Я слежу за тобой. Не бойся. - Олли Серж Страница 31

— Хватит суетиться, — рявкаю я. Все замирают и замолкают. Я вытягиваю руки к Мишке. — Иди сюда, парень.

Он всхлипывает, но, увидев мой спокойный взгляд, осторожно отделяется от матери и подходит. Я сажаю его к себе на колени, прижимаю, как когда-то меня прижимала мама, когда я приходил домой с очередной ссадиной.

— Ну, губа... Ничего страшного, — говорю, уверенно осматривая рану. — Всё бывает. Зубы не шатаются? Чего стоишь столбом? — Поднимаю глаза на аниматора. — Аптечку неси и наш заказ на счет заведения.

Мишка шмыгает носом, утирая слёзы, и смотрит на меня с благоговейным интересом. — Хочешь, расскажу кое-что?

Кивает.

— Когда я был маленьким, меня как-то тоже побили. Места живого не было! За гаражами. Целая шайка пацанов. Я так испугался, что потом долго не выходил гулять. А потом решил, что у меня есть суперсила — большой кулак.

Демонстрирую ему свой со сбитыми костяшками. — И что? — всхлипывает Мишка, но в глазах уже не страх, а любопытство.

— И больше меня никто не трогал. Главное — не бояться. Ну и чуть-чуть потренироваться, конечно. Хочешь пойти со мной на бокс? — А что такое бокс? — Ты не знаешь? — Бросаю осуждающий взгляд на Марину.

— Макар, вы серьёзно собираетесь учить моего сына драться? — Срывается она в ответ. — Это же ребенок…

— У мужчин свой мир, Марина. — Обрываю ее, не дослушав. — Ты можешь быть самой лучшей мамой на свете, но мальчика воспитать может только мужчина.

Её губы обиженно сжимаются в тонкую линию. Я вытираю кровь с лица Мишки антисептиками, которые приносит аниматор, и отпускаю ребенка пить молочный коктейль.

— Всё, готово. Мужики не плачут, верно? — спрашиваю напоследок.

— А мама говорит, что плакать полезно. Это эмоциональный ин… тер… Забыл! — Вздыхает Мишка. — Мам, как правильно?

— Может быть, интеллект? — Хмыкаю, подсказывая.

Продолжение главы завтра я сегодня закончила другую книгу и здесь на много букв меня не хватило))

Глава 34

Макар

— Именно интеллект, Макар, — подтверждает Марина таким тоном, будто это я только что напал на ее чадо.

Усмехаюсь. Когда-то я это уже видел. Отец никогда не давал мне спуску. Ругал нещадно за любой косяк. А мать все пыталась решать высокой педагогикой. Ну… по крайней мере, до того момента, пока я не переходил в своей борзоте какую-то грань. Дальше — просто жаловалась отцу.

Чем это по-итогу кончилось? Балансом. Тем, что я могу и нормально побазарить о высоком, и дать в бубен.

Ничего… смотрю на пацана. Глаза умные, живые, быстро переключается. И из тебя человека вырастим. Нам бы только твою маму взять в оборот.

— Хорошо, — наклоняюсь ближе к Марине. — Давай про интеллект эмоциональный. Вот представь себе… идет твой взрослый сын с девочкой по улице. К ним подкатывает шайка пацанов, мол, а давайте ваши телефончики, золотишко. Что должен сделать парень? Ему страшно. Заплакать?

— Почему сразу заплакать? — Дрожит голос Марины. — Отдать телефон и украшения. Здоровье важнее.

— Хорошо, — соглашаюсь, — а если девочка не хочет отдавать серьги? Ей их подарила бабушка, которой уже нет в живых?

— Почему серьги должны быть ценнее, чем мой ребенок?

— Как это почему? — Разгоняю. — Это эмоциональный интеллект девочки. Она не понимает, что подставляет своего пацана. А беда потери памяти о любимом взрослом ей понятна. Как и то, что за серьги будут ругать родители!

— Ну значит, пусть девочка разбирается сама…

— Да что ты! — Начинаю посмеиваться. — Предлагаешь сыну просто убежать?

— Можно было изначально не гулять ночью! Днем такого не случается!

— Да что ты? А если это просто вечер и девочка ходит после института на музыку?

— Хорошо, Макар, озвучьте уже, что по вашему мнению должен сделать мой сын, как мужчина! — Взмахивает Марина раздраженно кистями рук.

— Он должен сам снять с девочки украшения и отдать, если это поможет обойтись без ущерба здоровью, — говорит Макар. — И быть готовым к тому, что девочка будет после его люто ненавидеть, потому что по ее мнению, он не защитил.

— Ну и черт с ней с этой девочкой. Зато все живы и здоровы!

Официант приносит нам пиццу и остальной заказ.

Я помогаю ребенку стянуть кусок пепперони к себе на тарелку. Щедро насыпаю сверху картошки.

— Ему хватит, — пытается вмешаться Марина.

— Ешь, ешь, — глажу пацана по голове, игнорируя советы его матери.

— Макар!

— Да?! — Возвращаю внимание Марине. — Так вот, неправильный выходит какой-то эмоциональный интеллект. А если бы парень полез в драку, его бы побили, но серьги бы все равно забрали, он был бы в глазах девочки героем.

— Что вы пытаетесь мне этим доказать? — Взвивается она.

— То, что женщина и мужчина никогда не встретятся в своей логике. И ориентируясь на маму в принятии решений и реакций, пацан никогда не вырастет мужиком.

— У Михаила дедушка — прекрасный человек. Но тем не менее, что-то в воспитании пошло не так, и мой бывший муж совсем не похож на своего отца! Так что, где-то ваша система сбоит!

Выпалив это, Марина оглядывается на сына — слышал он или нет.

Залпом допивает бокал вина. Михаил в это время самозабвенно добирается до картофеля фри, который, видимо, принесли в подарок к пицце.

Я нахмуриваюсь...

— Дай, угадаю, — говорю задумчиво, — властная мама и добродушный папа? И мама, скорее всего, при должности. Именно она купила сыночку квартиру.

— Да, Инга Семеновна — умница. Она всю жизнь проработала заведующей столовой. Пока институт не объединили с другим. А свекр сам нам сделал в квартире ремонт…

— Так вот, — обрываю Марину. — Это пример, когда мужик сдался и удобно устроился, приняв женскую логику, как свою. Кто же должен был у них вырасти?

— Вы так хорошо разбираетесь в психологии, в отношениях, — парирует она. — Вот только своей семьи нет. Как только обзаведетесь, покажите мне идеального сына, я обязательно прислушаюсь к вашим советам… — подхватывается на ноги. — Миша, ты поел? Нам пора домой…

Пацан едва не давится новым куском пиццы и вытаращивает на мать глаза, явно давая понять, что никуда не собирался.

— А карусели? — Сникает.

Глаза наполняются слезами.

— А ты ещё хочешь на карусели? Тебе же там губу разбили…

— Он уже забыл, правда? — Подмигиваю я Михаилу, спасая ситуацию. — Присядь, пожалуйста, Марина. Ты тоже ещё не поела.

Домусолив молочный коктейль, пацан уносится обратно на детскую площадку.

Марина демонстративно не смотрит мне в глаза, делая вид, что там, в углу за фикусом существует что-то невероятно интересное.

Мы едим в тишине.

— Видимо, обещанное печенье теперь откладывается? — Решаю подразнить Марину ещё немного. — Эх…

— Если вы вдруг думаете, — нервно отзывается она, — что я