Изгнанная с позором - Нита Вольская

Изгнанная с позором

Глава 1. Отравление

— Если она не выкарабкается, это даже к лучшему. Да, милый? Ведь тогда не нужно будет придумывать как от неё избавиться.

Слащавый женский голос пробился в мою голову и усилил тошноту, которая и без того уже просилась наружу. Но встать не было сил. И глаза открыть тоже.

Неужели я до такой степени отравилась?

Вот дура, ведь знала, что мне не показалось, и колбаса действительно была с душком, а плесень на сыре — не из благородных. Но нет, меня это не остановило…

Едва успела повернуть голову на бок, как причина тошноты устремилась во внешний мир.

— Да что б тебя! — резанул слух недовольный мужской возглас. — Иди за ведром и тряпкой! Убери тут всё. — отдал кому-то команду. — И лекаря тоже пригласи.

Ответа не последовало, но дверь скрипнула.

Вяло подумала: что происходит? Откуда эти неприятные голоса? Телевизор что ли не выключила?

— Эта дрянь даже сдохнуть нормально не может. — продолжил возмущаться мужчина. — Мало того, что моё имя в грязи изваляла, так теперь ещё и покои уделала.

Не поняла, это он про меня что ли? С какой радости я стала дрянью ещё и для него? Кто он вообще такой? Что делает в моей квартире?… Или это всё бред на фоне отравления?

Приоткрыла глаза.

Яркий солнечный свет резанул по ним так, что меня снова замутило. На этот раз от боли.

Протяжно застонала.

— А может он её всё-таки обрюхатил? — снова вклинился в мозг голос этой писклявой. Я её ещё не видела, но она меня уже бесит.

— Ты опять за своё?.. Мы пять лет прожили в браке, и она так и не забеременела. Пустоцвет он и есть пустоцвет. Тут что-то другое...

Так, что-то я вообще запуталась. Про пять лет брака — правда. Есть такой факт в моей биографии. Только вот точно не с ним. Я его вообще впервые вижу. Вернее, слышу. И откуда тогда ему известно про моё бесплодии?

А может это всё же телевизор, и новый сериал?

Подумала и отказалась от этой версии: не может быть в сериале столько совпадений с моей непутёвой жизнью. Сто процентов отравление виновато. Не только лишило меня зрения, но и слух травмировало. Иначе как объяснить, что я не узнаю голоса «любимых»: бывшего мужа и свекрови? Это ведь они? Больше некому.

По шагам поняла, что два раздражающих фактора удаляются, и снова попыталась открыть глаза. Но получила ещё одну порцию боли, и передумала.

Ощутила приближение новой тошнотворной волны. Не стала сопротивляться. Всё равно уже вся уделалась, судя по ощущениям. К тому же, после того, как содержимое выплёскивается, мне становится чуточку легче.

Когда желудок полностью опорожнился, выплюнув даже желчь, устало откинулась на подушку. И наконец смогла разомкнуть веки.

Перед глазами всё плыло. Но даже сквозь эту муть разглядела, что нахожусь в незнакомом месте.

Прямо по курсу шёл волной старинный резной шкаф, плыли обои в мелкий цветочек, и покачивалась из стороны в сторону такая же резная, как шкаф, дверь…

От попытки сфокусировать зрение сильно заболела голова и снова замутило. Желудок отозвался болезненным спазмом, и я со стоном зажмурилась.

Попыталась сосредоточиться на том, что довелось услышать и увидеть. Но мыслительный процесс тоже давался сложно. Каждая мысль словно вязла в густом киселе.

Решила не мучиться.

Попыталась вспомнить чем закончился вчерашний день.

Глава 2. Ирина

Опять приходил пьяный Васька. Клянчил денег, угрожал разделом имущества. Насилу выпихала его из квартиры. А справившись решила заесть стресс.

В холодильнике обнаружились только залежалый кусок колбасы, полу завядший помидор и припорошенный белой плесенью сыр. По-хорошему, это всё давно нужно было выбросить. Но идти в магазин сейчас небезопасно — бывший может караулить около подъезда. А там и до рукоприкладства недалеко. Знаем, проходили.

В общем, помыла, подчистила, оценила очень лояльным взглядом. И захомячила…

Мда. Теперь поди разберись от чего меня так полощет, когда в бутере из свежего был только процесс приготовления.

Так, Ирина, соберись. Что было потом?

Снова напрягла память.

Лежала смотрела сериал — главное времяпрепровождение моего отпуска. ..

А дальше?

Не помню. Уснула, наверное.

Тогда как я оказалась в незнакомой комнате в очаровательной компании хама и его писклявой напарницы?

Эх, говорила мне бабушка: не жри что попало. Надо было слушать. Тогда, глядишь, и жизнь сложилась бы иначе.

Нет, в целом я на свою жизнь не жалуюсь. Замуж вышла за городского, несмотря на то что никогда не была первой красавицей села: лишние килограммы всегда были моими верными спутниками, и предметом насмешек. А ещё веснушки везде, где видно и не видно.

Говорят, что рыжих любит солнышко. И меня оно любило. Сильно. Очень. Иногда аж удавиться хотелось от такой любви.

Но Васю не смутили ни мои аппетитные окорока, ни драгоценные россыпи солнечной любви. Возможно потому, что он сам не был эталоном мужской красоты. В то время как все мальчишки вокруг мужали, Василёк оставался щуплым прыщавым подростком невысокого роста. Его даже в армию не взяли из-за недовеса.

Я, как и он, тоже не замечала ни прыщей, не астеничного телосложения. Потому что всё компенсировали глаза — васильковые, в обрамлении густых светлых ресниц. Очень необычные.

Представляла наших будущих детей с такими глазищами и млела.

Нет, тогда он меня ещё замуж не звал, и даже намеков не делал. Но это же не значит, что нельзя мечтать…

Познакомились мы с ним в раннем детстве. Родители каждое лето привозили его к бабушке. А мы жили по соседству. И почти сразу подружились. После того как я его отбила у стаи деревенских собак, и проводила от магазина до дома.

Когда он в конце лета уезжал, поддерживали общение через мессенджеры. Сначала время от времени. Потом — чаще. Так и не заметили, как детская дружба переросла в нечто большее.

С ним у меня случился первый поцелуй под луной, а затем и первый секс.

Когда Вася окончил институт, мы тайно расписались в сельском совете. Не совсем тайно, конечно, — все сельчане об этом знали. Не в курсе были только его родители. Они в деревню приезжали редко, предпочитая отдыхать в других местах. Потому и пропустили главное событие в жизни сына. За что я потом