Аркадий Драгомощенко - Я в(ь) я

Тут можно читать бесплатно Аркадий Драгомощенко - Я в(ь) я. Жанр: Проза / Современная проза, год неизвестен. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте FullBooks.club (Фулбукс) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Аркадий Драгомощенко - Я в(ь) я

Аркадий Драгомощенко - Я в(ь) я краткое содержание

Прочтите описание перед тем, как прочитать онлайн книгу «Аркадий Драгомощенко - Я в(ь) я» бесплатно полную версию:

Аркадий Драгомощенко - Я в(ь) я читать онлайн бесплатно

Аркадий Драгомощенко - Я в(ь) я - читать книгу онлайн бесплатно, автор Аркадий Драгомощенко

Драгомощенко Аркадий

Я в(ь) я

Аркадий ДРАГОМОЩЕНКО

Я В(ь) Я

О, нашей мысли обольщенье,

Ты, человеческое Я...

Федор Тютчев

В снысловых отклонениях и пересечениях, которые мнятся (чем?), но начало уже требует слова мираж, в котором несомненно (точнее, досомненно) сознание провидит удвояющее себя удвоение, - и оно сладостно, равно как и вожделенно, поднимаясь из глубин реальности и географических фолиантов гелиографическим бестенным свечением мира, стоящего на грани зрения, обращенного в себя, как подсказывает позднее значение латинского mirare, слабо брезжа в пристальном зеркале удивления восхищеньем миража.

"Я понимаю" - угрожает протяжением нескончаемой тавтологии. Перечисление: треугольник Пенроуза, бутылка Кляйна, etc. - декорации спектакля, претендующие на роль зеркал. Возможно, где-то в самом начале зеркало было разбито. Затянувшаяся вспышка, постепенно пересекшая границу силы и продолжающая свое расширение во время. Не исключено, что тогда же не произошло оседания распыленного "я" в некий узор, который впоследствие слепым пальцам предстояло читать как возможность соединения "вещи и слова", пальцев и мысли либо, что точнее, - ощущать намерением пересечения "линии вымысла" или же черты "реальности" (однако в данный момент возникает сопутствующий вопрос: определяется ли территория того либо другого чем либо, кроме их взаимоперехода?) - "я понимаю я" либо "я учу я",

действие чего развертывает поле некой прозрачнейшей оптики, которое в процессе наблюдения обретает глубину (правильнее - объем) в орнаменте известной топонимики Фрейда. Но даже в координатах этой системы числом три гуны входят в состав пракрити, не существуя, но со всей непреложностью обнаруживаясь во взимоотношениях: саттва, гуна наслаждения и ликования; раджас, то есть, желание, приводящее все в движение; и тамас - гуна апатии, тьмы, смерти, неразличенности. Но даже в коорднинатах этой системы "я" оказывается ни чем иным, как динамической переменной, наподобие брезжущего в фигуре эллипсиса становления значения, в нескончаемо перемещаемом пространстве отсутствия значения, в пред-ста(но)вления смысла.

Возможно он, скорее всего, сопрягается с тем, что очерчивается понятием конечности, пунктом расхождения всех линий личностной перспективы. Обернись, независимо от расположения, - всегда уже противоположная "точка" (в этом ознобе, создаваемом накопленьем, как слово...): "Я", пункт интерференции, узел параллакса, ускользающий от определения, более того: там, за тобой, оборачивающимся вокруг оси, происходит нежнейший танец вещей, соединяющихся в возможность мира, обнаруживаемую пыльцой отклонений и пересечений, чистой, как перга, скользящая по пергаменту или действие исчисления, устремленное в своем расширении ко времени, оплетающем времена, как письмо слой за слоем пеленает в отстутствие их абстрактнную основу, страницу, материю ожидания. "Но при соединении с телом будь прекрасным, приятным Богам в высшей родине"1

Воображение населяет другой. Другой и есть собственно воображение или другой есть возможность понимания себя (от сказок о шапке-невидимке до Гуссерля, Бенвениста, Бахтина). Мне не снятся сны. Возможность - есть ____________________ 1 Ригведа, Х, 56 средостение, создающее все территории. Кленовый лист из Чернобыля достигает по слухам метра с чем-то в ширину. Какого размера достигает "я" из этого места? Либо, где складируются эти местности, очевидно превосходящие привычные размеры, пространства... или же времена? Но, если о снах, то они мне снятся, однако я забыл все и продолжаю все забывать, - не в этом ли совпадении с миром моего сознания, исключающего себя из "со-"? - ежечасно обретая то, что было лишь миг назад забыто мною? Все мое прошлое просачивается сквозь поры непамяти. Вероятно, зеркало все же было разбито (забыто), разъ-я-то в яв(ь), и вместо того, чтобы глаза сошлись с глазами, уверовав навсегда в "я учу я", - некто, имеющий естесственное право утверждать, что он это он, в произнесении "я" предпочитает наугад иное. И потому в письме, в слиянии с предвосхищением или: "при соединении с телом будь прекрасным, приятным Богам в высшей родине"2

