Не так, как в фильмах - Линн Пайнтер

Линн Пайнтер

Не так, как в фильмах

Информация

КНИГА: Не так, как в фильмах

АВТОР: Линн Пайнтер

СЕРИЯ: Лучше, чем в фильмах #2

ПЕРЕВОД КАНАЛА: ikhouvan

Мы с любовью и вниманием подготовили для вас этот перевод, который является исключительно любительским и созданный без коммерческих целей. Просим вас ценить вложенный труд: не присваивайте нашу работу себе и не выкладывайте её на сторонних ресурсах. Ваша поддержка помогает нам продолжать делиться историями!

Моим любимым поклонникам истории о любви Уэса и Лиз: эта книга увидела свет только благодаря вам — и я безгранично вам благодарна

Новогодняя ночь

“Если бы пятнадцатилетний я увидел себя сейчас, то врезал бы по яйцам.”

— Подстава

Уэс

— Здесь полно народу.

— Я же говорил, чувак, — ответил Адам, закидывая в рот жвачку и ухмыляясь, когда мы вошли на вечеринку. Откуда-то из колонок гремела громкая музыка, и все, казалось, разговаривали с друг другом, стараясь её перекричать.

Я последовал за ним и Ноем по лестнице, в гостиную, где, казалось, собрались все мои знакомые из школы. Черт. Люди были повсюду: сидели на диванах, стояли кучками, и я тут же пожалел о своём решении выбраться куда-то.

— Беннетт! — Алекс подбежала с другого конца комнаты и обняла меня, прижимая к себе.

— С Новым годом, Бенедетти, — сказал я, с трудом сглотнув и обняв её в ответ.

— Как дела? — спросила она, и мне жутко не понравилось, как она улыбнулась, отстраняясь. Это была одна из тех сочувствующих улыбок, словно она спрашивала, как я справляюсь с тем, что моя жизнь пошла наперекосяк.

— Нормально, — ответил я, разрываясь между радостью от возвращения друзей из колледжа (святые угодники, наконец-то у меня снова есть компания!) и нежеланием общаться. Потому что, как бы все ни были добры, я чувствовал их жалость. Жалость из-за моего отца, из-за того, что я бросил колледж, из-за того, что больше не играю в бейсбол.

Я был жалок.

С тех пор как Ноа и Адам вернулись, я каждый раз наотрез отказывался от их приглашений. Но под Новый год что-то нашло, и я согласился. Видимо, праздник на меня повлиял, и теперь я об этом жалею.

Потому что всё было по-другому.

Когда мы виделись в последний раз, у нас всех были грандиозные планы на будущее.

И... в общем, у них они всё ещё были.

Я же, с другой стороны, свернул с намеченного пути.

Когда умер мой отец (через две недели после моего заселения в общежитие в Калифорнийском университете) я вернулся домой на похороны и больше не уезжал, решив бросить учёбу и всё, что сулило мне будущее. Будто у меня был выбор. Спустя несколько месяцев после его сердечного приступа я устроился на полную ставку в продуктовый магазин, а в качестве подработки водил такси. Жизнь была просто «прекрасна».

— Пошли. Майкл играет в «Денежные ставки» на кухне, — сказал Ноа, указывая куда-то. — Здесь слишком шумно.

«Денежные ставки», новая любимая игра на вечеринках, — это, по сути, задания на спор с денежным вознаграждением. Её придумали ребята, с которыми я работаю в магазине, и когда я рассказал об этом Адаму и Ноа, они просто загорелись этой идеей.

Я последовал за ними на кухню и остановился, чтобы взять выпивку, прежде чем сесть за стол.

— Наконец-то ты выбрался, Беннетт, — протянул Майкл с другого конца стола, так что я сразу понял, что он уже навеселе. — Тебя не было видно все каникулы.

Услышав первые аккорды той старой песни из альбома «Fearless», игравшей в соседней комнате, я невольно стиснул зубы. Конечно же, на вечеринке играла именно эта песня. Это было как раз в духе того, что происходило в моей жизни в последнее время.

— Был занят, — сказал я, поднимая свой стакан и осушая его до дна. У меня не было цели напиться, но и отказываться от выпивки я не планировал. Мы немного выпили у Ноа с его братом перед вечеринкой, так что я уже был слегка под градусом.

— Спорим на пять баксов, что Беннетт не попадёт отсюда, — сказал Ной, пододвигая ко мне пустую банку и жестом указывая на кухонную раковину.

— Идёт, — сказал я и запустил банку в сторону раковины, наблюдая, как она отскакивает от столешницы и с грохотом падает на пол.

— Ну ты мазила, — ответил он, и я достал из кармана пятидолларовую купюру и положил перед ним.

— Всё равно лучше, чем ты.

— Джосс приехала, — сказал Ноа, глядя на сообщение в телефоне, — с моим сэндвичем с курицей, ура!

— Спорим на сэндвич, что... — я осёкся, увидев её.

В канун Нового года.

Она. Была. Здесь.

Твою ж мать!

Либби стояла в гостиной.

Я умудрялся избегать её целых две недели, пока она была дома на каникулах, но теперь мы на одной вечеринке.

В канун Нового года

Да, ты издеваешься надо мной, Вселенная? Я отказался от трёх других вечеринок, где, как я думал, она могла быть, решив, что здесь её точно не будет.

Не знаю, стихли ли звуки или наоборот, стали оглушительными, потеряло ли всё чёткость или, наоборот, стало слишком резким, но я почувствовал, как мир вокруг меня изменился, когда я увидел Лиз. Всё вокруг словно растаяло, превратившись в импрессионистские мазки размытых красок. Она разговаривала с Джосс, улыбаясь, и от этого зрелища меня охватило такое чувство пустоты, такая грызущая тоска, что стало трудно дышать.

Последний раз я виделся с ней лицом к лицу на похоронах отца. После этого мы ещё несколько недель поддерживали отношения на расстоянии, но в конце концов я поставил точку.

У меня не было выбора.

I can't breathe without you, but I have to...1

Мои пальцы зудели от желания прикоснуться к ней, подойти, схватить за руку и утащить на кухню, чтобы вместе посмеяться над «Денежными ставками» и уговорить кого-нибудь сделать что-нибудь глупое.

Но она больше не моя, чтобы я мог прикасаться к ней.

Казалось, словно тысяча воспоминаний о ней: как она улыбалась мне, смеялась со мной, как мы обнимались в моей комнате в общаге — сплелись в единый вихрь и врезались мне в грудь, как фастбол2, летящий со скоростью сто сорок пять километров в час.

На ней был мягкий чёрный свитер, большой и уютный, подол