Тайна надгробия - Джена Шоуолтер

Джена Шоуолтер, Джилл Монро

Тайна надгробия

Информация о переводе:

Переведено специально для группы WonderlandBooK

Любое копирование без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО!!!

Переводчик и редактор: Justyu_31

Русифицированная обложка: Poison Princess

Глава 1

Эдвард Джейкобс

У меня нет времени на смерть. Я скоро вернусь.

Участок № 47, «Сад Памяти»

Джейн Лэдлинг откинула прядь волос со лба и заглянула в свежевырытую могилу. Мысли вихрем пронеслись у неё в голове, одно наблюдение сменялось другим. Участок № 39, яма глубиной два метра, открытая крышка гроба… Это казалось вполне обычным зрелищем для частного кладбища «Сад Памяти», перешедшего к Джейн по наследству по материнской линии, если бы не одно «но»: усопшая провела в земле почти столетие, в закрытом гробу, в полном одиночестве, а сейчас кто-то — или что-то — раскопал её могилу, нарушил покой и подселил ей соседа.

Двое мертвецов лежали, тесно прижавшись друг к другу, и в этом было что-то… прекрасное.

«Стоит ли сделать парные гробы новой фишкой?» — задумалась Джейн. Просто они так трогательно смотрелись вместе. Если, конечно, игнорировать тот факт, что от Ронды Бургунди, владелицы могилы, остались лишь волосы да кости, то, честно говоря, она выглядела даже лучше, чем свежий покойник из плоти и крови.

«Это что, загробная версия «романа с молодым»? — усмехнулась Джейн про себя. — Какая ты испорченная! Прекрати! Сосредоточься. Как это произошло? Трагическая случайность или преступление?» Она обходила территорию, занимаясь утренними делами, когда заметила странную кучу земли и поспешила к ней.

Выпрямившись, девушка обвела взглядом окружающие участки, пытаясь осмыслить увиденное. Утренние лучи солнца озаряли сочную зелёную траву. Тени от раскидистой магнолии и группы кипарисов окутывали разномастные надгробия. Ряд более мелких, поросших мхом кипарисов тянулся вдоль журчащего ручья. Местами распустились цветы, привлекая горстки пчёл. Ничто не выглядело потревоженным, но Джейн сомневалась, что новоиспечённый покойник умер естественной смертью.

Она прекрасно видела его затылок. Капли багровой крови запеклись в волосах. Копна светлых кудрей показалась ей смутно знакомой. Может быть… Возможно… Так знакомо…

Её «напарник» Ролекс протиснулся у неё между ног, на его языке этот жест означал: «Накорми меня, простолюдинка». В обмен на кров и пищу кот удостаивал Джейн своим присутствием, охраняя её и территорию, а также выполняя роль местного инспектора по питанию.

Два года назад эта маленькая домашняя пантера забрела на кладбище и немедленно объявила его своим, как и саму Джейн. С тех пор они были неразлучны.

— С завтраком придётся подождать, малыш. Нам обоим. Мне нужно сообщить шерифу о нелегальном поселенце.

Джейн, любительница составлять список дел на день, впервые прервала его на полпути. Она развернулась на своих чёрных балетках и направилась в сторону дома. Двухэтажный коттедж смотрителя — он же родовое поместье — принадлежал их семье уже несколько поколений и граничил с кладбищем.

Проведя здесь большую часть своих двадцати шести лет, ухаживая за могилами, она выработала то, что добропорядочные жители Аврелиан-Хиллз штата Джорджия называли «неспособностью осознать всю тяжесть смерти». Возможно, они были правы, но зачем печалиться о мёртвых? В большинстве случаев они были лучшими друзьями, чем живые.

Пока Джейн шла по ухоженной холмистой территории, которую она сохранила в первозданном виде, Ролекс не отставал от неё. Тёплый весенний воздух был наполнен ароматами магнолий, гардений и роз — её самой любимой коллекцией запахов в мире.

Но очень скоро к ним добавятся новые: выхлопные газы, множество одеколонов и духов, и, вероятно, затхлый кофе, а также звуки разрушения! Правоохранительные органы (или, точнее, те самые создания — головная боль Ролекса) будут топтать всё вокруг.

— Подумав ещё раз, я решила, что не стоит откладывать завтрак, — обратилась Джейн к коту. — Ты будешь слишком занят, шипя и размахивая своими убийственными лапами на всех, выпрашивая еду. — Так он давал понять посетителям, что у них нет права дышать «его» воздухом в «его» королевстве без «его» разрешения.

Ступени крыльца заскрипели под ногами девушки, а петли двери застонали, когда она её распахнула — привычная симфония. Джейн пыталась поддерживать коттедж в максимально возможном порядке, но средств едва хватало, и самые крупные и необходимые работы по ремонту ещё предстояло завершить. Или просто начать. Когда-нибудь!

В прихожей она остановилась, как обычно, перед комнатой бабушки Лили. Оранжевый бархатный диван, накрытый вязаным покрывалом ручной работы. Кресла с цветочным узором по бокам от незажжённого камина, у которого проходили все эти вечера вязания. Кофейный столик с сотнями случайных царапин от Джейн — «пятен любви», как говорила бабушка.

Прошло три года с тех пор, как рак унёс бабушку Лили. Джейн всей душой скучала по дорогой женщине, которая её вырастила, ведь никто не был добрее и отзывчивее, чем она.

Ролекс мяукнул у ног смотрительницы, вырывая из задумчивости.

— Ладно, ладно. Давай-ка сегодня сделаем так, чтобы тебе не захотелось совершить новое преступление. Одного в день достаточно.

Джейн прошла на кухню, открыла новую упаковку куриного паштета и выдавила противную массу в миску кота. Тот сразу же набросился на еду. Он обожал это лакомство и не признавал ничего другого.

Когда девушка впервые нашла кота, он был на улице, полуголодный, сидел на банке с солёными огурцами, которую она выбросила накануне. Банка упала на землю горлышком вверх, а он уселся на крышку, напоминая горгулью на замке, охраняющую свою территорию. Её первой мыслью было понаблюдать за котом, второй — назвать его Ролексом. Она едва помнила дедушку, но никогда не забывала о его одержимости наручными часами, которые тот расхваливал как «чистую роскошь».

Джейн вымыла и вытерла руки, затем направилась в кабинет в задней части дома. Эту комнату дедушка Попс пристроил незадолго до своей смерти пятнадцать лет назад. Из-за артрита в тазобедренных суставах ему было тяжело ходить в главный офис на другой стороне участка, рядом со входом на кладбище.

В любом случае, его внучка предпочитала это рабочее место. Просторная комната включала изысканный антикварный письменный стол, металлические картотеки, полные документов, которые она начала оцифровывать в прошлом году — осталось всего триста, — и фотографии любимых людей в рамках: бабушка Лили и дедушка Попс; Ролекс, разумеется; Фиона Лоуренс, лучшая подруга бабушки. По правде говоря, шестидесятидвухлетняя Фиона была и лучшей подругой Джейн.

На одной из фотографий были её родители, запечатлённые на выпускном в старшей школе. Ах да, ещё вышитый крестиком Генри Кавилл[1] в позолоченной рамке, которого Джейн купила на гаражной распродаже[2].