Обожженная изменой. Выбор шейха - Виктория Борисовна Волкова Страница 10

Восхитительные ощущения. Меня словно волной накрывает.

— Собирайся быстрее, скоро урок, — снова возвращаюсь за свой импровизированный рабочий стол. Подписываю парочку указов и назначений. В открытую дверь поглядываю на Мунису, надевающую простую тунику и старый кафтан.

— Надень синий, — приказываю ей.

— Нет, — мотает она головой. — Так мы ничего не добьемся. Миссис Сара увидит знатную даму, — аккуратно подбирает слова Муниса. — И наша проверка сорвется. Пусть лучше не обратит на меня никакого внимания.

— На тебя трудно не обратить внимания, детка, — смеюсь в голос.

— Даже в мешке из-под картофеля? — вторит мне Муниса. Образованная маленькая кошечка. Знает, кого мешок никак не испортит.

— Вы с ней похожи, — выдыхаю я.

— С Мерлин Монро? Нет. Что ты… — заливается она румянцем. — Я простая, а она…

— Один типаж, моя дорогая, — заверяю со знанием дела. Как по мне, что в старом домотканом кафтане, что в изысканном шелковом платье, для меня ты самая красивая, Муниса, — признаюсь, заходя в спальню. Делаю шаг навстречу. — Не отпускал бы тебя никуда. Видимо, это не самая лучшая идея. Оставайся. Я сам решу с этой Сарой.

— Нет, Рашид, — печально качает головой Муниса и заявляет категорично. — Мы обещали Ясмин.

Вместе с Лейлой выходит из комнаты, а я поднимаю глаза к небу.

Аллахом клянусь, у этой женщины нет недостатков!

Глава 9

Снова меня ведут к Ясмин. Лейла и пара гвардейцев. И на этот раз путь от моих апартаментов до детской занимает не более пяти минут.

— Муниса! — кидается мне на шею малышка. — Пойдем, я тебе что-то покажу, — хватает меня за руку и тянет к себе в комнату.

— Я вернусь за тобой, девочка, через два часа, — кивает на прощание Лейла. О чем-то шушукается с Нуранией.

— Да я сама могу дойти, — вырывается на автомате.

— Я предупрежу твою охрану, — соглашается моя нянька и выплывает за дверь. А я вместе с Ясмин захожу в большую комнату, заставленную игрушками. Тут и домики, и машинки, и кухни с игрушечной утварью.

«Сколько здесь метров? Не меньше ста! Больше чем наша квартира в Плотниковом», — сравниваю мысленно.

— Смотри, что я нашла! — выдыхает Ясмин, доставая из-под попы огромного белого медведя знакомое ожерелье. — Ты вчера забыла. А я припрятала, чтобы Сара не украла, — причитает малышка.

— Ой, Ясмин, — охаю я. — Твой папа уже его ищет повсюду. Надо ему сказать! — выбегаю из комнаты в надежде отправить к Рашиду Нуранию.

— Ожерелье нашлось. Можно вас попросить сходить к Рашиду? — тараторю запальчиво.

— Да, сейчас отправлю кого-нибудь, — кивает она и шутливо грозит пальцем своей воспитаннице. — Кажется, я знаю, кому оно понадобилось.

— Я спрятала для Мунисы, — топает ножкой Ясмин и снова лезет ко мне обниматься. — Я ее люблю!

— Я тебя тоже, малышка, — кручу в руках драгоценность.

— Да надень ты его и все, — в сердцах велит она и добавляет задумчиво. — Нашлось, и хвала Аллаху. А Рашиду передадут. Только он сейчас занят. К нему послы пожаловали.

— Откуда вы знаете? — выдыхаю, не скрывая удивления. Старая нянька шейха оказывается в курсе государственных дел.

— А вот, погляди в окно! — кивает на небольшую кухоньку, где готовят специально для Ясмин.

