В самом Сердце Стужи. Том VII - Александр Якубович Страница 22

— Буду, — кивнула я.

Виктор деловито подхватил вино, взял два кубка и вернулся за столик. Разлил напиток, первый же сделал небольшой глоток.

— То есть, как ты можешь помнить будущее? Ты его уже проживала? — спросил мой муж.

Он удивительно легко формулировал то, на что у меня десятилетия не находилось правильных слов. Смотрел на меня совершенно спокойно, даже с пониманием. Будто бы сам мог оказаться в подобной ситуации.

— Да, проживала, — кивнула я. — Но такого будущего я еще не видела… Все происходит иначе…

— Мы уже были знакомы? — спросил прямо мой муж.

— Нет, — мотнула я головой.

— Тогда Эрен Фиано… Кем ты была раньше? До этого?

— Ею и была. Я… Я просто возвращаюсь каждый раз назад.

— После чего? — Виктор сыпал вопросами с такой скоростью, что только сейчас заметил, как я напряжена. — А… ясно. Это похоже, как и у меня.

— Ты же говорил, что не из Сорога! — выпалила я.

— Не из Сорога, — покачал головой Виктор. — Но вот то, что я сорвался с высоты, с убийственной высоты, и очнулся в пограничье, вот это истинная правда, Эрен. Тут мне умалчивать или выкручиваться не пришлось. Это получается, в прошлой жизни ты была Эрен Фиано, умерла и очнулась опять собой?

Всемогущий Алдир, я слышала облегчение в голосе своего мужа. Его плечи, что до этого были напряжены настолько, что, казалось, высечены из камня, сейчас опустились. Морщина на лбу разгладилась, а взгляд стал мягче. Даже на губах появилась легкая, блуждающая улыбка, а нетерпение, с которым он говорил со мной…

Я чувствовала себя обманутой. Ожидания неизбежной катастрофы, трагичного конца, что гложили меня все последние два года, недоверие, страх быть отвергнутой… Все это сейчас рассыпалось, едва мне стоило посмотреть на лицо супруга. Легкость и готовность, с которой Виктор принял мое откровение, мою страшную тайну, что я живу не в первый раз, что я знаю будущее, просто поражала. Может, дело было в том, что его история похожа на мою? Но я знаю, что Виктору всего тридцать — именно столько он прожил, без сомнения. Он не был внутри себя старцем, как была я старухою. Образован без меры, умен, целеустремлен — да. Но возраст его тела соответствовал реально прожитым годам. В отличие от меня.

— Да, так было во всех жизнях… — осторожно сказала я, понимая, что пути назад нет. Как и в случае с Фарниром, сделав шаг, я не могла остановиться. Я вывалю на Виктора все без остатка и буду лишь надеяться, что мой муж выдержит груз правды.

— Во всех? — удивился мой супруг. — В смысле, их было больше двух? Три?

Я внимательно посмотрела в эти черные глаза, а потом прошептала:

— Десять… Это моя десятая жизнь на этом свете.

Единственный звук, который остался за столом, это трепет ткани шатра на ветру. Виктор смотрел на меня невыносимо долгий миг, пытаясь осознать, что перед ним такое. А потом…

— Так вот в чем дело! Это ты из нас двоих старшая! Я знал! Чувствовал! Это многое объясняет! Нет! Это всё объясняет! Мне так о многом надо тебе рассказать!..

Виктор схватил меня за руку, и только в этот момент я почувствовала, как была до этого одинока. Но не теперь.

Мой муж же был несказанно рад. Он улыбался, ласково, с любовью. И при этом он продолжал неотрывно смотреть на меня, держа за руку, а в его глазах скакали те самые озорные огоньки. А это означало лишь одно.

Мы выдержали.

Сосуд нашего счастья ударился о каменный пол правды и вместо того, чтобы разбиться тысячью осколков, просто отскочил от него. Потому что был сделан не из хрупкого хрусталя, а выкован из стали.

А значит, все будет хорошо.

Глава 9

Виктор

Я начал первый. Не потому что моя история была важнее или интереснее, а потому что я видел, насколько Эрен тяжело. Мою жену буквально колотило от одной мысли, что ей придется рассказать мне о своем прошлом, так что я потянул ее за руку, усадил к себе на колени и, крепко обхватив ее за талию, стал рассказывать историю своей жизни.

К этому разговору я никогда не был готов. Время от времени я прокручивал в голове, как бы он мог выглядеть, что бы я хотел рассказать Эрен о своем родном мире и о своей личности, а о чем бы предпочел умолчать. Но реальность оказалась совершенно иной. Рассказ получился долгий, сбивчивый и без прикрас.

Сперва мне пришлось признаться в том, что никакой я не урожденный аристократ, а простой горожанин, а моя мать занимала положение какой-нибудь ткачихи из Херцкальта. Это стало для Эрен шоком и откровением и, не удержавшись, жена, которая до этого смирно сидела у меня на руках, словно напуганная кошка, все же задала вопрос.

— Но как же твое образование? Привычки? Манеры? — спросила она, чуть отстранившись, чтобы лучше видеть мое лицо.

— То, чему здесь учат в Храме или столичном университете, у меня дома преподают каждому ребенку и даже больше, — невесело усмехнулся я. — Ну, кроме богословия, танцев и стихосложения. Это дополнительные занятия по желанию.

— И правил этикета, — добавила Эрен, прижимаясь ко мне. — Я все не могла понять, почему ты столь…

— Не продолжай, — перебил я жену. — И так понятно.

Дальше последовал довольно долгий рассказ о моем быте, учебе, службе в армии. Последнее Эрен было особенно интересно. И как же хохотала моя жена, когда услышала, что я служил в войсках профессиональных землекопов!

— Я немало наслушалась от Лили историй о том, как ты заставлял своих бойцов рыть землю и строить укрепления посреди леса, — с улыбкой сообщила моя супруга. — Эрик может рассказывать с ее слов об этом буквально бесконечно. А я все гадала, с каких пор командиры лично берутся за лопаты! И вспомни первые месяцы в Херцкальте. Ты сам полез в ямы!

Время было уже позднее, я приготовил нам простой ужин на углях одной из жаровен, опять разлил вина. Мы оба уже были прилично выпившие, ведь половину кувшина приговорили на пустой желудок.

— Не вижу в этом ничего плохого, — пожал я плечами. — Эти навыки помогли нам выжить в рейде. Да