Сонный воин 5 - Алексей Викторович Широков Страница 37

кровати кому-то могло показаться двуличием, но Тимофей от этических дилемм не страдал. Долгова не лежала при смерти, скорее наоборот, небольшая слабость означала начало новой, куда более успешной жизни. Даже если девушка пойдёт по стопам своего отца её ждёт неплохая карьера. Как минимум удачное замужество уже обеспечено, кто откажется от одарённой с генами аристократического рода. И неважно, что её ветвь когда-то отсекли, кровь не вода, это понимали все. И Тим был прав, неизвестно как сложатся их отношения в дальнейшем, теперь у девушки был шанс.

Сам же Тим с одной стороны, хотел начать поиски тех, кто в него стрелял, с другой — его морально ограничивал таймер развёртывания адаптивной нейросети, на который он то и дело поглядывал. Сложно заниматься чем-то серьёзным, когда постоянно ждёшь новостей. Поэтому самым лучшим способом было отвлечься. А уж когда две красивые девчонки имеют на тебя планы остаётся мало времени думать о другом. Хоть для себя Тим ещё не решил, смогут они добиться успеха или нет. Близость с Добровольской будет сложно списать на мимолётную интрижку, хотя, с другой стороны, разрешение ухаживать от её отца было получено и рамки там не выставлялись. Так что претензий к Тимофею быть просто не может.

— Я дома! — Тим привычно скинул обувь в пороге. — Мам, меня Курбские на выходные пригласили на дачу. У них в Караканском бору охотничий домик. Я сейчас вещи соберу и меня заберут, так что не теряйте.

— Тимофей подойди сюда, — голос матери, донёсшийся из гостиной был крайне напряжён и Тим мгновенно подобрался, мысленно готовя самые убойные заклинания. Щит мага уже висел на нём, а пальцы подрагивали, готовясь призвать чакрамы. — У нас гости.

— Добрый день, — Климентия парень узнал сразу, а вот второй мужчина, вольготно рассевшийся на диване, заставил юношу напрячься ещё сильнее. Подобных противников он ещё не встречал. Оценка была безжалостна. Игнат Курбский, с рейтингом опасности в сорок единиц мог быть только мастером. И похоже, его прислали по душу Тимофея. — Тимофей Иванович Моргунов, к вашим услугам.

— Этот что ли? — Мастер даже не пытался быть вежливым. — рожа смазливая, а так хлипковат. Не понимаю, чего глава так всполошился. Да ещё и наглый, совсем от рук отбился. Тебе, щусёнок, кто право дал с чужими родами дела крутить? Давно задница розги не чуяла?

— А ты кто такой, чтобы с меня что-то спрашивать? — конечно, Мастер — это не Учитель и Тим понимал, что даже со всеми своими усилениями он вряд ли сможет что-то противопоставить Курбскому, но подобное бесцеремонное отношение просто выбесило парня. — С какого я должен отчитываться перед кем-то кроме родителей? Не много ли Курбские себе позволяют, требуя подчинения у вольного гражданина?

— Ах ты отрыжка бармоглота, — в голосе Игната не было агрессии, однако Тим прекрасно понимал, что подобный пассаж ему не спустят. — Смелый стал, сопляк? Так я тебя быстро к порядку призову.

— А давай! — было глупо, но на Тимофея накатила волна бесшабашной злобы. Он устал быть пешкой, которую пытаются играть какие-то хитрые ублюдки, так что сейчас был готов выйти хоть против Мастера, хоть против Виртуоза, всё одно конец смерть. Так что парень без колебаний призвал чакрамы, приготовившись вызвать и зверей, и духовную стаю. Как говорится, пить так пить, спать так с королевой, а воевать так до талова. — Иди сюда и посмотрим, кто кого куда призовёт.

— Надо же, не врали, — замер начавший подниматься Мастер. — И вправду духовное оружие. Только если ты думаешь, что оно тебе поможет, то сильно ошибаешься.

— Да плевать! — Тима несло. — Вы, Курбские, совсем связь с реальностью потеряли! Считаете себя кем? Богами⁈ Что вам можно всё⁈ Хотите — вышвырнете из клана, хотите — заберёте всё что есть. А захотите так потом обратно затащите, не взирая ни на что⁈ Так вот хер вам! Ладно я Климентия Сидоровича слушал, когда он по ушам мне ездил, мол родная кровь и так далее, а по факту как оно получилось? А, Климентий Сидорович?!! Только я лучше сдохну, чем под кого-то лягу! Так что давай, иди сюда! Решим всё раз и навсегда!

— Игнат, не делай этого, — Учитель попал между молотом и наковальней. Все его прошлые старания пошли прахом из-за наглости Мастера. И, с одной стороны, тот был прав, чего церемониться. Это их кровь, их пацан. Взять за шкирку и притащить в клан, пусть сидит и не рыпается. С другой — вокруг Тимофея уже завязался узел интересов. И более опытный в интригах Учитель понимал, что грубое вмешательство вполне может вызывать негативную волну. — Тимофей молодой ещё, не понимает, что несёт.

— Отстань, Климка, — отмахнулся Мастер, поднимаясь во весь рост. — Вы с ним слишком цацкались, в жопу дули, вот сопляк и оборзел. Ничего, сейчас по ушам ему надаю, потом в училище нашей гвардии закину, там его быстро в норму приведут. Не доходит через голову — дойдёт через задницу!

— Я не позволю в моём доме тронуть моего сына! — сил у отца Тима было немного, но он решительно встал на пути Мастера, загородив сына. — Убирайтесь! Никаких прав на него у вас нет! И только попробуйте…

— Прошу прощения за вторжение, но у вас было открыто, а на мой стук никто не реагировал, — голос из-за двери немного остудил пыл собравшихся, заставив переключить внимание на нового действующего персонажа. Высокий и худощавый мужчина лет тридцати пяти, в хорошем костюме выглядел немного несуразно, но герб Щетининых на лацкане пиджака сразу выдавал его принадлежность к роду губернатора. — Могу я увидеть Тимофея Ивановича Моргунова.

— К вашим услугам, — Тим не стал отзывать чакрамы, но всё же принял менее угрожающую позу. — Это я.

— Чудесно! — расплылся в улыбке представитель губернатора. — Позвольте представиться, Семён Дмитриевич Потоцкий, Слуга рода Щетининых. Тимофей Иванович, Панкратий Харлампович в моём лице, приглашает вас на приём в честь Тезоименитство Его императорского величества в следующую субботу. Вот, прошу принять.

— Благодарю, — Тим развеял чакрамы, принимая конверт, а Семён от удивления чуть выпучил глаза, но больше ничем себя не выдал. Слухи о наличии у щенка духовного оружия подтвердились. Правда пройдоха сам особо не понимал, что это значит, однако Панкратий Харлампович очень данным фактом интересовался и верный слуга был рад угодить господину важными