Свирепая одержимость - Мила Кейн



Автор: Мила Кейн

Серия: Геллионы Хэйд-Харбора

Книга #5: Свирепая одержимость

Перевод: #escapismbooks

Внимание:

Данный перевод выполнен исключительно в некоммерческих целях как фанатский проект.

Все авторские права на оригинальный текст принадлежат его законному правообладателю. Мы не претендуем на авторство оригинального произведения и не получаем никакой финансовой выгоды от публикации перевода.

Если вы являетесь правообладателем серии и считаете, что данный контент нарушает ваши права, пожалуйста, свяжитесь с нами – перевод будет немедленно удален.

Содержание

Внимание:

Содержание

Предупреждение о содержании

Аннотация

Пролог

Селена

1.Селена

2.Броуди

3.Селена

4.Броуди

5.Селена

6.Селена

7.Селена

8.Броуди

9.Броуди

10.Селена

11.Броуди

12.Селена

13.Броуди

14.Селена

15.Селена

16.Броуди

17.Селена

18.Броуди

19.Селена

20.Броуди

21.Броуди

22.Селена

23.Селена

24.Броуди

25.Селена

26.Броуди

27.Селена

28.Селена

29.Селена

30.Селена

31.Броуди

32.Селена

33.Броуди

34.Селена

35.Броуди

36.Селена

37.Селена

38.Селена

39.Броуди

40.Селена

41.Броуди

42.Селена

43.Селена

44.Селена

45.Броуди

46.Селена

47.Броуди

48.Селена

49.Броуди

50.Броуди

51.Селена

Эпилог.Броуди

Эпилог.Селена

Предупреждение о содержании

Как и во всех книгах вселенной Милы Кейн, здесь затрагиваются довольно мрачные темы, которые могут подойти далеко не каждому читателю.

Это тёмный роман о буллинге, предназначенный для взрослой аудитории. В книге затрагиваются тяжёлые темы, в том числе описание пережитых травм и насилия, включая сексуальное насилие, селфхарм, употребление психоактивных веществ, гиперсексуализацию, вымогательство, шантаж, горе от потери старшей сестры, чувство стыда и вины за произошедшее, попытки справиться с последствиями травматического опыта, а также суицидальные мысли.

Если какая-либо из этих тем может послужить для вас триггером, пожалуйста, позаботьтесь о своем эмоциональном состоянии перед чтением.

Аннотация

Она считает, что мы враги.

Но я знаю… нам суждено быть вместе.

Дисциплина для меня превыше всего. Именно она помогла мне вырваться из прошлого. Сделала звездой университетского хоккея. Подготовила к тому, чтобы унаследовать миллиардную империю отца.

Контроль. Порядок. Самообладание.

А потом она селится дальше по коридору. Хаос во плоти. Склонная к саморазрушению, безрассудная и совершенно непредсказуемая, с языком, созданным для оскорблений. Эта девчонка бесстрашна и обращается со мной так, как никто другой никогда не смел. Она именно та, от кого мне следовало бы держаться подальше. Отвлекает так, как никто другой.

Но вдруг отец поручает мне следить за ней. Теперь её проблемы — моя ответственность. Её ошибки — мои. Её выходки — моя проблема. За её ночные похождения отвечать тоже мне.

Но чем больше я пытаюсь её контролировать… тем сильнее становлюсь одержим ею.

Она прекрасна даже со всеми своими трещинами, и я не в силах держаться от неё подальше.

Я хочу, чтобы она оставалась там, где ей место… под моим контролем.



Пролог

Селена

Библиотека Университета Хэйд-Харбор представляла собой нечто уродливо-прекрасное. И если снаружи она гармонировала с остальной архитектурой кампуса конца девятнадцатого века, то внутри её перестроили где-то в семидесятых, и золотистые сосновые панели вместе с коричневым ковролином стали настоящим проклятием для пяти нижних этажей этого прославленного здания.

Снаружи красиво. Внутри уродливо.

Здание не должно быть настолько близким по духу.

Пока что в новой подработке мне больше всего нравилось, когда меня отправляли на верхние этажи, где сохранились оригинальный плиточный пол и высокие потолки. Я вставляла наушники и бродила между стеллажами, расставляя книги великих умов на темы, в которых никогда ничего не пойму — от экологической лингвистики до математики путешествий во времени, — и позволяла местному спокойствию проникать в саму мою суть.

В наши дни покой было трудно найти, а в общественном месте — почти невозможно.

Сегодня я тихо напевала, толкая перед собой тележку, мысленно благодаря неизвестного аспиранта, который набрал огромную кучу книг по археологии.

Я завернула за угол, наслаждаясь тем, как луч света падает сквозь витраж, окрашивая черно-белую плитку в ярко-красный цвет, и тут увидела их.

Я отшатнулась, и это внезапное, нежеланное зрелище ударило по мозгам словно разряд тока. Я их не слышала из-за слишком громкой музыки в наушниках, поэтому неожиданная картина заставила кровь зашуметь в ушах.

Девушка стояла на коленях, откинувшись на столетний стол, её рубашка была спущена до талии. На секунду мне стало до безумия обидно за этот благородный предмет мебели, за которым сидели и учились поколения студентов, а потом мозг наконец осознал, что именно я вижу.

Она была прижата к ножке стола, её спина неестественно выгнулась, а над ней стоял парень. Его профиль приковывал взгляд.

Он был крупным, широкоплечим и до неприличия хорош собой. Из тех парней, которые прекрасно знают о собственной привлекательности. С такой волнистой каштановой шевелюрой, челюстью, словно высеченной из камня, и лицом, от которого невозможно отвести взгляд, просто не могло быть иначе. Такой как он не мог не быть невыносимым. 

Постепенно его грубые, властные движения дошли до моего сознания, и я изо всех сил пыталась переварить увиденное.

Он толкался в её грудь длинными, тягучими движениями, гибкими и целенаправленными. Резкий приступ страха пригвоздил меня к месту. Паника лизнула конечности. Именно так теперь и происходило. Я замерла. Олень в свете фар. Казалось, я не могу отскочить от несущейся прямо на меня машины. Мой психотерапевт называл это реакцией на травму, но ощущалось это просто как слабость.

Я вытащила наушник, и на меня обрушились звуки. Влажные шлепки и её стоны.

Она потянулась рукой между ног, и он цокнул языком.

— Я не говорил, что ты можешь трогать себя, правда, Линда?

— Я Лиза, — пробормотала девушка. — И почему нет? Ты делаешь меня такой мокрой...

— Не моя чертова проблема, — процедил парень с британским акцентом, дерзким, высокомерным и полным чувства собственного превосходства. — Я не спрашивал о тебе, — продолжил он таким тоном, будто происходящее до опасного ему наскучило. — Так что либо доведи дело до конца, либо вставай и перестань позориться.

Лиза вздрогнула, поспешно и виновато закивала, а затем с удвоенной энергией принялась тереться грудью о член этого мудака.

К счастью, злость на его бесцеремонные замечания вернула подвижность моему телу, и паника отступила. Это не было нападением, просто плохой секс с придурком — то, что происходило по всему кампусу каждый божий день.

Ты в безопасности. Всё хорошо. Тебе не нужно