Мой первый встречный: случайная жена зельевара (СИ) - Лариса Петровичева

Лариса Петровичева

Мой первый встречный: случайная жена зельевара

Глава 1

— Прошу вас, — прошептала я, отчаянно сжимая руку мужчины. — Прошу вас, умоляю… будьте моим первым встречным.

Незнакомец не был красивым в классическом понимании — ни светлых волос, ни голубых глаз, ни нежного лица сказочного принца. Но в нем чувствовалась та сила и воля, которые невольно заставляют смотреть на него, не отводя взгляда. Он был высок, темноволос, наполнен грацией хищника — не вышел из проулка, а выплыл из него, словно леопард на охоте. Карие глаза смотрели пристально и цепко, тонкий прямой нос был украшен едва различимым шрамом у переносицы, а четко очерченные губы вдруг дрогнули в улыбке.

— Мне не нужна жена, — откликнулся он, глядя на меня почти с сочувствием. — Простите.

И тогда все оборвалось во мне от ужаса и отчаяния.

За четверть часа до этого отец поднялся в мою комнату и приказал уже не тянуть время, а выходить к человеку, который мог спасти нашу семью, взяв меня в жены.

Элдридж Уинтермун был директором банка, и выплатить долги своего тестя для него было даже не пустяком — пылинкой. Отец давным-давно проигрался, хотел было пустить пулю в лоб, а потом решил: зачем рисковать жизнью, когда есть дочь, которую можно выгодно продать?

А Элдридж Уинтермун как раз искал себе новую супругу помоложе. Их у него было пять или шесть, я давно сбилась со счета и не собиралась его пополнять.

— Либо ты выйдешь сама, — произнес отец, — либо я выволоку тебя к нему за волосы.

Я кивнула. Вздохнула, собираясь с силами — то, что я хотела сделать, было похлеще брака с престарелым сластолюбцем.

— Хорошо, — кивнула я. — Еще несколько минут, мне надо поправить прическу.

Конечно, ни о какой прическе я не думала. Как только отец вышел из комнаты и спустился в гостиную, со светской насмешливостью рассказывая Уинтермуну о том, сколько времени прихорашиваются современные барышни, я подхватила заранее приготовленный саквояжик, рванула к черному ходу и вылетела на улицу.

Туман стелился по мостовой, смешиваясь с клубами дыма из тысяч труб. Газовые фонари, едва пробиваясь сквозь сырую пелену, отбрасывали на стены домов дрожащие жёлтые пятна. Дождь стучал по крышам карет и зонтикам прохожих — монотонно, неумолимо, будто отсчитывая секунды до неведомого, но неизбежного несчастья.

Мужчины в цилиндрах, спешащие в клубы, женщины, подбирающие подолы, чтобы не запачкать их в лужах — я летела мимо них, не разбирая дороги, и в голове стучало лишь одно: найти, найти, найти того, кто согласится на мое ужасное предложение.

Где-то вдали пронзительно взвыла собака, и тут же раздался резкий свист полицейского: я шарахнулась в сторону, решив, что отец и Уинтермун обнаружили пропажу и меня уже ловят.

А над всем этим, тяжело и глухо, плыл звон колоколов церкви святой Марии — словно оплакивал меня. Я бросилась к церкви, наткнулась на мужчину, который нес в руках какую-то коробку, влетела в него, едва не сбив с ног, и схватила за руку…

— Мне не нужна жена, — повторил он. — Это варварский, дикий обычай.

Да, дикий и старый, но пока еще никем не отмененный. Если девушку должны были отдать замуж против воли, она убегала из дома и спешила к храму святой Марии, покровительницы обездоленных и сирот. Первый мужчина, которого она там встретит, мог взять ее в жены и спасти.

Конечно, выбор тот еще. Первым встречным мог оказаться, например, садист или разбойник. Но я все-таки могла выбрать свою судьбу сама — а не пойти на поводке за тем, кого привели родственники.

— Согласна, — кивнула я. — Обычай ужасный. Но меня хотят выдать замуж за того, кто похоронил уже шесть жен. Спасите меня.

Незнакомец вздохнул. Покосился на свою коробку, потом на меня.

— И вы не боитесь? Что, если я намного страшнее этого вашего жениха?

При мысли о том, что нужно будет ложиться в постель со стариком, который годится мне в дедушки, уродом, похожим на огромную разъевшуюся жабу, невольно начинало тошнить.

— Не боюсь. Святая Мэри защищает тех, кто приходит к ее ступеням.

— Меня зовут Кассиан, — произнес незнакомец. — Кассиан Торнфилд, к вашим услугам.

— Флоранс Гримшоу, — представилась я. — Но все зовут меня просто Флер, на хонтинский манер.

— Мне не нужна жена, Флер, — повторил Кассиан, и мое имя в его устах вдруг прозвучало так, словно он наполнил его каким-то особенным смыслом. — Но я давно ищу помощницу. Вы чему-то учились?

Я сдержанно улыбнулась.

— Да, я училась в колледже Септимуса Франка. Получила диплом малого зельевара с отличием.

Кассиан вопросительно поднял бровь, словно я сумела его удивить по-настоящему. Впрочем, так реагировали все, кто узнал, что я успела получить образование.

Барышням положена лишь одна наука — домашнее хозяйство. Лишь одна карьера — семья. Когда люди узнавали, что я училась в колледже, то невольно спрашивали отца:

— А вы не боитесь, что у нее случится воспаление мозговой оболочки? С женщинами это случается от излишней учености.

— Просто потрясающе, — произнес Кассиан. — Я не верю в милости святых, но сейчас нам обоим повезло. Я зельевар в Королевской академии магии и…

По улице разлилась трель полицейского свистка, и я услышала топот множества ног. Теперь это точно было за мной — я схватила Кассиана за руку так, словно он был моим якорем в бурном море.

И он прикоснулся губами к моим губам.

* * *

Я застыла, словно какое-то жуткое заклинание заставило меня окаменеть. От Кассиана пахло дождем, совсем немного табаком и чем-то прохладным — может быть, ветром далеких стран. Весь мир собрался в точку, в которой были только мы вдвоем.

Сердце грохотало так, что заглушило и шум экипажей, и полицейский свисток. Свободной рукой Кассиан прижал меня к себе так, что косточки корсета безжалостно впились в ребра — я неловко, но очень искренне откликнулась на его поцелуй и вдруг подумала: если первый встречный целует так, что земля уходит из-под ног, то как же тогда целует любимый?

— Вот она! — услышала я крик отца, и Элдридж Уинтермун возмущенно воскликнул:

— Какого дьявола?

Кассиан целовал меня еще несколько мучительно сладких секунд, потом отстранился и спросил самым невинным тоном:

— Что случилось, господа?

Я обернулась, увидела отца, своего несостоявшегося жениха и пару патрульных полицейских. Один из них даже шлем снял, озадаченно почесывая затылок.

— Какого дьявола ты целуешь мою дочь? — проревел отец так, что