После развода. Я тебя не отпускал - Валерия Иванова

Валерия Иванова

После развода. Я тебя не отпускал

1

Тая

— Привет, родной, — подхожу, целую мужа в губы, вдыхаю любимый запах. — Засиделся ты, пойдем спать?

Супруг перехватывает меня за талию и утыкается лбом в живот, нежно прикусывает кожу через тонкую футболку.

— Досмотрю документы и приду. Не жди меня, спать ложись, — произносит Карим.

Я улыбаюсь и провожу ладонью по волосам.

— Я подожду тебя здесь.

Муж хмыкает, отпускает меня и возвращается к документам, разбросанным по столу. Я ему не мешаю, знаю, что он этого не любит. Сажусь на диван в кабинете и поджимаю под себя ноги. Рассматриваю Карима.

Какой же он красивый. Не могу налюбоваться. Кажется, что мой восторг от него никуда не делся. Я все та же восемнадцатилетняя девчонка, которая влюбилась без памяти в шикарного мужчину. Прошло пять лет, а чувства только сильнее. Сердце замирает от восторга и любви. Иногда я щипаю себя за руку, чтобы убедиться, что все не сон, что все взаимно. Разве можно жить в собственной мечте? Временами становится страшно до одури, что все может закончиться. Но я гоню от себя эти мысли. Между нами — навсегда.

Я листаю новостную ленту в телефоне, смотрю на бывших одногруппников. У некоторых из них такая насыщенная жизнь, особенно у Иры, с которой я больше всех дружила. В универе, на первом курсе, мы были неразлучны, а после… Каждая пошла по своему пути. Она дальше продолжила обучение и сейчас работает в международной фирме. А я… Я стала хорошей женой и домохозяйкой. Раньше мы чаще поддерживали общение, а сейчас только поздравляем друг друга с праздниками.

Сама не заметила, как уснула к кабинете супруга. Проснулась без будильника, рывком, уже в нашей кровати. Повернулась лицом к Кариму и осторожно провела подушечками пальцев по его скуле. Улыбнулась и встала с постели. Мне совершенно этого не хотелось, но долг зовет.

Я просыпаюсь около четырех утра, чтобы приготовить всем завтрак. До этого мы жили в столице, в собственной квартире. Я никогда не видела семью мужа и не настаивала на знакомстве. А потом случилась беда. У отца Карима случился инсульт. Мы переехали в отчий дом.

Здесь мы живем в доме с его отцом, мамой и бабушкой. Карим взял на себя все семейные обязательства, несмотря на то, что у него есть старший брат. Карим и его отец никогда не давали мне почувствовать себя «белой вороной», с этим прекрасно справляется остальная его семья.

Еще бы! Наследник рода Фаталиевых женился на простой русской девушке. Немыслимо! Я давно не обращаю внимания на громкий осуждающий шепот за своей спиной и на презрительные взгляды. С Каримом мне все равно на весь остальной мир и их предрассудки. Попробовали бы в лицо мне это все сказать.

Я тихо вздыхаю и бесшумно выбираюсь из теплой постельки. А мне бы так хотелось еще немного поваляться, насладиться утром с мужем, как раньше. Сейчас нам удается провести время лишь урывками. Мне иногда кажется, что его просто воруют у меня.

Я приняла душ, переоделась в домашний костюм, состоящий из мягкий штанов и кофты с длинными рукавами, и спустилась на кухню. Я и до этого хорошо готовила, но когда начала жить в этой семье, то мне многому пришлось учиться: печь пироги, заваривать кофе в турке, работать с тестом. Но что бы я ни делала, все плохо, по словам бабушки и мамы.

Вчера вечером мама сказала, что хочет хачапури… Когда я достала первую партию из духовки, я уже была без сил. Я столько раз просила у мамы с бабушкой купить тестомес, на что они лишь поджимали губы и смотрели с таким отвращением. У них всегда был один аргумент: хорошая невестка сама все делает. Я очень хотела быть хорошей невесткой. Бог свидетель. Но зачем отказываться от благ цивилизации? Не понимаю.

— Доброе утро, — поздоровалась с бабушкой, которой зашла на кухню с видом королевы.

Женщине около семидесяти лет, на ней традиционный наряд синего цвета, она с покрытой головой и, естественно, вся увешана золотом. Я вообще не понимаю эту традицию. У меня тоже есть много подарков, но я боюсь носить их вот так. А если потеряю? Мне кажется, я этого не переживу.

— Доброе? — скривилась старушка. — Доброе, когда тебя в доме нет.

Я задержала дыхание от обиды. Я не знаю, что сделала не так, почему они так ко мне относятся, но ради мужа молчала. Я никогда не жаловалась ему. Зачем? Он только расстроится, у Карима своих проблем куча, зачем ему мои. Он всегда говорит мне, что я не домработница и не должна прислуживать семье, но женская половина семьи считает иначе.

— Вы кофе будете, Мадина? — спросила я.

Они сразу сказали обращаться к ним на «вы» и по имени.

— Твой кофе годится только для того, чтобы шакалов травить. Разве я похожа на шакала?

Мне пришлось прикусить язык, чтобы не ответить ей правду. Похожа, еще как.

— Здравствуйте, Амина, — поздоровалась с мамой Карима.

— Вы только посмотрите, во что она одета! — вместо приветствия накинулась свекровь. — Бесстыдница! У нас уважаемая семья, а ты в таком виде!

Я растерялась и опустила глаза на свой костюм. Не понимаю, что не так. У меня закрыто практически все тело. Костюм не облегает, как вторая кожа. Я видела их девушек в более откровенных нарядах.

— Карим не жалуется, — тихо сказала.

Амина картинно схватилась за сердце.

— Нет, ты слышала, мама? Она еще со мной и огрызается! Где только мой сын нашел такую непокорную, как ты? Где были его глаза?

— Надо было женить его на дочери Аслановых, и мы бы горя не знали, — подхватывает бабушка. — Уже давно бы с внуками были!

Эта старая ведьма точно знает, куда бить.

Мы с Каримом первые два года жили для себя, а потом решили, что пора завести ребенка. Мне самой уже хотелось, чтобы у нашей любви было продолжение. Но пока у меня не получается забеременеть. И каждый раз эти змеи швыряют мне это в лицо. Говорят, что я неполноценная и жалкая пародия на женщину.

Казалось, их ядовитые слова не должны меня уже так триггерить, но каждый вечер я рыдаю в ванной и молюсь о том, чтобы быстрее забеременеть.

— На стол накрывай, что стоишь? — снова говорит бабка. — Мужчины скоро спустятся и из-за тебя останутся