Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 - Дэн Браун Страница 176

Недовольная собой и ситуацией, она, наконец, вернулась в квартиру, ощущая, как надежда покидает ее с каждым шагом. Внутри квартиры уже не было прежней атмосферы – она стала настолько тяжелой, что Вивиан не хватало воздуха. Каждый угол напоминал о том, что ее скорость и инстинкты оказались напрасными.

Обливаясь горечью, она посмотрела на наручники, висевшие на батарее, – этот металлический звук, застывший в воздухе, теперь звучал в ее ушах как предательство. Как она могла его упустить?

Что-то угрожающее затаилось в ее сознании. Вивиан знала, что теперь, когда Зейн снова на свободе, все только начинается. Зная его привычки, она понимала, что он может вернуться, а может и не вернуться. Поджимая губы, детектив сосредоточилась, нужно было быстрее найти его – время играло против нее. Торн должна была распутать эту необычную паутину, пока не стало слишком поздно.

Вивиан посмотрела на папку с документами, которую оставил Де Хаан, словно она была раскаленным углем, а не стопкой обычной бумаги. Внутри Торн вспыхнул конфликт, раздирая детектива на части: она металась между профессиональным долгом и стремлением сохранить свою безопасность. Но в тот момент, когда вопрос о доверии к Зейну вновь всплыл в сознании, будто вспышка молнии во тьме, она приняла решение, которое успокоило.

Вивиан направилась в ванную. Комната была небольшой, но уютной. Она включила свет, который мягко осветил стены, напоминая о уединении. Верхняя полка над раковиной была заставлена флаконами с косметикой и уходовыми средствами, но сейчас Торн была не заинтересована в их использовании. Взгляд детектива сосредоточился на зеркале, отражающем ее лицо, уставшее и полное размышлений.

Она поставила руки на края умывальника и посмотрела на себя, чувствуя, как в груди нарастает тяжесть. Смысл ее работы всегда заключался в том, чтобы защищать людей, но сегодня она ощутила, что нужно рисковать снова, погружаясь в мир преступности и тьмы, с которыми детектив уже слишком долго боролась.

Вода в раковине начала течь, создавая привычный звук, который поглощал пространство и помогал немного отвлечься от нарастающей тревоги. Она вдохнула и наклонилась к потоку воды, стремясь отвлечься. Как бы Вивиан ни старалась унять эмоции, мысли о Зейне и его просьбе о помощи продолжали плотно сидеть у нее в голове.

– Зейн Де Хаан, – произнесла шепотом его имя, как будто оно было заклинанием, которое могло разрушить ее мир. – Что же ты задумал?

Зачем он предложил ей помощь? Зейн сильно рисковал, придя сюда, но все же пришел. Почему? Можно ли доверять убийце? Ее инстинкты кричали, что это – ошибка.

Сделав еще один глубокий вдох, Вивиан погрузила руки в теплую воду, чувствуя, как та прогревает ее и успокаивает. Нужно было очиститься от давления, которое на нее оказывали обстоятельства и собственные сомнения.

Сидя на краю ванны и пропуская капли воды между пальцами, она задумалась о том, как избежать встречи с Зейном. Ей не нужны были проблемы, связанные с преступником. Она вновь вспомнила его неопределенный взгляд, когда Зейн упоминал о том, что за его действиями стоит нечто большее.

Но она знала: правильные решения не всегда приносят спокойствие. Может, это и было ее проклятием – искать правду, когда вокруг царила тьма. Вивиан вновь подняла голову и посмотрела на отражение в зеркале. Она пообещала, что не даст себя втянуть в его игры, даже если это означало, что она может упустить важную подсказку в деле.

Только время покажет, насколько это было правильным выбором. Она резко встала, выключила воду и, сделав шаг к выходу, осознала, что ее собственные решения порой становятся наиболее трудными, чем противостояние реальным преступникам. В ванной ей стало легче, но внутри оставалась тень неопределенности. Вивиан решила, что пока отложит вопросы о Зейне и сосредоточится на своем расследовании, не позволяя Де Хаану разрушить ее устоявшийся порядок.

Глава 8

Фотография

Пару дней спустя

– То есть вы утверждаете, что на вас напали сзади, и после этого вы проснулись в сортире в тюремной робе? – в пятый раз спрашивала Вивиан, потирая виски от перенапряжения.

Помещение, где она проводила допрос, было небольшим и довольно душным. Серые стены, обклеенные старыми плакатами о правилах поведения в полиции, казались ей удушающими, как и сама атмосфера. На столе перед ней лежали бумаги с записями допроса, а также ее собственные заметки – неясные каракули, отражающие ее внутренние мысли.

День выдался очень суматошным. Первое, что она сделала утром, – погрузилась в просмотр записей с видеокамер, которые находились в районе тюрьмы. Она нашла лишь момент, где машина охранника выезжает с парковки и теряется где-то в лесу. Вивиан сделала заметку, что нужно проверить эти окрестности, но предчувствие подсказывало ей, что это бесполезно.

Затем была встреча с начальством. Отчет об убийстве рыбака оказался не просто формальностью – ее жестко отругали за якобы невыполнение должностных обязанностей. За последние несколько месяцев Вивиан зарекомендовала себя как детектив, который ставит высокие планки и часто находит решение. Но в этот раз все шло не по плану, и ее коллеги демонстрировали недовольство, увеличенное давлением из-за нагрузки в работе. Детектив не решилась рассказать начальству о встрече с Зейном, подумав, что разберется с этим сама.

И последней каплей стал допрос охранника тюрьмы, который говорил о том, что ничего не помнил. Его невнятные ответы только усилили ее недовольство: он не только не мог рассказать о дне нападения, но даже не помнил дату.

Вивиан прикрыла глаза на мгновение, пытаясь сосредоточиться и собрать мысли. Легкие нажатия на виски помогали лишь на секунды, не больше. Она открыла глаза и взглянула на охранника, который, казалось, не понимал произошедшего.

– Вы уверены, что у вас нет ничего, о чем стоило бы сообщить? – спросил Джонни, который тоже присутствовал на допросе.

– Я вам уже все сказал, – буркнул охранник, явно уставший от беседы. – Я просто делал свою работу.

«А работа у вас, похоже, не очень хорошо выполняется», – подумала она, но при этом не стала высказывать свое неодобрение.

Вивиан вновь потянулась к своему блокноту с записями и зачеркнула карандашом строчки. Это была ее последняя попытка выяснить, не упустила ли она что-то важное.

– Но ведь у вас есть записи с камер. Там должен быть какой-то след, – настаивала детектив по мере того, как ее нервозность накапливалась.

Вопрос за вопросом она приближалась к своей грани, за которой все становилось только