Андрей Таманцев - Закон подлости Страница 70

И все-таки это была смерть бойца, которой не было бы стыдно никому из них.

Во всяком случае, эта история закончилась. И в целом — закончилась удачей.

Может быть, потому, что кроме умения вовремя выстрелить они научились еще одной важной вещи — вовремя не выстрелить. А может быть, просто оттого, что в маленькой церквушке в местечке Спас-Заулок под Зарайском время от времени появлялся молодой еще человек по имени Сергей Пастухов, чтобы без слов, в сердце своем, отблагодарить Всевышнего за жизнь живых и попросить покоя умершим.

…И снова горело в маленьком храме в Спас-Заулке семь свечей — пять за здравие и две за упокой душ погибших товарищей — Тимофея Варпаховского и Николая Ухова, обретшего наконец свой покой под тяжелой плитой, которая уже лежала здесь целый год и целый год была памятной, а теперь стала могильной.

…Тяжелая плита на далеком деревенском кладбище под родными небесами… Склонясь перед образом покровителя воинов Георгия Победоносца, Сергей Пастухов все думал о том, сколько смертей уже на счету его маленькой команды.

Смертей, для кого-то явившихся заслуженной карой; смертей ради добра для множества других людей, оставшихся благодаря команде Сергея живыми и невредимыми; смертей, вызванных необходимостью самому остаться в живых… И, осеняя себя крестным знамением, он все пытался понять:

Чей я солдат, Господи?

И если Твой — не допусти, Господи,

Стать мне слугою Князя Тьмы.

Господи. Господи. Господи.