Тем не менее, наиболее незначительное из снов не удается забыть, а именно, то, что как бы является неизменой основой "сновидений", будучи неуязвимым повторением какого-то лишнего и пустого элемента, возможностью отсчета в возникновении дистанции и пространства, сворачивающего себя в кокон (я не понимаю, что в данный момент говорю или пишу, но очарование этой мерцающей сети следований и разлук в излучинах ускользания неимоверно крепнет...): это нечто безусловно я, представленный самому себе некой телесной периферией, неполнотой (как бы плечо, как бы часть щеки, носа, как бы движение руки "у самых глаз"), истаивающей у порога осознания, как множества в паутине времени у черты вымысла..? (мое тело до мозга костей "социально", мое тело втатуировано в меня неким застывшим цветением обещания, тело это посул послания меня сквозь него к тому, что в тот же миг обогнет меня - я, вращающееся вокруг оси... обволакивающее единственную точку, свободную от тончайшего танца вещей, точку ожидания, и не в ней ли собираются все связи, должные повествовать своим наличием о целостности окружающего?) - как чего-то, принадлежащего мне, то есть, тому, что скользит между мной и набором определенных (как бы ____________________ 2 Там же. пред-определенных) "образов и обликов", скользит совершенно неуследимо, под стать льду в воде. Эротизм развоплощения, открытый магнитным ветрам пустыни, в истоках которых даже солнце темнеет от одиночества, освящая обрученье умерших детей. "Я" всегда находится между мной (как возвратным местоимением, воз-вращающем "я" в точку размыкания линий всех без исключения перспектив) и "им", тем, кто есть также я, равно как таковым не является. Проблема не стоит выеденного яйца. Я полагаю, что, если бы мы с тобой или с кем-либо другим оказались наедине... или, если бы я, скажем, оказался с ней, а мне, признаться, любопытно вообразить в этот момент ее имя (нет, не лицо, лица все одинаковы, как тела, мужские ли, женские, как воспоминания, образы, коим обречены, но только бессмысленное имя ничего не в силах сказать мне в своих идиотичных привязанности и повторении...),- мне было бы нечего сказать ни имени, ни ему/ей. Сигарету? Кофе? Справедливость? Прибавочная стоимость? Муха на оконном стекле и есть мое нескончаемое я, - в этом никогда не разбивающемся mirare, и так далее.

Но иногда я снюсь снам. Их толкования моих явлений удручает. Сны выискивают метафизический остаток. Ярость их порой сокрушительна и неописуема. Сны шествуют, как червивые забытые божества, неся в руках головы, с лиц которых содрана кожа. Однако мне подчас мнится, что я обладаю возможностью понимать, то есть, возвращаться сквозь происходящее, подобо пресловутой (лучше слепой) пчеле, возвращающейся в улей. Игла без нити. Улья не существует. Он не возникает в тот самый миг, когда понимание подступает к воплощению в себе и собой "вещи", которая, по всей видимости, и есть "улей". Брести через цивилизации разрушенных метафор: дорога, язык, смерть с косой, обьятия, влага, "я", воспоминания, история. Не следует также забывать и о том, что "я" для нынешнего времени остается последней возможностью метадискурса, единственным протагонистом какового в нынешней ситуации оно и есть... проблема субьективации - тавтологии.

Впрочем культура/природа или все те же "я" - составляющие того же кода. По поверхности чашки с чаем стелется сизый дымок. Испарение, отсюда начинается строка. Иногда я готов спросить: возможно ли, что кто-либо мог думать, мыслить свое "я" как некую непрерывную данность вне самого думания или же, напротив, "я" ("моя самость", ость, ось моего есть, мое присутствие), - это некое окончательно нерасщепляемое единство, - происходит в процессе сознания как акта собирательноволевого? Что предполагает возможное размышление о нем в терминах конца и цели или "описания". Однако "мое" рождение и смерть не могут служить мне объектом моей мысли.3 Если бы это не было так бессмысленно, об этом не стоило бы говорить.

Но тогда я, читающий его/ее "поэтическое произведение" (или просто слушающий об изумляющей странности повседневного: реальность предстает с такой силой, что неимоверно хочется проснуться), точно так же создаю его/ее "я" (производя себя в их деятельности, направленной ко мне интерференция, не забыть - и уходящей дальше, сквозь, туда, где, догадываюсь, испившего (испарение) всю кривизну постоянного удаления вероятно пустынное свечение предвосхищения вещей, но до чего мне также нет дела, как и до Рая) так, как делают они сами; иными словами, их "я" является призведением моего собирательно-волевого усилия.

Таковы некоторые стороны логики здравого смысла, управляющей действительно нескончаемым стремлением вымолвить "я" (не это ли и есть желание?). Зачем это мне, черпающему наслаждение в проточном и скользящем по мне и сквозь меня во всех направлениях теле? Однако такая постановка вопроса преимущественно неверна, хотя бы потому, что предполагает некоего отстоящего меня, т. е., того, кто задается вопросом, того, кто существует прежде, чем глаза, восприятие, память, чувствование, способность следовать кое-каким общепринятым правилам (вызывающая с годами все более возрастающее недоумение) собираются в то, что легче назвать импульсом преступить ограничение себя (но где располагаются границы? но что осталось? - поверь, если бы мы остались наедине, я больше чем уверен в том, что мне нечего было бы тебе сказать, но, вне сомнения, ты все это знаешь и все вопросы, которые ____________________ 3 Phenomenology of Perception. M. Merleu-Ponty, tr. from French, Routledge & Kegan Poul, p. 364. доносятся ко мне, преследуют лишь одну цель: не дать мне уснуть, не дать предстать снова снам, этому немому трибуналу анатомического театра, не способного отличить вчера от пространства, которым обрушивается свет к зрачкам, неся им пустые раскаленные плоскогорья, дороги чья белизна изымает меня со сцены беззвучного вопрошания: однако к кому обращаюсь?), но ведь это "себя", из которого как бы должен исходить импульс, отсутствует или присутствует постоянной недостаточностью в значении.

Перейти на страницу:
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии / Отзывы
    Ничего не найдено.