястьях, сломанные ногти. Кара представляет себе, как бедная девчонка сдирает себе кожу до мяса, царапает обивку багажника, пытаясь освободиться, в то время как ее подругу убивают на заднем сиденье…

Заставляет себя читать дальше. Прижизненные колющие ножевые раны, с указанием точного количества, нанесенные одним и тем же орудием. По предположению экспертов — клинком с односторонней заточкой размером с небольшой кухонный нож.

Причина смерти: удушение в сочетании со значительной кровопотерей от многочисленных проникающих ранений, скорее всего, ножевых. Головы отсечены посмертно.

Кара делает глубокий вдох и медленно выдыхает.

— Из лаборатории пока ничего? — спрашивает она наконец.

Ной качает головой.

— С образцами крови пока работают, — говорит он, продолжая читать. — Плюс взяли еще соскобы из-под ногтей и НРР.

«Набор раннего распознавания». Стандартные пробы, которые берут при подозрении на изнасилование.

— Но Росс вроде не увидел никаких признаков сексуального насилия?

— Да, причем у обеих.

Кара откидывается в кресле. Как и при любом расследовании, именно на нее возложена ответственность за принятие решений, на чем сосредоточить усилия группы. Как толковать обнаруженные улики и что делать дальше. Она уже привыкла к этому, но с этими двумя убитыми девчушками, с этим уровнем насилия ей кажется, что подобная задача может оказаться ей не по плечу.

Звонит телефон. Кара отвечает на звонок, потом включает громкую связь.

— Тут еще детектив-сержант Дикин, — предупреждает она, когда по кабинету разносится зычный голос доктора Росса.

— Все прочли? — спрашивает он.

— Да, — отзывается Кара. — Задушены и зарезаны.

Ее удивляет, что он позвонил. Судебных медиков, а особенно Росса, обычно не вдохновляет перспектива дальнейших расспросов со стороны детективов.

— Не эту часть, — довольно резко говорит он. — Там, где про обезглавливание.

Кара бросает взгляд на Дикина, потом опять на отчет. Не совсем понимает, что он имеет в виду. Им слышно, как Росс на другом конце линии раздраженно кряхтит.

— Разрубы, — проявляется в трубке его голос. — Они острые, точные. Никаких отметин от пробных ударов, которые можно ожидать на теле с такого рода посмертными повреждениями. Отрезать человеку голову далеко не просто. Если не принимать во внимание психологическую сторону, есть и чисто практические сложности. Мышцы шеи очень плотные. Позвонки соединяются прочными связками.

Росс примолкает, и комнату наполняет лишь шипение телефона.

— Поняли, что я только что сказал?

Кара смотрит на Ноя. Глаза у него недоуменные, выжидающие.

— Детективы! — продолжает Росс. — Эти головы отрубил тот, кто хорошо знает свое дело. — Пауза. — Как бы мне ни не хотелось это говорить, но вашему убийце уже доводилось проделывать нечто подобное раньше.

Глава 14

Гриффин в ожидании ерзает на парковой скамейке. Докуривает сигарету, подумывает прикурить еще одну, но останавливается. Непонятно, появится ли она вообще. Смотрит на поспешно собранные документы в руке. То, что они предполагают, это полнейшее безумие, но… Ясно, что Джесс совершенно права.

Гриффин оставил ее в своей квартире. Кажется странным, что эта женщина вдруг столь решительно вторглась в его жизнь. Но есть в ней что-то, отличающее ее от остальных, — в ней совершенно нет опаски, той отстраненности, которые он обычно видит в других людях. Непохоже, что Джесс пытается его судить, — наверное, как раз поэтому с ней так легко.

Наконец он замечает Кару, торопливо идущую по тропинке, — голова опущена, куртка треплется на ветру. Она тоже видит его, и какое-то выражение пробегает по ее лицу, прежде чем она успевает его спрятать. Гриффин знает, о чем она сейчас думает. Что лучше бы оказаться где угодно, но только не здесь.

Кара подходит к скамейке и встает перед ним, загородив свет. Ему не видно ее лица, ее тело — не более чем темный силуэт.

— Что тебе надо? — спрашивает она.

— Присядь, — говорит он.

После секундного колебания Кара делает то, что он просит. Гриффин передает ей папку.

— Это еще что?

— Просто выслушай меня.

Она вздыхает.

— Гриффин, я не знаю, чем ты занимаешься, но это уже пора прекращать. Детективы жалуются мне, что ты допрашиваешь их подозреваемых, болтаешься возле больницы… И ты до сих пор используешь мой логин. При таком раскладе ты втянешь меня в очень серьезные неприятности.

— Кара! — Он поворачивается к ней лицом. — Послушай минутку. В этой папке — информация по серии убийств, совершенных по всей стране. Ими занимались разные управления, во всех разный почерк, так что никто не заметил связи.

— Какой еще связи? — Кара открывает папку, начинает листать.

— Убийца копирует почерк различных серийных убийц.

Рука ее