Прихоть - Асти Брамс Страница 2

– Захар, что ты творишь?! Я ведь твоя жена, что подумают люди?..

Он вдруг резко обернулся и с силой запустил тяжелый стакан в стену рядом со мной. Хрусталь со звоном разлетелся вдребезги, брызги и запах вискаря обожгли щеку. Вздрогнув, я заставила себя встретить его взгляд, в котором уже не осталось ничего человеческого.

– Жена? – презрительно усмехнулся он. – Т-ы-ы – кость в горле! Думала, всю жизнь можно прятаться в своей гребаной комнате, существуя за мой счет?! Нет, милая, у всего есть цена. И плевать мне, что скажут люди – он трахнет тебя и отпустит! Никто ничего не узнает, не переживай. Продолжишь свою убогую жизнь так, будто ничего не произошло! Собирайся – он ждет.

– Я никуда не поеду, – выдавила я, но в голосе уже слышалась трещина.

– Поедешь! Даже если мне придется тащить тебя за волосы в его машину, поэтому хватит ныть! Хоть какую-то пользу принесешь..

Захар приблизился вплотную. Он был худощавого телосложения, но гораздо выше меня, однако я заставила себя стоять на месте. Только невольно задержала дыхание, когда его ладонь скользнула по моему плечу к шее.

– Ты мне должна, Мия, – хрипло процедил он, склонившись к уху. – И пока я ни разу тебе об этом не напомнил.

Сглотнув, я прикрыла глаза, ощутив, как сдавливает грудную клетку. Вообще-то напомнил однажды. Два года назад, когда я застала его в нашей постели с девицей с силиконовой грудью и потребовала развод.

– У тебя пятнадцать минут.

Голос мерзавца стал жестче. Протест внутри меня продолжал пылать, но решимость отвечать куда-то испарилась.

– Услышала меня?! – Он впился в мои глаза и вдруг сдавил пальцами шею до боли.

Молчание – тоже согласие. Поэтому Захар с оскалом отстранился и зашагал к двери, которую громко захлопнул.

Мой затравленный взгляд сосредоточился на настенных часах. С минуты на минуту за мной должны были прийти. И вряд ли муженек лично соизволит тащить меня за волосы кего машине… Скорее поручит это своим псам, которые исполнят любой приказ хозяина.

Взгляд переместился к осколкам стекла на полу, ставшим отражением моей воли, а затем к проклятому платью из красного шелка, валявшемуся комком на кровати. Вдруг притянула его к себе и сжала в пальцах до побеления костяшек. Зубы стучали друг о друга от нервного озноба. Неужели, я правда это надену и покорно пойду раздвигать ноги?.. Неужели я совсем ничего не могу сделать?!

«Что-то все-таки могу» – подумала, посмотрев на окно, через которое можно было сбежать. Затем на дверь, через которую могла просто нагло выйти, послав все и всех к чертям! Я имела на это полное право еще два года назад. Я безумно устала от жизни в клетке, где должна была играть ненавистную роль, но все же как-то терпела. Однако сейчас ситуация зашла слишком далеко. А мое подчинение – опасная стратегия, которая может развязать руки Захару настолько, что он возьмет за привычку решать дела за мой счет и дальше… Точнее, за счет моего тела!

Сердце охватил ужас, стоило представить это. Кожа покрылось мелкой испариной, по ногам прошла слабость. Я понимала, что должна что-то придумать. Прямо сейчас принять решение, даже если оно окажется очень трудным. Минут десять назад одна мысль уже проскользнула в сознание… Неадекватная, рискованная, но с каждой секундой казавшаяся все более спасительной.

Резко поднявшись с платьем, сжатым в руке, я больше не позволила себе терять время. Не позволила размышлять и прикидывать шансы, чтобы не поддаться страху и сомнениям. Подойдя к шкафу, быстро выбрала черный комплект нижнего белья, после чего отправилась в ванную. Там успела переодеться, распустить от природы волнистые волосы медового цвета, достававшие до талии, и подкрасила пухлые губы алой помадой. Не для Кирилла Стахова. Для Захара, который не должен был ничего заподозрить.

Рука с помадой дрогнула – в дверь ванной требовательно постучали. Резко повернув голову, я отступила от зеркала и оправила облегающую ткань платья, подчеркивающую мою тонкую талию и округлые бедра. Квадратный вырез с зауженными бретелями деликатно приоткрывал грудь второго размера. Последний раз взглянула на свое отражение, где увидела не жалкую, наивную девчонку, которой была в двадцать три, а эффектную женщину, с такими же нежными чертами лица, но взрослыми проницательными глазами. В их зеленом оттенке пока еще горел огонь силы, намеренно спрятанный под тенью длинных ресниц.

Новый стук, от которого буквально сотряслась дверь, заставил идти открывать. Как я и предсказывала, за мной пришла охрана. Один качок в черном пиджаке стоял у кровати, а второй – значительно старше, широкомордый со шрамом над бровью, который был здесь начальником безопасности, и которого я ненавидела больше всех, ждал за порогом.

– Готовы идти? – натянуто-вежливо поинтересовался Павлов.

Плотно сжимая губы, я смерила его взглядом в упор, затем так же холодно посмотрела на второго. Ничего не ответив, прошла мимо к шкафу, из которого вытащила коробку с черными туфлями на шпильках и теплое пальто. Псы с ухмылкой и любопытством проследили, как я обулась, оделась и без подсказок зашагала вон из комнаты.

Тело звенело от напряжения, но мой шаг был уверенным. Я смотрела строго перед собой, до дрожи не желая видеть Захара. Зря волновалась… Он решил не провожать меня. Либо спрятался в своем кабинете, как трус, чтобы не видеть на что толкнул собственную жену, либо просто напился до отключки. В любом случае, я хорошо держалась. Правда, перед самым выходом на улицу замешкалась, ощущая, как на глаза накатывают слезы, а в горле давит ком.

Обида кольнула в сердце…

Как он мог довести меня до такого? Как мы пришли к такому итогу?! Ведь я выходила замуж по любви, и Захар… он выглядел таким счастливым в тот день!

Заставив себя отмести горькие сожаления, я сжала руки в кулаки, и вышла через двери, которые для меня распахнул один из конвоиров. Ночной зимний холод тут же принял в свои объятия, пробираясь под пальто – единственное, что я одела по