Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший - Анна Солейн Страница 15

Из воспоминаний Амелии я помнила, что когда-то их взгляд был тяжелым и пронзительным.

Интересно, что случилось с его глазами? В папке, которую мне дали, подробностей об этом не было. Впрочем, как я сейчас понимала, там вообще многого не было. Например, о протезе на месте руки — ни слова.

— Хватит на меня пялиться, Грейс.

Я фыркнула и мстительно приложила новый кусок льда к теплой коже на шее дракона, как раз над кадыком. Вреда не будет, а мне приятно.

Впрочем, немного этого дракона я даже понимала. Амелия была влюблена в него совершенно дико!

Основала фанклуб.

Пыталась украсть у него то пуговицу, то платок, то ручку — чтобы иметь что-то "на память".

Забрасывала любовными письмами.

Пыталась напоить, в конце концов, зельем вожделения (свободная продажа этой дряни была запрещена, но Амелию это не останавливало).

Чего стоит хотя бы то, что она записалась в добровольцем в целительскую бригаду и отбыла вслед за ним на границу?

Амелия почему-то вбила себе в голову, что она — истинная ректора. И что он обязан ее полюбить.

Положа руку на сердце, я даже немного понимала этого дракона. Я бы тоже на его месте была в ужасе!

Но вслух я в том, что я с ним в чем-то согласна, я бы в этом не призналась даже под страхом смерти.

— Честное слово, — продолжил Ашер, — у меня ощущение, что я попал в ад — и тут ты.

Я бросила оплывший кусочек льда в миску и отстранилась.

— Вижу, вам лучше, генерал Ашер.

— Думаешь?

— Тремор прекратился, дыхание свободное, разговаривать, как я вижу, тоже не доставляет вам труда. Делаю вывод, что боль ослабла. Я распоряжусь, чтобы вам подали горячий сладкий чай и легкий завтрак.

— Боюсь, я уже позавтракал, Грейс.

— Врете. У вас губы сухие, вы даже воды не пили ничего со вчерашнего дня.

Тишина. Подняв голову со спинки кресла, Ашер с хрустом размял шею. Домашний пиджак из плотной ткани сковывал движения, но даже с учетом этого я заметила, как расслабились его плечи. Ему и правда стало не так больно. Хорошо. Значит, я права. Физиология и магия даже у драконов — тесно связаны.

— Я думаю, в этом вы не сможете со мной поспорить, генерал Ашер.

— В чем? В том, что я не люблю завтракать?

— В том, что я победила. Неплохо было бы выполнить вашу часть нашего уговора.

— Какую?

— Признать, что вы — идиот.

Выпалив это, я ругнулась.

Да разве же так разговаривают с тем, к кому кровь из носа нужно устроиться на работу? Если я сегодня не занесу дражайшему бывшему мужу деньги на дом — мне конец.

А деньги я могу добыть только одним способом.

— Я имела в виду…

— А ты изменилась, Грейс, — задумчиво сказал дракон и снова повернул голову, как будто мог меня, стоящую за спинкой кресла, увидеть.

— Вышла замуж.

— И запах… — Он втянул носом воздух. — Другой.

Я едва сдержалась от того, чтобы понюхать свои подмышки. О чем он? Имеет в виду, что от меня несет? Или у драконов настолько острое обоняние, что они могут различать людей по запаху?

— Я повзрослела, генерал Ашер. Можете не беспокоиться, вы меня больше не интересуете.

— Надо же, ты уже который раз называешь меня генералом Ашером. А как же “Дерек, любимый”, "зайчик" и "симпампусик"?

Я дернулась. Именно так обращалась к ректору в любовных письмах Амелия. В целом-то ужас, как ни посмотри.

— Можете не беспокоиться, этого больше не повторится.

— Отлично. А теперь убирайся отсюда.

— Я должна провести осмотр…

— Господи, Грейс, ты глупа, как пробка, ничего не изменилось. Я не нуждаюсь ни в тебе, ни в твоих услугах — как еще это повторить, чтобы до тебя дошло? Оставь меня в покое наконец.

— Но я же…

Неблагодарный засранец!

— Что? Избавила меня от боли? Аплодисменты! А ты спросила, нужно ли мне это?

— Я…

— Вон.

Сжав руки в кулаки, я открыла рот, и вдруг услышала — это.

Звонкий детский крик, такой громкий, что этого закладывало уши. Этот звук я бы узнала из сотни других.

Господи.

Джесси.

Как он здесь оказался?

Крик повторился — он шел с первого этажа.

— Кого там принесло, — процедил дракон. — Снова какой-то бродяжка попытался пробраться в дом?

* Такой способ облегчения боли при мигрени действительно есть, я нашла даже научное исследование, где было выявлено, что горячие ванночки для конечностей + ледяной массаж головы в сочетании с лекарствами от мигрени помогают лучше, чем просто лекарства. Но я все-таки хочу уточнить, что “не пытайтесь повторить это дома”. Слушайтесь только врачей, а не целительниц из книжек

* * *

Мое сердце ухнуло в пятки, я рванула к двери.

— Куда же ты, Грейс? Грейс, неужели наконец-то уходишь? Дверь за собой закрой. Грейс!

Но мне было не до того, чтобы с ним ругаться.

Подбежав к лестнице, я скатилась с нее едва ли не кубарем.

— Убери от него руки! — рявкнула я управляющему.

Схватив Джесси за ухо, этот шваброобразный мерзавец зарядом силы толкал его к двери.

Мой мальчик! К Джесси нельзя применять магию! Джесси, в котором вообще не было магии, воспринимал ее как нечто инородное, иногда даже безобидное колдовство могло причинить ему боль.

— Руки убрал! — повторила я, коршуном бросаясь между управляющим и Джесси.

— Ах! — выпрямился он, пока Джесси цеплялся за мою юбку. — Так значит, этот гаденыш с тобой? Умно! Пока ты там окучиваешь его светлость, этот маленький поганец…

— Выбирай выражения, когда говоришь о моем сыне! Джесси…

Я присела на корточки перед ним. Сердце ухнуло вниз. Джесси выглядел испуганным и заплаканным, карие глаза покраснели, волосы, которые я сама причесала утром, стояли торчком.

Как он вообще здесь оказался? Джесси не слишком любил выходить из дома. Как он вообще меня нашел здесь? Подслушал наш с мамой вчерашний разговор?

“Ах, — восторженно закатила глаза мама, когда я рассказала ей все новости, — ты будешь лечишь владельца Воронова холма! Говорят, он герцог! Настоящий! В нашей глуши — герцог!”

“Это что-то меняет?” — спросила я, пытаясь найти в нашей заначке две тысячи золотых.

Сто золотых, которые мне удалось скопить за год, ехидно подмигивали со дна банки для гороха.

Я выглянула в окно — ну, хотя бы этот