Попаданка со скальпелем - Екатерина Белова Страница 21

Он поднял сжатую в кулак лапищу вверх и потряс ею для убедительности, но драконы отреагировали настороженно. Даже отряд Верши косился на Дана, сверяя реакцию.

Дан шагнул вперед, проигнорировав Верши, и я, словно привязанная невидимой лентой, дернулась следом. Взгляд впился в изломанное тело, отыскивая основную рану.

Не крыло. Не спина. Живот? Нет, переворачивать нельзя. При такой кровопотере это гарантированный летальный исход.

- Сможешь его вытащить? - спросил Дан угрюмо.

Лекарь промолчал. Я отчетливо видела, как дрожат его пальцы, бесконечно активируя гаснущее заклинание. Весьма полезное. Я видела этот рунный узор в одной из книг, но и подумать не могла, что раскладывать его так просто. Достаточно скопировать его из собственной памяти, как из строки браузера, а после активировать руну «акцио». Воистину, все гениальное просто…

- Тогда добей.

На несколько секунд настала тишина, в которой слышалось лишь шипение истекающего огнем пепла и легкий треск догорающих деревянных перекрытий монастыря. Я выдохнула сквозь сжатые зубы. В голове включился невидимый отсчет.

Два. Три. Четыре…

На седьмой секунде лекарь снял заклинание, на восьмой сжал амулет с незнакомой мне росписью, на девятой поднял его над телом…

На одиннадцатой я приняла окончательное решение.

- Постой, - шагнула вперед, перехватывая руку лекаря с занесенным артефактом. - Я могу осмотреть его?

Запястье у лекаря дрогнуло. Он опустил руку и с недоумением уставился на меня, как если бы на моей голове выросли рога, и из-под монашеского платья выглянул симпатичный ифритский хвост.

- Вея? - лекарь недоуменно моргнул. - Нерда, к тому. Тебе не место у постели больного.

Лекарь, пожалуй, был молод. Немногим старше тридцати. Нервное породистое лицо, темные глаза, очерченные полукружьями бессонницы, нездоровая бледность от все тех же бессонных ночей. Я относила такой типаж к профессионалам своего дела. Такие опираются только на факты.

Мои слова для него все равно, что щебет синицы.

Я шагнула вплотную и опустилась на колени около рыжего гаденыша. Вейр Ниш, кажется.

В спину мне буквально вонзился горячий лазерный взгляд Данте. Я могла буквально просчитать маршрут его взгляда, прошедшего огневой путь от растрепанной косы вдоль лопаток.

- Заберите вею, - Верши, про которого я успела забыть, подскочил ближе.

Кажется, он протянул ко мне руку - меня обдало горячей воздушной волной, но рукава платья так никто и не коснулся. Только где-то вдалеке звучал голос Данте, едва пробиваясь сквозь непрерывно идущий в моей голове анализ данных:

- Не сметь. Не дано мирским касаться монашеского тела.

Вот они, двойные драконьи стандарты. Кому можно касаться, кому нельзя. Губы тронула хмурая усмешка и тут же пропала. Хотя на гаденыша наложили заклятие стазиса, он был очень плох, и причин улыбаться я не видела.

После меня тронули за плечо:

- Прекрати, Эдит. Не дли его муки и дай умереть.

Голос Дана стал ближе, интимнее, и меня накрыло знакомым электрическим биополем мужчины, который с такой легкостью сломал меня. Переломил, как цветочный стебель.

- Ты делаешь это, чтобы нравиться мне снова, цветочек? - шепот - едва слышный, только-для-меня-одной - обжег висок подобно пуле, скользнувшей в миллиметре от кожи.

Всего месяц назад я бы взвилась от одного только звука голоса. От близости тел. От жарких ночей, мучительно приходящих в мои сны. Теперь даже не обернулась.

Прошлась пальцами по кромке обломанного крыла, вызвав всеобщий полузадушенный вздох. Кажется, я сделала что-то неприличное для этого мира….

Мысль скользнула по кромке сознания и погасла.

Уже не боясь, я подняла взгляд, отыскивая Нене или настоятельницу, и как ни странно, нашла обеих. Они стояли рядом и с великим недоумением наблюдали за происходящим.

- Подготовь мне теплую келью в бывшей трапезной, - скомандовала жестко. - Принеси чайник, спирт, нарежь чистого хлопка и половину из него прокипяти. Нене, принеси из моей спальни в келью сундук из-под кровати.

Взгляд прошел дальше, оценивая раны столпившихся вокруг драконов.

- Вот ты и… ты. В старой кладовке стоят носилки, несите их сюда и спросите у монахинь чистую простынь.

Лекарь совершенно онемел от моей наглости, но, кажется, сообразил, что я хочу сделать:

- Бестолку его оперировать, - зашипел он без стеснения. - Мальчишка умрет без регенерации! Такое случается изредка, и тогда дракону остается только умереть.

- Люди же живут без драконьей регенерации, - сказала медленно. - И он тоже выживет, если все пройдет успешно.

- Что нерда знает об альтернативах лечения?!

Все знает. И куда больше драконов, подсевших на магию и амулеты. Мы-то люди простые, мы ножичком.

- Довольно много знаю, - сказала без экивоков.

Моя уверенность произвела неожиданный эффект. После недолгой паузы, среди драконов поднялся невидимый протестующий ропот. Но я только упрямо подняла голову.

Между рыжим гаденышем и смертью стояла только клятва Гиппократа, когда-то данная семнадцатилетней девочкой себе самой.

10. Первый хирург

- Что за чушь, - сказал кто-то из толпы дракониров. - Избалованная падшая дева, всю жизнь сходившая с ума по мужчинам и нарядам. Она просто зарежет его из чистого садизма. Ниже, чем она пала, падать уже некуда.

Согласный гомон, разбавленный писком нерд, поддержал его голос. А после Дан поднял руку, прерывая единый возмущенный вопль:

- Никогда не видел тебя с книгой, - сказал медленно. - Готова рискнуть своей цветочной головой, Эдит?

Его мрачный взгляд словно обнял меня. Взял в страшные тиски своей невидимой темницы, а после так же резко отпустил, в одну секунду перетряхнув всю мою нехитрую жизнь.

Меня словно выплеснуло из пасти гигантской рыбы, где чудом не разбило до анатомического супа. Дан явно пытался заставить меня отступить, но упрямо качнула головой:

- Ты в целом знаешь обо мне очень мало, лорд Серебряных земель, - сказала не без удивления. - Я готова рискнуть.

И вдруг с немым удивлением поняла, что это правда. Что Дан знал обо мне? Лишь тот отрезок жизни, где я пыталась ему понравиться и одновременно остаться Эдит Фанза.

Дан неуловимо помрачнел. Солнце его обаяния выключилось, и передо мной стоял израненный молодой мужчина, измученный долгим и сложным боем.

После положил мне на плечо тяжелую руку, сжал - не больно, но ощутимо. Собрался было что-то сказать, но неожиданно закашлялся кровью и навалился на меня всем своим немаленьким весом.

Если бы несколько воинов не подхватили Данте, я бы упала вместе с ним, но мне повезло. Я успела выскользнуть из драконьей хватки.

Дан ещё держался.