Развод. Счастье любит тишину - Анна Барс

Анна Барс, Юлия Пылаева

Развод. Счастье любит тишину

Глава 1. Где твое кольцо?

Пока я жду мужа и дочь с прогулки, на глаза случайно попадается пост нашей с мужем общей знакомой.

Диана Лабутен — а в соцсетях у нее именно такой ник, является ни много ни мало светской львицей, с репутацией роковой женщины. Сплетничают, что из-за нее распалась ни одна семья.

Так вышло, что наши дети ходят в один садик и дружат. Догадываюсь, что ее пост выскочил у меня в ленте как раз таки благодаря общим знакомым.

Листаю. Глаза цепляются за подпись под одной из фотографий:

«Счастье любит тишину…»

Сердце болезненно ударяется о ребра, и я еще не знаю, что именно меня так встревожило.

Повинуясь женской интуиции, которая вопит о том, что что-то не так, я листаю ее фотоальбом.

Новая сумочка, пышный букет бордовых роз, несколько самовлюбленных селфи, и…

— Богдан? — шепотом произношу имя мужа, чья рука попала на один из снимков.

Я узнаю́ его по рубашке, которую собственноручно гладила этим утром. И по любимым часам мужа, которые он надевал, тоже при мне.

Не хватает только одной детали — обручального кольца.

Ничего не понимаю.

Сердце начинает биться быстро-быстро, я делаю рваный вдох и начинаю как ненормальная увеличивать все ее фотографии, в поисках подтверждения своей сумасшедшей теории.

Богдан не может мне изменять. У нас крепкая, любящая семья. Мы встретились в осознанном возрасте и оба хотели этого брака.

Я повторяю все это как мантру, которая должна защитить мою семью от такого бездарного финала, но легче не становится.

Зачем ему другая? Особенно — такая как она.

Сам же, насмехаясь, говорил мне, что на Диане пробу ставить негде.

Выходит, врал, и сам тайно хотел ее?

Из размышлений меня вырывает стук дверей машины мужа.

Богдан и Наташенька, наша маленькая дочь, прямо сейчас возвращаются домой с детской площадки.

А я сижу на лестнице, лицом к входной двери. Чувствую себя разбитой, униженной и совершенно не понимаю, что мне делать.

Терпеть измену я не буду. Но сначала я должна выяснить, что именно произошло.

И как так вышло, что он повез дочь на площадку, а оказался дома у другой женщины? Поправка: у любовницы. Потому что фотографии и подписи под снимками кричат именно о любовной связи.

— Мама! Мама! Мама! — дверь распахивается, и дочь летит ко мне, раскидывая обувь по сторонам. — Я тебе нарисовала рисунок!

— Спасибо, зайка, — беру листок в руки и целую дочь в красные щечки, а сама наблюдаю за тем, как муж мешкает у машины, словно не торопится заходить домой. — Иди мой руки, скоро будем обедать.

Наташа послушно убегает в ванную в конце коридора, а я, положив рисунок на комод, иду встречать Богдана.

Хочу хотя бы ради приличия выдавить из себя улыбку, но не получается. Внутри полный раздрай.

На фотографии точно был он, сомнений нет. Иначе почему он меня избегает?

— Привет, — глухо говорит муж и, даже не поцеловав меня в щеку, как обычно, делает, проходит мимо меня в дом.

— Богдан, — окрикиваю его севшим голосом.

Он оборачивается не сразу, а когда наши взгляды встречаются, я сразу же замечаю, что он раздражен.

— Что? — Можайский умеет держать лицо, тут ему нужно отдать должное.

Так, просто его к стенке не прижмешь, но я постараюсь.

— Вы задержались на два с половиной часа, — сохраняю самообладание из последних сил.

Я-то думала, что они проводят время вместе, ведь сегодня у Богдана редкий выходной и чем ему еще заниматься, если не наверстывать упущенное время с дочерью?

— Наташа заигралась, — нехотя отвечает он. — Я замахался. Пойду приму душ, а потом отъеду по делам. Надеюсь, это не проблема? — недовольно спрашивает муж и смотрит на меня мрачным взглядом.

— Почему ты мне грубишь? — щурю веки и скрещиваю руки на груди.

— Виноват, — пожимает широкими плечами он. — Говорю, что задолбался. У Наташки пропеллер в одном месте, за ней не угнаться.

Это правда, дочь у нас очень активная — живое серебро. Но раньше Богдан никогда не жаловался на усталость, наоборот, приезжал с площадки и хвалил успехи дочери.

— И что, вы кроме площадки больше нигде не были? — ловлю на живца.

— Были, Алис, — он недовольно выталкивает воздух из легких. — Об этом потом. Я весь в песке.

Я прям вижу, как сильно ему хочется уйти от этого разговора.

— Где?

— Алис, — он сжимает переносицу кончиками пальцев, показывая мне, что я его утомляю. — Ты меня вообще слушаешь? Я же сказал — не сейчас.

— Сейчас, Богдан. Сейчас, — нажимаю я. — Наташа моя дочь, и я должна знать, где она бывает и чем занимается. Где вы были?

— Иначе ты от меня не отстанешь, да? Ладно, — он сует руки в карманы брюк. — Наташе приспичило в туалет, и мы зашли в гости к ее другу Эдику. Допрос окончен?

Эдик — это сын Дианы, имени отца которого никто не знает. Говорят, что это крупный Московский бизнесмен. Женатый. Который содержит мать своего внебрачного ребенка за ее молчание.

— Вы были у Дианы?

Я чувствую невидимый удар в солнечное сплетение, от которого перехватывает дыхание.

— Да.

— Хм…

— Что «хм»? — взгляд мужа становится острым как лезвие.

— У нее сегодня день рождения. Вас хоть тортом угостили? — не могу удержаться от колкости.

— Мы там были пять минут. Какой торт? — возмущенно говорит Богдан. — Зашли и вышли. Все.

— И что, даже шампанского не пригубил? — вспоминаю фото, на котором муж держал бокал с игристым. Там был виден его торс. — Или Диана не предложила?

— Я за рулем не пью, — отмахивается от моих слов он. — И вообще, Алиса, к чему этот допрос? Можно мне уже пойти в душ и смыть с себя пот и песок, который у меня даже в трусах?

— Иди, Богдан. Только сначала машину перепаркуй, ты колесом встал мне на клумбу.

— Сама перепаркуй, — он достает из кармана ключи и протягивает их мне в правой руке.

Я перенимаю увесистый черный брелок, а потом обхватываю запястье мужа.

— Алиса?

— Где твое кольцо?!

Глава 2. Папа с тётей Дианой…

— Ты нормальная? — возмущённо спрашивает Богдан. — Вот оно, — он вытягивает из кармана золотой обруч и демонстрирует мне.

— Почему оно в кармане? — включаю свой строгий тон, а сама задыхаюсь от страха в ожидании его ответа.

— Пока играли с Наташей, я снял его, чтобы не