Сердце ледяного феникса - Алёна Орион

Алёна Орион

Сердце ледяного феникса

Глава 1. Нежданный визит

В жизни Элиры Торн, владелицы скромной, но чрезвычайно полезной аптеки «Сонная ива», существовали три непреложные истины, проверенные временем так же надёжно, как рецепт противоядия от укуса болотной змейки.

Истина первая: клиенты всегда врут насчёт того, зачем им нужен порошок сонной ивы. «Для тётушки, которая плохо спит» обычно означало «для мужа, который храпит, как лесной тролль».

Истина вторая: если кто-то спрашивает про яд «для крыс», дело, скорее всего, не в крысах, а в надоевшем соседе, начальнике или неверном супруге.

Истина третья, самая важная: когда в дверь стучат кулаком, а не вежливыми костяшками пальцев, это сулит одни из двух зол — либо это пьяный муж соседки миссис Громбель, потерявший ключи, либо стража. И то, и другое грозило испорченным вечером.

Именно такой стук — тяжёлый, методичный и не терпящий возражений — раздался у двери, когда Элира растирала в ступке сушёный корень мандрагоры, ворча про себя на его упрямую волокнистость.

Бум. Бум. Бум.

Стража. Определённо стража. У миссис Громбель супруг стучал хаотично и сопровождал это пением.

Элира сдержала вздох, вытерла руки о фартук, на котором красовалось загадочное лиловое пятно (последствия неудачного эксперимента с цветами плюща), и быстрым взглядом проверила, все ли склянки с сомнительным содержимым надежно упрятаны за невинными рядами банок с ромашкой и мятой. Затем она направилась к двере, чувствуя, как знакомое раздражение начинает подниматься со дна души, как пузыри в забродившем зелье.

На пороге, освещённый тусклым светом уличного фонаря, который всегда мигал с подозрительным ритмом, стоял капитан Ласло Дарн. Он был воплощением аккуратности: его синий мундир сидел безупречно, сапоги блестели так, что в них, вероятно, можно было разглядываться, а выражение лица напоминало человека, только что обнаружившего, что его любимый учебник по правопорядку использовали как подставку под кружку.

— Мисс Торн, — произнёс он. Голос у капитана Дарна был ровным и глухим, как звук падающей в подвал запечатанной ампулы.

— Капитан Дарн, — ответила Элира с такой же показной формальностью. — Какой сюрприз. Вы снова заглянули полюбоваться на мою скромную коллекцию целебных трав? Или, может, потеряли ордер на обыск? У меня, кажется, завалялся прошлогодний — могу дать переписать.

Уголок его рта дёрнулся, будто туда попала невидимая мошка. Элира внутренне улыбнулась. Счёт был 1:0 в её пользу.

— Я здесь не для обыска.

— Тогда для чего? Для ареста? — Элира притворно задумалась, поднеся палец к подбородку. — Дайте угадаю… на этот раз я тайно подменяю лаванду дешёвой полынью, чтобы подорвать психическое здоровье города? Или, о ужас, продаю укрепляющий эликсир без печати Гильдии?

Капитан Дарн сделал небольшую паузу, словно проглатывая что-то очень горькое и совершенно несъедобное.

— Я здесь за вашей помощью.

В аптеке воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим бульканьем чего-то фиолетового в котле на заднем плане. Элира медленно наклонила голову, будто не расслышала.

— Простите, что?

Выглядело это так, будто каждое слово причиняло капитану физическую боль, сравнимую с контактом голой кожи с крапивным настоем. Его скулы напряглись, а взгляд стал настолько холодным, что Элира невольно подумала, не использует ли он секретное заклинание для создания местных мини-айсбергов.

— Могу я войти? — спросил он, и в его тоне прозвучало нечто среднее между просьбой и приказом.

— А если нет? — Элира игриво приподняла бровь.

— Тогда мне придётся обсуждать дело чрезвычайной важности здесь, на пороге. Думаю, миссис Громбель из дома напротив уже достала своё слуховое корневище.

Мысль о том, что главная сплетница района узнает все детали раньше неё, показалась Элире отвратительной. Она с преувеличенным гостеприимством отступила, пропуская капитана внутрь.

Он переступил порог и окинул взглядом помещение. Его глаза, серые и беспристрастные, скользнули по полкам, заставленными причудливыми склянками, по связкам сушёных трав, свисавших с балок подобно магическим ловушкам для снов, по пыльным фолиантам в углу. Казалось, он мысленно составлял опись всего, что видел, с указанием возможных нарушений.



— У вас пахнет серой, — констатировал он.

— У меня всегда пахнет серой, капитан. Это аптека, а не бутик духов. Здесь пахнет знанием, болью и иногда — пригоревшим зельем удачи, — ответила Элира, следя, как его взгляд задерживается на котле. — Кстати, если вы ищете белладонну, то она на верхней полке. Легальная, с лицензией. Хотите проверить? Папка с документами там же, где и была в прошлый раз. Я даже не переставляла.

Он проигнорировал её колкость. Вместо этого капитан Дарн достал из внутреннего кармана мундира сложенный вчетверо лист плотной бумаги и протянул ей, словно это была не записка, а нечто очень хрупкое и опасное.

Элира развернула лист. И прочла. И ещё раз прочла. Потом подняла глаза на капитана, и в них читалось чистейшее изумление.

— Это… это шутка? Неудачная, надо сказать.

— Боюсь, нет, — ответил он, и его голос звучал устало.

— «Сердце Ледяного Феникса»? — Элира прочла название вслух, и слова повисли в воздухе, холодные и нереальные. — Его украли из храма Потерянных Богов? Когда?

— Три ночи назад. Между вторым и третьим ударом полночного колокола.

Элира присвистнула. Это был долгий, выразительный звук, который она обычно издавала, когда клиент рассказывал ей особенно невероятную историю о том, как его дракончик случайно съел семейную реликвию.

— Дела… А храмовая стража в это время где была? На чаепитии с призраками?

— Они не спали, — сухо ответил капитан. — Они просто… ничего не заметили.

— Магия, — заключила Элира не как вопрос, а как приговор.

— Разумеется. Дверной замок не взломали. Его растворили. Буквально стёрли с лица камня. Остались лишь серебристые потёки, как от растаявшего инея. Наши эксперты говорят — алхимия высочайшего уровня. Нечто вроде королевской водки, но усиленное заклятьем тихого распада.

Элира медленно подняла глаза. Теперь она понимала, к чему идёт разговор, и ей это категорически не нравилось.

— И вы пришли ко мне, потому что…

— Потому что вы лучший алхимик в городе, — выдавил он, и эти слова, похоже, стоили ему невероятных усилий.

На лице Элиры расцвела язвительная улыбка.

— О, капитан! Прямо похвала? Я записываю. Это войдёт в историю.

— Это констатация факта, — отрезал он. — К несчастью для нас обоих.

Элира швырнула бумагу ему обратно. Он поймал её, даже не моргнув.

— Мой ответ — нет. Твёрдое, кристаллическое, бесповоротное «нет».

— Вы даже не выслушали предложение, — заметил он, и в его голосе впервые прозвучало что-то кроме льда — что-то вроде искреннего недоумения.

— Мне не