Она и зверь. Том 3 - Maginot Страница 15

Астина мысленно поморщилась, ощущая горький привкус иронии.

«Однажды я оставлю фамилию Аталлента позади. Но из-за идиотских распрей мне приходится отталкивать человека, который мог бы стать… приятным знакомством».

Но, невзирая на личную симпатию Астины, Энсерин все же принадлежала к тем, от кого благоразумнее было держаться на расстоянии. Однако и в момент зарождения, и в момент разрыва отношений требовалась учтивость. Астина не собиралась с каменным лицом объявлять ей о невозможности их дружбы. Раз уж ее узнали, глупо было бы не воспользоваться ситуацией. Мудрее же – завоевать симпатию Энсерин к себе лично, а не к громкой фамилии Аталлента. А раскрытие неудобного статуса… его можно отложить. До лучших времен. Или до худших – когда выбора уже не останется.

Астина мельком взглянула на Канну. Та стояла у кассы, собираясь рассчитаться. Времени на короткий, ни к чему не обязывающий разговор с маркизой Тристан хватит.

– Пришли за книгами? – первой поинтересовалась Энсерин.

– Да, а вы, маркиза?

– Зашла случайно… но теперь считаю это великой удачей.

Энсерин улыбнулась, и взгляд ее скользнул за спину Астины. Она провела рукой по ряду книг.

– Интересуетесь историей?

– Достойная область для образования.

Энсерин чрезмерно обрадовалась скромному ответу.

– Как и ожидала: вы питаете душу, а не тщеславие.

– Вы меня смущаете. Сегодня я лишь покупаю учебники для сестры. Экзамены в Беллаче не за горами.

– Престижная Беллаче… Вы, быть может, учитесь там с сестрой?

– Нет, только она. – Астина покачала головой.

По правде, она официально еще числилась студенткой академии – она взяла перерыв в обучении, но не объявляла об окончательном уходе. Однако возвращаться в Беллаче Астина не собиралась. Жизнь там не была плохой, но и памятной не стала. Уроки в академии не давали знаний, а общежитие было лишь скучной тяжбой юности. Законную возможность покинуть Беллаче навсегда Астина упускать не хотела.

Но Энсерин, похоже, решила, что Астину не пустили туда намеренно.

– Жаль. – На лице ее мгновенно отразилось искреннее сочувствие. – Если бы вы учились в Беллаче, наша семья могла бы оказать поддержку.

– Благодарю за великодушие, – Астина слегка наклонила голову, – но к учебе особого рвения у меня не было.

– И все же вы прославились бы как вундеркинд.

Астине стало неловко. Разговор неизбежно сводился к похвалам.

– А какая область интересует вас, маркиза? – поспешно сменила она тему, отчаянно желая увести внимание от себя.

– Я люблю книги по военному искусству. И, как и вы, историю. Особенно великие войны континента – хоть это дело давно минувшее, но зато какое захватывающее! – радостно ответила Энсерин и, прищурившись, добавила: – Например, мне крайне интересно изучать военную тактику императрицы Мартины.

Астина чуть не поперхнулась.

– Вас увлекает континентальная война?

– Да, исследуя ту эпоху, открываешь столько интересных культур! – глаза Энсерин загорелись азартом. – Тогда не было этой огромной, задавившей всех империи – лишь маленькие страны, каждая со своей историей. Нынешние глупцы даже не знают, что замок в Риче когда-то был столицей Бланш. Представляете?

Тон был слишком циничным для невинной шутки. Астина на мгновение решила, что Энсерин горделива и строга к окружающим в ответ на собственную уверенность в своих знаниях. Интеллектуальное превосходство как щит. Но тут маркиза повернулась к ней, и Астина встретила мягкую, почти извиняющуюся улыбку.

– Кстати, слышали? В замке Бланш нашли документ на кельтском языке.

– В Бланш?

– Да, основа кельтская, но смысл не распознать. Расшифровка оказалась труднее, чем предполагали.

Неожиданно. В Бланш кельтский не использовали. Может, это дипломатический документ? Но между странами не существовало точек соприкосновения.

Астина не смогла скрыть любопытства, и Энсерин, довольная произведенным эффектом, выдала нечто странное:

– Орел, крылья, коровье молоко, плач, выдергивание цветка.

Произношение было столь же нелепым, как и содержание. Энсерин рассмеялась.

– Говорят, там такая чушь. Выслушивая стоны моего друга-исследователя, я сама чуть с ума не сошла от абсурдности.

Астина выдвинула гипотезу:

– Может, это вовсе не кельтский? Другие письмена с общей основой?

– Ну, его нашли в тайном кабинете замка Бланш. Скорее всего, это шифр – чтобы не прочел никто посторонний.

Тайное место в замке Бланш. Астина подумала, что документ мог принадлежать Теодору. Странно было осознавать, что он скрыл от нее целую комнату, но она вспомнила его последний обман – и все встало на свои места. Мартина никогда не знала Теодора полностью, как бы ни пыталась убедить себя в обратном. Но Астина хорошо помнила, сколько именно благородных задниц просиживало трон Бланш на протяжении веков.

– Имя владельца не указано?

– Хм, кажется, «царь».

Астина застыла. Неосознанно она шагнула к Энсерин. Но не успела задать вопрос, как к ним подошла Канна. Увидев незнакомку в обществе сестры, она явно озадачилась: когда Астина успела с ней подружиться?

Переводя взгляд с сестры на Энсерин, Канна осторожно спросила:

– Кто это?..

– Здравствуйте, впервые имею честь вас видеть. Я Энсерин Тристан. Многим обязана вашей старшей сестре, – представилась та по этикету и поцеловала руку Канны.

Но вместо того, чтобы залиться румянцем или смущенно захихикать, Канна напряглась. Она, как и все в светском обществе, прекрасно знала о сложных отношениях семей Тристан и Аталлента. Что же умудрилась сделать Астина, раз получила благодарность от самих Тристан?

Канна растерянно посмотрела на сестру: «Что происходит?»

– Расскажу дома, – отложила объяснения Астина.

Канна неловко, натянуто улыбнулась Энсерин, стараясь хоть как-то сгладить неловкость. Та сильно растерялась: обычно она производила совсем другое впечатление. Ее внешность, статус, богатство, манеры – все это неизменно очаровывало кого угодно любого возраста. Но эти двое не выразили восторга. Совсем. Лишь настороженность и желание поскорее уйти.

– Ха-ха… – выдавила Канна неестественный смешок. – Рада встрече, маркиза. Но у нас срочные дела, пора возвращаться. Очень жаль.

Уйти сразу после знакомства?

Энсерин окончательно растерялась. Это было… странно. Случайность не гарантировала новой встречи – кто знает, когда они пересекутся снова? А она еще даже не отплатила за спасение. Но не успела она заговорить или хотя бы собрать мысли в связное предложение, как продавец громко, на весь магазин гаркнул:

– Госпожа Канна Лете! Куда доставить ваш заказ: в особняк Аталлента в столице или в графский дом Лете?

Повисла звенящая тишина.

Девушки переглянулись. Канна, бледная как полотно, смущенно развернулась на каблуках и метнулась к продавцу.

Энсерин резко повернулась к Астине и пристально уставилась на ее волосы – на этот яркий, узнаваемый оттенок. Память услужливо подсунула события вчерашнего вечера: бал, блеск огней и тот же красный затылок эрцгерцогини Аталлента, гордо возвышающейся над толпой.

– Тина… Астина Лете? – прошептала Энсерин ее девичью