Темный феникс. Возрожденный. Том 7 - Фёдор Бойков Страница 27

Даже Борис, когда станет старше, уйдёт из дома, чтобы найти свой собственный путь. Жнец был самым подходящим примером будущей жизни каждого тёмного мага, который получил дар призрака. И все эти дети, прошедшие через свой собственный ад, никогда не станут «нормальными».

— Хорошо, я позволю вам пожить в моём доме столько, сколько сможете, — сказал я. — Но перед этим у меня будет для вас задание.

— Кого нужно убить? — тут же спросил Яким, совершенно не удивившись моим словам. — Учти, нам нужны точные координаты, чтобы мы могли быстрее завершить задание.

— Я наткнулся на перевалочную базу Вестника, — сказал я, оглядывая отряд. — Пока я разбирался с одним князем, другие грандмаги уже покинули базу через сеть подземных тоннелей.

— Отслеживать разные направления будет непросто, — понятливо кивнул Яким. — Нас трое взрослых, я, Людмила и Артём. Детей — девять, и они уже распределены тройками к каждому из нас. То есть одновременно мы можем разделиться только на три группы.

— Вам не обязательно разделяться, это не самое срочное задание, — я вздохнул и потёр переносицу. — Я бы и сам им занялся, но у меня сейчас другие задачи.

— Мы сделаем это, Константин, — равнодушно сказал Яким, и все призраки кивнули. — Нам нужно будет убить всех предателей, или ты хочешь, чтобы мы и базы уничтожили?

— Я постараюсь подготовить специальные заряды, чтобы вы активировали их на базах, — пояснил я. — Вам самим лично убивать никого не нужно. Это замедлит ваши группы и может привести к ранениям или даже потерям, чего бы я не хотел. Сражаться с грандмагами не стоит, особенно детям.

— Ты забыл? Среди нас нет детей, — сказала Людмила, выходя вперёд. — Не притворяйся, что не понимаешь этого. Я видела твои глаза, когда мы встретились в первый раз, и сейчас. Ты и сам знаешь, кто мы и на что способны.

— Человечность никто не отменял, — я дёрнул плечом. — Они способны испытывать эмоции, значит их дар слабее. Пока они растут, они уязвимы.

— Как называли таких, как мы, в твоём мире? — спросила она хрипло.

— Призраки, — коротко ответил я. — В моём мире подобные вам были призраками.

— В этом ничего не изменилось, — хмыкнула она, поправив выбившиеся седые пряди. — Я называла нас призраками по другой причине, но теперь даже рада, что так сложилось. Это название нравится мне больше, чем какие-то ликвидаторы.

— Вы хотите отдохнуть после долгого пути? — спросил я, переводя тему, чтобы не бередить наши общие раны.

— Мы бы хотели посмотреть на реальный мир, — ответил Яким. — Мы никогда не видели его за пределами аномального очага. Здесь безопасно для нас?

— Вполне, — кивнул я и указал на связки амулетов на шеях детей. — Только вот с этими украшениями туда нельзя.

— Почему? — спросил мальчик лет шести. Его имя я не сразу вспомнил. Кажется, Богдан.

— Потому что они привлекают монстров, — пояснил я. — В реальном мире много беззащитных людей, для которых монстры опасны. И моя задача как хранителя врат оберегать этих людей.

— Разве у тебя нет воинов, способных убить монстров? — удивился Богдан.

— Есть, но рисковать я не хочу, — я поморщился. — Я видел, что случается с городом, который не смогли защитить. Да и на такое количество амулетов придёт столько монстров, что сражаться придётся не один день.

— Хорошо, мы всё равно принесли их для тебя, — пожал плечами мальчик. — Жнец сказал, что ты можешь их уничтожить, и это сделает тебя сильнее. Это правда?

— Да, правда, — кивнул я. — Это не самый приятный процесс, но зато очень действенный. А уж как отзывается тьма после такого поглощения!

— Ты умеешь чувствовать тьму, — медленно проговорил Жнец, впервые подав голос после приветствия. — Это многое объясняет.

Остальные призраки кивнули, соглашаясь с ним. А потом начали передавать мне поддельные Сердца. Это выглядело так, будто они делали подношение, чтобы задобрить меня.

И отчасти именно так и было. Ведь призраки живут и действуют по собственному кодексу, где решает сила, воля и особые ритуалы. Улыбнись я хоть раз кому-то из детей-призраков, и меня бы заклеймили слабаком, не способным понять их природу.

Примерно то же самое они провернули с Жнецом, чтобы убедиться, что он не станет их жалеть или извиняться за бездействие. Скажи он, что сожалеет, и никто не пошёл бы за ним. Такая вот сложная, но в то же время простая иерархия, завязанная на эмоциональном отклике и опыте.

Поглощать сразу почти четыре десятка поддельных Сердец я не стал, а повесил их на рог Тарана. Заберу их, когда будем в имении, и закрою с остальными в специальном экранированном ящике в сокровищнице. Там у меня ещё остались амулеты после битвы с Бартеневым, которые я тоже оставил на потом.

— Идёмте за мной, — сказал я призракам и переместился в реальный мир.

Через мгновение на площадке перед вратами стояло двенадцать призраков и Жнец, который не собирался оставлять своих потомков одних. Я подозвал к себе Максима Ивонина и указал на отряд теневиков.

— Это мои люди, — сказал я командиру боевого отряда. — Они ни разу не были вне очага, поэтому побудут тут какое-то время. Если у них появятся вопросы, даже самые странные и нелепые, можете смело отвечать.

— Даже про численность защитников стены и количество боеприпасов? — уточнил Ивонин, оглядев призраков и сразу сообразив, что перед ним те самые легендарные ликвидаторы, про которых слышал почти каждый воин и аристократ этого мира.

— Вряд ли их заинтересуют такие вещи, — я качнул головой и проследил взглядом за призраками. Они крутили головами, разглядывая людей, оборонительные системы и оружие. — Но вопросы могут быть действительно странными, поэтому не удивляйтесь.

— Понял вас, господин, — Ивонин набрал воздуха в грудь и добавил. — У нас тут кое-что стряслось, без вас не разобраться.

— Слушаю тебя, Максим, — я бросил взгляд за его спину и заметил истребителей монстров, собравшихся в отдельную группу и смотревших в нашу сторону.

— Истребители его величества хотят разорвать контракт, — он дёрнул щекой.

— Ну так и пусть, — я недоумённо пожал плечами. — В империи куча городов, где сейчас нужна их помощь. Лишними они точно не будут.

— Да нет, не с нами, — Ивонин крякнул. — С императором. Они отказываются уходить и хотят перейти под ваше начало.

— И на кой-они мне? — тут же выпалил я, а потом прикусил язык. Не стоит так резко отвергать людей, которых тренировали похлеще гвардейцев его величества. — То есть, теоретически я могу их принять и назначить в обходы и рейды, но прямо сейчас они