Злодейка желает искупления - Татьяна Антоник

Татьяна Антоник, Аника Град

Злодейка желает искупления

Пролог. Шэнь Улан

Облизав пересохшие губы, еще раз вчиталась в послание. Не верила своим глазам, не хотела верить.

Повернулась к евнуху Цзян Бо, покорно склонившемуся в поклоне, и ехидно переспросила:

— Яо Вэймин требует меня? Не много ли чести? Этот презренный воинственный червяк? Предатель?

Между прочим, я как никто, имела право костерить этого человека, обзывать на все лады. Увы, толку от моих слов никакого.

— Армия генерала Яо встала у ворот Города. Пока... — помедлил евнух, а затем печально продолжил, — они не предпринимают попыток штурмовать Запретный город.

— И что? Считаешь, что мне нужно выходить? — не смогла не усмехнуться.

Но этот смех был скорее паническим, чем горделивым.

Стоя на краю террасы, где легкий ветерок трепал мои пряди волос, пробираясь сквозь цветущие вишни, смотрела на величественный дворец, который превратился в мой родной дом. Как же я не хотела сдаваться, как не хотела покидать его.

Высокие золотые крыши сверкали на солнце, как мечты, которые я когда-то лелеяла. Каждый уголок был пропитан историей, а стены хранили столько тайн. Здесь, среди резных колонн и мраморных статуй, я провела лучшие годы своей жизни. Но сейчас все это кажется мне далеким и недосягаемым.

Перед стенами дворца остановилось войско, а его предводитель ненавидел меня. Он ни перед чем не остановится, пока не заполучит свою злодейку.

Яо Вэймин умён, я его недооценила. Ему не за что было уважать моего мужа-императора, но верность оказалась для него не пустым звуком. Он настороженно отнесся к смерти, не поддержал, когда я заняла трон, не пожелал подчиниться моей власти, он служил стране.

На самом деле он сам хотел эту власть...

И аргументы имелись: верная армия и близкое родство с юным Императором по материнской линии. Всем будут безразличны традиции, согласно которым он не имел прав на регентство, но за ним реальная сила.

У меня тоже была, но толика. Всё-таки не стоило так беспечно относиться к человеческим ресурсам. Они оказались более значимы, чем мне думалось.

Династия Цянь, которая властвовала в этих землях вот уже тысячу лет, пребывала в упадке. Предыдущий Император, мой достопочтимый супруг, не оставил после себя наследников, поэтому трон достался его младшему брату. Если и он погибнет... Страна будет обречена на долгие битвы за трон.

Какая ирония... мое сердце сжималось совсем не от страха за бедных жителей империи. Едва ли они меня волновали...

Я не желала умирать, еще больше не хотела, чтобы умер Юнлун. Одиннадцатилетний Сын Неба, внезапно превратившийся для меня из инструмента, с помощью которого добывалась власть, в...

— Где сейчас Император? — я не позволила себе сильно углубиться в размышления. Это бесполезно.

— В Золотом Саду, конечно же.

Кивнув, я отправилась туда. Не стала даже настаивать, чтобы Юнлун пришёл сам, показывая, кто именно правит во дворце на самом деле.

Золотой Сад располагался достаточно близко, и мне не понадобилось много времени, чтобы увидеть мальчика, задумчиво разглядывающего большой пруд с мостика.

Я должна, обязана была пасть ниц, касаясь лбом земли, приветствуя Сына Неба, но всегда игнорировала это правило. И сейчас не стала изменять привычке.

— Приветствую вас, Император. Да пребудет долгое царство ваше, — но не все традиции я нарушала.

— Улан! — Юный Император улыбнулся при виде меня. — Ты пришла... сама.

— Да, — впервые за долгое время я не знала, что ему сказать.

И цель визита к Императору тоже оказалась непонятной даже для меня. Каких ответов я ждала от мальчишки, пусть его и возвели в Императоры?

— Обычно ты не приходишь сама, — и всё-таки Юнлун совсем неглуп. — Столицу скоро возьмут, нас убьют, и ты пришла попрощаться?

Давно привыкнув сохранять спокойный вид в любых ситуациях, сейчас я передёрнула плечами.

— Так что, я скоро умру? — повторил Юнлун свой мудрый, животрепещущий вопрос.

Маленький мальчик, единственный, кто не видел во мне врага и демоницу. Он никогда не относился ко мне плохо, никогда не показывал разницу в положении. И мне никогда не хотелось приказать ему заткнуться. Ха, он во дворце был единственным, кому я не имела права приказывать.

— Вы не умрёте, — твёрдо произнесла я. — Но я действительно хотела бы попрощаться. На тот случай, если Яо Вэймин не сочтёт возможным оставить в живых меня.

Где-то в глубине души я знала, что придумал для меня военачальник.

Юнлун занял мое сердце, подобно упрямым росткам риса на поле в неурожай. Не осознавая, я заботилась о нем, приняла и полюбила, как собственного ребенка. Такого ребенка, о котором я не смела мечтать. Разве мальчишка виноват в моих грехах? Разве благородный Яо способен убить малолетнего наследника?

Наверное, он может убить дитя, но Юнлун — его ступень к власти. Вот только я не ведал его конечных целей. Вдруг он хочет власти не только для себя, но и для своего рода? Тогда Юнлун — лишь одно из препятствий.

В Цяне меня не зря прозвали ведьмой, жители страны меня буквально возненавидели, но когда меня занимало чужое мнение?

Мне принесли весть, что генерал требует со мной встречи, на деле это означало одно... Встретившись с Юнлуном, осознав окончательно, сколько натворила, дала Яо ответ.

Гонцу хватило всего пары часов, чтобы доставить генералу послание и вернуться. Тот легко согласился оставить в живых Императора.

Мне всего-то нужно было выйти к нему, чтобы всё... обсудить? Да, он бы не сказал прямо, что просто хочет меня казнить как можно быстрее и получить свою власть.

Но смерть смертью, а терять достоинство я не планировала. Да и способ скрыться у меня еще был. Но зачем мне прятаться, если я всегда мечтала о власти? Без власти жизнь не так уж и хороша.

В полумраке заката, когда небосвод окрасился в багряные и пурпурные тона, я шла к воротам дворца, как тень, вырвавшаяся из глубин ночи. Путь был усеян терниями сомнений и страха, а каждый камень под ногами казался живым, шепча о том, что я — виновница, что моя душа не просто тёмная, но и злая. Я чувствовала, как захлестывает холодный ветер, заставляя сердце биться быстрее от волнения и злости.

Ворота затворились с глухим скрежетом. Лязгнули, будто показывая, что обратного пути нет.

Моё алое платье, словно