Послушно выполняю команду и сквозь небольшое узкое оконце выглядываю во двор, где уже около главного входа во дворец паркуются машины с иностранными флагами.

— Что-то случилось? — спрашиваю оторопело.

— Нет, вон, смотри, они все довольные и ленивые, словно пингвины под пальмой, — тычет Нурания толстым пальцем в маленькие фигурки людей.

Задумчиво глазею на развевающиеся на легком ветерке флаги. Англия, Франция, Германия… И еще несколько, но я их не знаю.

«Сейчас бы к послам кинуться. Попросить о помощи», — ловлю за хвост шальную мысль. И тут же себя обрываю.

Рашид не простит. И не отпустит.

— Надевай, девочка моя, — ласково велит мне Нурания. — Рашид освободится, скажешь. Давай застегну, — предлагает она и тянется помочь. — Сейчас придет на урок Сара. Тебе надо спрятаться, — кивает на резную решетку из черного дерева.

— Да, пожалуйста, — уложив украшение на грудь, поворачиваюсь к Нурании спиной.

— Замок сложный, — ворчит старая нянька. — Рашид с ним легко так управляется…

— Так это же Рашид, — улыбаюсь ей я.

— Он хороший. Очень хороший, детка. Тебя аллах любит, раз такого мужчину послал, — сжимает она мою руку.

— Спасибо, — только и могу выдохнуть.

— Все. Теперь заниматься. Ясмин! Сейчас миссис Сара придет, живо за парту, — командует Нурания. И как только девочка садится на место, плюхается на низкий диванчик и начинает что-то вязать.

А мне ничего другого и не остается, как зайти за ширму и усесться в широкое удобное кресло.

Перед глазами тут же встает казнь Диндаров. Словно наяву ощущаю пальцы Рашида, сжимающие мою грудь. Вздрагиваю и, поплотнее запахнув абайю, прислушиваюсь к голосам.

— Не косись на ширму, Ясмин, — велит Нурания. — Иначе Сара заподозрит неладное и притворится добренькой. А нам с тобой надо вывести эту ослицу на чистую воду. Считай, что там никого нет…

— Но там моя Муниса, — радостно улыбается девочка.

А у меня аж сердце екает.

Моя Ирочка такая же! Добрая, ласковая. Как там она? Не болеет ли?

«А если опять ангина?» — охаю в сердцах. Прикусываю губу и во все глаза смотрю на сухопарую брюнетку в сером костюме типа сафари. Длинная юбка трапецией, пиджак с накладными карманами. А под ним белая шифоновая блузка с оборками. Только бамбукового шлема не хватает и верблюда.

— Доброе утро! — ласково здоровается по-английски учительница.

— Гута монинн, — старательно выговаривает Ясмин. У нее получается не очень. Но, видимо, ей еще рано заниматься. Или педагог не нашел подхода.

Англичанка садится напротив Ясмин и выдыхает презрительно.

— Какая же ты тупая, маленькая грязная обезьяна, — улыбается сладко Сара.

— Что вы сказали? Я не поняла, — растерянно мямлит Ясмин и косится на ширму, словно ищет защиту.

Что ж! И этого достаточно! Значит, Ясмин говорила правду.

А над детьми никому не позволено издеваться.

— Куда ты смотришь? Что там увидела? Тупая овца… — презрительно тянет Сара и недоверчиво оглядывает решетку.

— Ищет защиты, — решительно выхожу из-за укрытия. — Урок окончен. Вы свободны. Я доложу его величеству…

— Да кто ты такая?! — презрительно оглядывает меня, — и как тут оказалась? Нянька, выведи ее, — бросает на ужасном арабском.

А я ей отвечаю на английском.

— Я — доверенное лицо шейха Рашида, теперь я отвечаю за занятия Ясмин. А вас я попрошу удалиться.

— Глупости какие! — фыркает Сара и чеканит надменно. — Мы продолжаем урок. А ты убирайся, вонючка!

— Пойдем, — делаю шаг к столу и беру Ясмин за