Тени дома с башенкой - Евгения Ринская Страница 15

– Мы надеялись, что Вера их просто убрала, поэтому решили проверить, – процедила Марья Власьевна, которая приняла твердое решение своих не бросать и принять равную ответственность с подругой за эту авантюру.

Татьяна молчала и с недоверием рассматривала двух крайне благопристойных на вид дам. В этот момент в темной комнате раздалось глухое ворчание. Татьяна поморщилась – это ее желудок напоминал хозяйке, что хотя бы пару раз в течение суток необходимо есть. Как неудобно и не вовремя.

– В холодильнике есть «птичье молоко», – невесело усмехнулась Марья Власьевна. – Уверена, баба Вера была бы не против.

– «Птичье молоко»? – вдруг выпрямилась Римма Борисовна.

– Ну да.

– А я вчера ей приносила торт «Полено», тот, из лавки, – медленно проговорила Римма Борисовна.

В комнате повисла напряженная тишина.

– Получается, ты не была последней, кто заходил к старушке, – мрачно констатировала Марья Власьевна.

Таня Егорушкина испуганно оглянулась.

– Вы же не думаете, что ее из-за них… того?

Римма Борисовна предпочла оставить этот вопрос без ответа.

– Но кому могли понадобится ее старые фотографии? – задумчиво пробормотала она.

Этот вопрос не давал ей покоя весь следующий день. Она пыталась вызвать в памяти черно-белые картинки, чтобы понять, что такого ценного могло на них изображаться. Ничего особенного, просто дети под немигающим взором учителя – мальчишки в форменных пиджаках, девочки в парадных фартуках и бантах. Все смотрят в камеру фотографа. Ничего необычного.

Она пробовала браться то за уборку, то за готовку, но сосредоточиться не получалось.

От мучительных размышлений, из-за которых все валилось из рук, ее отвлек стук в дверь.

На пороге стояла хрупкая молодая блондинка в пиджаке и джинсах. В руках она держала папку с документами.

– Добрый день, – сказала она. – Римма Борисовна Романовская?

Женщина кивнула. И та открыла перед ней официальные корочки.

– Очень приятно познакомиться, Ирина Малышкина, Регохраннадзор. Я по поводу находящегося в вашей собственности Дома с башенкой.

– Да, конечно, проходите, – заторопилась Римма Борисовна.

– Нет, спасибо. Вы приобрели дом полгода назад, скажите, можем осмотреть объект, проверить его состояние? – она покрутила папку в руках.

– Разумеется.

К зданию они отправились на внедорожнике гостьи – мощная «Тойота» за несколько минут преодолела расстояние, на которое у Риммы Борисовны, передвигавшейся пешком, уходило не меньше получаса.

Она была прекрасно осведомлена о проверках, с которыми могут сталкиваться собственники зданий, признанных памятниками культуры, но, как искусствовед, конечно, относилась к ним с большим уважением. Этот визит стал для нее первым и хотя он внушал ей некоторую тревожность, она была рада отвлечься от беспокойных мыслей. Тем более, что несмотря на небольшую паузу в работах, она успела расчистить участок и часть комнат, а потому была в целом довольна собой. Открывая массивный замок, висевший на двери особняка, она даже подумала, что благодарна Ирине за напоминание о том, что ей необходимо проверить дом.

Однако то, что она увидела внутри, повергло и ее, и, судя по всему Ирину, в шок. Тяжелая старинная мебель, составленная в ожидании реставрации у стены, разломанная на куски валялась по всему коридору. Искусное резное панно, украшавшее стрельчатую дверь на веранду, было сбито чем-то вроде топора и бессильно повисло на нескольких гвоздях. Изящные фестончатые окна на веранде были части выбиты и сквозь них с озера тянул прохладный ветерок. Вместо потолка сверху зияли провалы полов второго этажа, еще недавно подгнившие, но целые, с торчащими, как выломанные кости, балками перекрытий.

Пока Римма Борисовна, хватая ртом воздух, пыталась прийти в себя, Ирина вскинула свою папку и, раскрыв ее, стала быстро бегать глазами по документу, описывавшему исходный вид здания при продаже.

– Сохранные интерьеры первого этажа, исторические фестончатые окна на веранде, предметы обстановки дореволюционного периода, состояние несущих конструкций второго этажа – удовлетворительное, – скороговоркой зачитала она и требовательно уставилась на Римму Борисовну.

– Но этого не может быть, я была здесь позавчера. Клянусь, ничего этого не было, – забормотала она. – Мы проводили работы по расчистке, люди могут подтвердить.

– Да? – скептически спросила проверяющая и вновь сверилась с папкой. – А у меня другая информация. Несколько дней назад к нам в департамент поступила жалоба от местного населения. На систематическое вандальное отношение к региональному памятнику культуры, находящемуся в вашей собственности.

Она протянула ей распечатанный лист бумаги, из которого она с удивлением узнала, что в Неприновке, оказывается, живет целая группа неравнодушных граждан, страстно обеспокоенных судьбой Дома с башенкой. В официозной, а местами просто патетической кляузе сообщалось, что новая собственница-де, все лето ведет вандальные работы по демонтажу здания и украшающих его ценнейших элементов декора, что не оставляет инициативной группе преданных жителей Неприновки иного выхода, как обратиться за помощью в соответствующие органы.

– За несоблюдение обязательств по сохранению и восстановлению памятника культуры предусмотрен штраф, – процедила проверяющая, делая шаг вперед и доставая телефон. – Его размер определит комиссия по результатам моей фотофиксации, – притихший особняк осветила яркая вспышка. – Но с учетом серьезности нарушений, допущенных в столь короткие сроки, – еще одна вспышка. – Не исключено также изъятие здания из вашей собственности.

Прощание с проверяющей на этом фоне вышло достаточно прохладным. Обратно Римма Борисовна шла уже сама, погруженная в печальные раздумья.

– Инициативная группа, – вы подумайте, – негодовала Марья Власьевна.

Женщины собрались втроем в беседке Марьи Власьевны, чтобы обсудить внезапные новости.

– Какая разница, – махнула рукой Римма Борисовна. – Проблема в том, что в доме действительно были разрушения. Они приехали и получили подтверждения, которые теперь зафиксированы на снимках.

– То есть получается, кто-то заходил к бабе Вере перед ее смертью и почему-то забрал все фотографии, а потом кто-то залез к тебе? – покачала рыжей головой в кудряшках Таня. – Это что же такое за дела в Неприновке?

– Не знаю, пока вы с мужем не приехали, все тихо-мирно было, – не упустила повода съязвить Марья Власьевна.

Таня возмущенно фыркнула. Римма Борисовна глубоко задумалась и вдруг повернулась к Марье Власьевне.

– Тот фонарик, помнишь? Который ты видела вчера?

Таня удивленно уставилась на них. Тщательно прорисованные черным брови матриарха поднялись двумя большими дугами.

– Получается, он правда был? Мне не показалось!

Римма Борисовна повернулась к Тане, до сих пор слушавшей их с недоумением, и коротко рассказала историю, с привидившимися Марье Власьевне отблесками фонаря в окнах Дома с башенкой. Теперь же выходило, что Римма Борисовна была не права – в дом действительно прокрался злоумышленник, который под покровом ночи устроил полный хаос. Этот человек, очевидно, спешил все сделать до приезда проверки. Но зачем? Кому так сильно хотелось отнять у нее Дом с башенкой, много лет стоявший никому не нужным? На это у