Вы заказывали убийство… - Станислав Александрович Гурин Страница 2

И хотя Куба практически ничего не покупала и не прокатывала из советских фильмов, Госкино не только держало там своего представителя, но и снимало для него небольшую виллу в аристократическом районе Ведадо. Друзей и знакомых у Глазова была уйма, с утра и до вечера он мотался по Гаване и ее окрестностям, часто на день-два вылетал в Южную Америку или Мексику, продвигая на латиноамериканский рынок советскую кинопродукцию; всегда был в курсе всех дел, хорошо был информирован о прошедших и будущих событиях. Для любого «совка», впервые командированного на Кубу, был совершенно незаменимым человеком. Круг обязанностей Глазова выходил за рамки представителя «Совэкспортфильма», но, похоже, это нисколько не обременяло его, во всяком случае улыбка никогда не сходила с его лица.

– Я и не спросил, как долетели?! Ненавижу вертолеты: шум, тряска – словно в барабане сидишь! – он засмеялся.

– Это точно! – согласился Емеля, чтобы как-то поддержать разговор. – И трясет, и шумит!

– Ничего, скоро отдохнете! Постараюсь, чтобы у меня вам не скучно было!.. Я ведь едва успел встретить вас! Думал, вообще не смогу приехать!

– Что-то случилось?

– Сегодня в оперном театре снимали последние сцены «Капабланки»… И вдруг пожар! И никто не знает, как это произошло! Вспыхнула огромная шелковая кулиса, вся сразу, снизу доверху, у всех на глазах! Без всяких причин, представляете?! Слава Богу, все кончилось благополучно – только одна эта кулиса и сгорела, но паники, шума сколько было! Помимо пожарных понаехала вся милиция, несколько грузовиков коммандос, театр оцепили, никого не выпускали! В общем-то, я и сейчас не знаю, чем все кончилось, вечером услышим из первых уст… Но главное – успел встретить вас.

Глазов остановил машину на тихой зеленой улице напротив неприметного одноэтажного здания – валютного супермаркета, достал из бардачка кожаную папку, вручил Емеле пачечку долларов и попросил расписаться на заранее приготовленной бумаге.

На покупку необходимой одежды и подарка Любаше ушло не более десяти минут, а еще через несколько минут Емеля мылся в душе своего поднебесного номера в пятизвездочном отеле «Гавана Либре», бывшем «Гавана Хилтон».

Краны были открыты до отказа, тугая струя била в лицо, грудь, спину. Емеля намыливал тело не меньше десяти раз, и не меньше десяти раз менял обжигающе горячую струю на холодную и все никак не мог насытиться переполнявшим его блаженством. Наконец закрыл воду, вытерся жестким махровым полотенцем, обтер забрызганный водой кейс и вышел с ним из ванной комнаты. Приятная прохлада омывала голое тело, приятно подгибался под голыми ступнями тугой ворс ковролина. Он остановился перед большим зеркалом и рассмеялся: темно-коричневая, задубевшая от солнца голова с длинными густыми лохмами и небритыми щеками была нелепо приставлена к бледному телу. Он потянулся и слегка повернулся перед зеркалом, чтобы увидеть спину и бока. Улыбка сошла с лица. В общем-то все было в норме.

Он развязал коробку с покупками. Медленно, испытывая наслаждение, надел белые трусики из добротного плотного трикотажа, белую рубашку, светло-серый костюм, толстые мягкие носки, элегантные замшевые туфли и снова подошел к зеркалу. Причесался. В зеркале он увидел другого человека! Долго смотрел ему в глаза, потом подмигнул и улыбнулся. Человек в зеркале дружески ответил ему тем же.

Впервые за полгода Емеля чувствовал себя комфортно. Даже сон и усталость отступили на второй план. За стеклянной стеной виднелись крыши домов, океан, и ему захотелось выйти на балкон, он раздвинул прозрачные створы и сделал всего лишь шаг, даже не сделал – нога застыла, едва оторвавшись от пола, – он ударился о стену душного, липкого, раскаленного воздуха! Комфорт пропал мгновенно. Емеля сдвинул створы прозрачной стены.

На далеком горизонте виднелись серые облака, в апартаментах тихо и ровно гудели невидимые кондиционеры – это и был тот самый комфорт за двести долларов в сутки, что в Союзе совсем бесплатен. Зазвонил телефон, Емеля не сразу увидел его.

– Вас слушают, – сказал он по-испански.

– Кто у телефона? – услышал он русскую речь. – Я прошу пригласить к аппарату Стрешнева!

– Я вас слушаю… Представьтесь, пожалуйста.

– С вами говорит советник по культуре Обухов из посольства Советского Союза.

– Очень приятно, товарищ Обухов…

– Говорят, вы закончили сценарий на кубинском материале. Мне очень интересно с ним познакомиться. Не были бы вы так любезны…

– Да-да… Я вас понял… Сценарий хоть и вчерне готов, но я с удовольствием дам вам его почитать, может, что-то подскажете? Вы давно на Кубе и хорошо знаете ее!

– Большое спасибо! Вы ведь будете на вечеринке у Глазова? Там все киношники тусуются сегодня!

– Договорились!

– Вот и отлично! – В трубке послышались гудки. Емеля сел в кресло и положил на колени кейс. Прежде чем открыть его, он осторожно вытащил из уголка рукоятки совершенно неприметный предмет – крохотный кубик с пружинистым волоском, внимательно осмотрел его со всех сторон, как бы любуясь, затем так же осторожно вложил на прежнее место. Это был радиомикрофонный чип, своего рода сторож, позволявший через обычный портативный приемник слушать все, что происходит в непосредственной близости от кейса: разговоры, шаги и, уж конечно, попытки взлома или прикосновения, Емеля проверил содержимое кейса – папка была на месте, сургучные печати тоже.

По кабельному телевидению – роскоши пятизвездочных отелей – шел боевик с Крисом Кристофферсоном. Фильм то и дело прерывался рекламами, приглашавшими в заманчивые путешествия и экскурсии по Кубе. Внезапно на экране появился белый катерок, точно такой, какой Емеля видел в последний миг перед инцидентом с вертолетом. «Кубатур» приглашал валютных иностранцев принять участие в «Хемингуэй-марине» – рыболовно-морском шоу, где никто, даже новички, ни разу не державшие в руках спиннинга, никогда не возвращались без хорошего улова! И при этом со всех сторон показывали белоснежный катер с креслами на корме и счастливых молодых людей с небывалым уловом.

Емеля не заметил, как похолодела спина. Ведь его могло уже не быть! По всем законам он должен был сейчас лежать на дне океана, а не наслаждаться комфортом хилтоновского отеля! На экране продолжался фильм с бородатым Кристофферсоном, а перед глазами Емели покачивался на волнах белый катер.

Глава 2

Рыболовно-туристский катерок покачивался на волнах в двух милях от берега, небоскребы Гаваны едва просматривались в солнечной мгле. Клиентами «Хемингуэй-марины» на сей раз были не валютные толстосумы, а экипаж лайнера «Аэрофлота», обслуживающий латиноамериканские авиалинии и получивший плановую передышку после двух недель беспрерывных полетов. Кто-то, как, например, штурман, отлеживался в защищенном кондиционером номере отеля, кто-то коротал время на пляже, а командир лайнера Владимир Петрович Степанов предпочел подводную охоту с аквалангом, к которой пристрастился пять лет назад, когда от него ушла жена и отпала необходимость привозить в семью заработанную валюту. На подобные прогулки он приглашал всех, кто имел силы и желание болтаться со спиннингом в