После развода с драконом. Будешь моей в 45 - Анна Солейн Страница 22

— Я не знаю.

Опустившись на колени перед Линой, я откинула с ее лица капюшон и заметила, что ее всю колотит от испуга, глаза закрыты, на лбу — испарина.

И все из-за того, что до нее чуть снова не дотронулся мужчина?

— Я схожу за целителем, — сказал хозяин дома, и я вздрогнула.

Целитель — это наверняка еще один мужчина.

— Нет. Нам… Ей нужно…

— Комната на втором этаже, последняя дверь справа. Я скажу, чтобы вам принесли еды, — кивнул он и вышел из гостиной, на ходу пнув еще одну бутылку от эля.

Он и вправду очень проницательный. Плохо. Вдруг он меня узнает? Или поймет все про Лину? И что нам тогда делать? Куда и как бежать?

— Лина. Лина, ты меня слышишь? Пойдем, ляжешь спать. Пойдем.

Я попыталась ее поднять, но она вцепилась мне в руку уже знакомым отчаянным жестом.

— Ты меня не бросишь там?

Сердце сжалось от того, сколько в ее карих глазах было отчаянья.

— Нет, — поспешно сказала я. — Конечно, нет. Поднимайся. Идем.

Слава всем богам, святой чешуе и удаче, к гостевой комнате примыкала ванная, а из крана даже шла горячая вода. Я с трудом уговорила Лину снять ее лохмотья, которые когда-то были ночной сорочкой, и помыться. Оказавшись далеко от хозяина дома она разом успокоилась — как только за нами двоими закрылась дверь.

Тогда у меня наконец появилась возможность как следует рассмотреть Лину. Худощавая до истощения, с длинными темными волосами, с огромным животом. На вид ей было едва ли больше двадцати, совсем ребенок. Я вдруг почувствовала себя ужасно старой.

Я изо всех сил приказала себе оставаться спокойной и не думать о том, что произошло с этой девушкой. Что с ней делали. Почему она настолько боится мужчин.

Мне нужно сохранять трезвый рассудок. Если мы обе впадем в панику — кто будет решать проблемы? Их у нас обеих было великое множество, расслабляться пока было рано.

Пока Лина грелась в горячей воде, я осторожно принялась смывать с ее плеч грязь и как бы между делом сказала:

— Тяжело, наверное, обращаться с такой копной.

У Лины в самом деле были роскошные волосы — густые, черные, достающие до самого пояса. Когда-то они наверняка были красивыми и блестящими, но сейчас напоминали паклю.

Никакого ответа.

— У твоей мамы были такие же?

Молчание. Лина только посильнее втянула голову в плечи.

Мне предстояло выяснить все о том, кто она такая и где ее держали. Где находится эта лечебница? Кто там работает? Много ли там еще таких же, как Лина?

Размышляя об этом, я изо всех сил отгоняла от себя мысли о том, что сама могла оказаться на ее месте.

Что туда меня собирался упрятать Гидеон — тот, кого я когда-то любила всем сердцем, кому доверяла, с кем хотела прожить до конца наших дней вместе. Для кого стала истинной, а Гидеон всегда говорил, что эта связь даже крепче любви. Он меня предал, но на слезы сейчас не было времени, и я приказала им втянуться обратно.

Необходимо узнать все, что можно, о Лине, а затем… мне придется написать письмо Тео.

О таком нельзя молчать.

Вот только как сделать так, чтобы о письме не узнал Гидеон и не смог меня найти?

— Ты знаешь, будет у тебя мальчик или девочка? — зашла с другой стороны я.

И тут Лину наконец прорвало — она заговорила.

Главa 20

Оказывается, Лина выросла на юге — у самого моря. Ей в самом деле недавно исполнилось двадцать, а замуж она вышла и того раньше, в семнадцать.

— В семнадцать? — удивилась я. — А твои родители…

— Они умерли, — грустно усмехнулась Лина. — Мама через пару дней после того, как меня родила, а папа, он... Это был несчастный случай. Неудачно упал с лестницы и сломал шею. Его нашли уже мертвым.

Я вздрогнула.

— Сколько тебе было?

— Шестнадцать. Я…

Она замолчала, и я успокаивающе погладила ее по плечу, отметив, что кожа теплая. Отлично, она как минимум согрелась.

Боже, она ведь совсем ребенок, на пару лет старше Лорейн! И такая худенькая! Я не поняла этого сначала, а сейчас у меня сжималось сердце. Что они с ней сделали?

— Кем был твой отец? — продолжила я расспросы.

Крупный торговец? Юрист? Явно небедный человек, раз ради наследства Лины кто-то настолько постарался.

Может, у нее остались родственники, к которым можно обратиться за помощью?

— Папа был… хорошим. Все время покупал мне платья и сладости, как маленькой. Мы ходили в походы в горы. Он обещал отвезти меня в столицу в мой семнадцатый день рождения — найти мне жениха. Я мечтала, — Лина засмеялась. — Так глупо. Мечтала встретить на балу дракона, и чтобы обязательно стать его истинной. Как вы! Простите… Я знаю, что вы… что у вас… что вы… вы с лордом Ферли…

— Я имела в виду — чем занимался твой отец, — перебила я.

Не хватало только распустить сопли и порыдать друг у друга на плече. Кто-то из нас двоих должен оставаться взрослым и умным!

— Прокладкой железных дорог или вроде того.

Или вроде того! Железные дороги сейчас были основным видом транспорта в королевстве — надежные, проверенные временем и понятные, в отличие от порталов. Порталы, появившиеся всего полвека назад (смехотворно мало по меркам вечности), многие воспринимали как что-то опасное и непонятное.

Гидеон сейчас работал над тем, чтобы порталы, намного более безопасные и быстрые, встали вровень с железными дорогами, а я занималась благотворительностью, потому что…

Я оборвала поток мыслей.

А меня это уже не волнует. Процветание “Дома Ферли” больше — не моя проблема.

— Я… я была такой дурой! Я… — Лина сгорбилась. — Я не знала, как мне быть после того, как папа умер. Все от меня что-то хотели. Какие-то бумаги, какие-то… счета. Я в этом совершенно не разбиралась. Маркус… Он… был папиным управляющим, его правой рукой. В его жилах текла драконья кровь. У него не было второй ипостаси, но…

— Ну надо же.

— Он очень мне помог в начале объяснил, что к чему, взял на себя всю работу, чтобы я могла… прийти в себя. Он… приносил мне цветы. И мы сочиняли стихи на двоих. А еще мы…

— А еще вы поженились,