Измена. Муж моей подруги - Мэри Ройс Страница 3

Я чувствую себя настолько некомфортно, что мне хочется схватить чемодан и убраться отсюда пешком.

— Может, я потру тебе спинку в душе? — не унимается подруга и все больше ставит меня в неловкие положение.

Мои щеки нагреваются и я опускаю взгляд в пол, когда замечаю, как Исаев сжимает задницу своей жены. И самое нелепое во всей этой ситуации, он делает это не для Марины, а для меня.

Я слышу ее стон и это становятся последней каплей.

— Марин! — выпаливаю я, чем вынуждаю подругу остановиться и посмотреть на меня. — Одолжи, пожалуйста, телефон. А то мой не ловит, — тараторю я, мечтая сейчас забраться в ванну со льдом, чтобы хоть немного унять жар под кожей.

— Влад, эта ненормальная хочет вызвать такси, — хихикает Марина и отлипает от мужа, после чего цепляет мой чемодан и вручает ему. — Загрузи уже его в багажник, чтобы она успокоилась.

Взгляд Влада медленно скользит по мне с головы до ног, прежде чем снова возвращается к моему лицу.

— Пей кофе, Лилия. Я приму душ и отвезу тебя в город, — произносит он низким голосом, от которого мое тело пробирает озноб или это все от сказанных его слов, которые лишают меня возможности отступить. Не знаю. В моей голове сейчас такой бардак, что я ничего не понимаю.

Я даже не успеваю обдумать ответ, в ошеломляющем оцепенении от всей абсурдности своего положения, как Исаев берет мой чемодан за ручку и выносит его вместе со своим удушающим присутствием.

Марина опять смотрит на меня каким-то скептическим взглядом, а я не знаю, как подобрать слова, чтобы не допустить этого безумия.

Я не могу оставаться с ее мужем наедине. Тем более, если эта поездка означает то, что он узнает адрес моей квартиры. И что-то мне подсказывает, что этот чемодан Исаев донесет прямо до моей двери.

4

Я пытаюсь сохранять невозмутимый вид, но сидя в замкнутом пространстве с Исаевым… это практически невозможно.

В салоне витает тяжелый аромат парфюма Влада и дорогой кожи. Его загорелые руки на руле — сильные, с выпирающими венами при малейшем движении.

Я ерзаю на месте. Кусаю изнутри губы и выкручиваю пальцы, чувствуя себя максимально не комфортно, в отличии от мужчины рядом, который как ни в чем не бывало управляет машиной.

Будто и не было ничего вчера в сауне.

Втянув носом воздух, отворачиваюсь к окну. Тот факт, что мы едем в тишине все усложняет. А Исаев даже не пытается сгладить неловкость между нами хотя бы включив музыку.

А еще он будто нарочно игнорирует мое присутствие и едет на медленной скорости, в ленивой манере вращая рулем.

В конце концов я не выдерживаю гнетущего молчания и выпаливаю:

— Для чего ты это делаешь?

Исаев поворачивает голову, бросает на меня мимолетный взгляд и снова возвращает внимание на дорогу.

— Не понимаю о чем ты, — он небрежно пожимает плечом. — Я ничего не делаю.

Ох, ну конечно!

— Не нужно играть со мной, Влад. И тем более с Мариной. Если ты вчера говорил правду, — я запинаюсь, опуская взгляд на сцепленные пальцы на коленях, а потом вновь смотрю на него. — Разведись с ней. Это ведь ужасно жить с нелюбимым человеком.

— С чего ты решила, что я буду разговаривать с тобой на тему моей жены?

Эти слова прилетает мне, точно пощечина. Я моргаю, несколько ошарашенная его грубостью.

Прочистив горло, перехожу на раздраженной тон:

— С того, что ты пытаешься и рыбку съесть и косточкой не подавиться. Хотя я скорее понимаю, почему с Мариной ты не разводишься, ведь тогда ты потеряешь часть акций, которые принадлежат ей. Но вот чего я не понимаю, так это того, — я поворачиваюсь всем корпусом к нему и шиплю сквозь зубы: — какого черта ты зажимал вчера меня в сауне и говорил всю ту чушь! Для чего тебе это?! А? Не боишься, что Марина все узнает и сама подаст на развод?!

— Тон сбавь, — требует он, не глядя на меня. — Я не считаю нужным перед тобой оправдываться. Возможно, если бы ты хоть немного была честна, я бы мог. Но раз предпочитаешь и дальше строить из себя невинную лань, не жди и от меня каких-то объяснений. Вчера я был предельно откровенен, но, судя по всему, ты не собираешься следовать моему примеру.

Я морщусь, сжимая руки в кулаки.

— Ты ведешь себя отвратительно…

— А ты? — Влад перебивает меня, бросая на меня циничный взгляд. — Как ведешь себя ты, Лиля? Ты говоришь, какой я ужасный, а сама боишься себе признаться, что из всех мужчин хочешь ты меня. По-моему, обманывать самого себя в разы хуже. К слову, — он жестикулирует рукой. — Я не тащил тебя за волосы в машину. Ты села сама. В чем твоя проблема? Почему не настояла на своем? Тебя смутила Марина?

— Прекрати, Влад, — выдыхаю сдавленно.

Но он продолжает выводить меня из себя.

— Нет, я понимаю, ты не смогла отказаться, чтобы избежать лишних вопросов от моей жены или не хотела показаться перед ней подозрительной? Но опять же, ты думаешь о ком-то, но не о себе.

— Замолчи…

— Если бы я был так неприятен тебе и ты действительно не хотела ехать со мной, ты бы не села в машину. Все предельно просто, Лиля.

Раздражение остро вспыхивает под кожей.

— Не нужно делать меня виноватой! — кричу я, ударяя кулаком по своему бедру. — Что… что ты предлагаешь мне нужно было сказать твоей жене? Что я не хотела ехать с ее мужем потому что этой ночью он был готов трахнуть меня?!

Исаев усмехается.

— Не нужно строить из себя святую. Ты не такая. — Он пробегается взглядом по моему телу и возвращается к моему лицу, добавляя низким тоном: — И мы оба это знаем.

Я отворачиваюсь и закусываю нижнюю губу. Моя грудь вздымается и внутри все горит от целого калейдоскопа эмоций. Сейчас мои чувства грубые и неуместные. Но продолжать диалог с ним означает и дальше закапывать саму себя.

Тяжело вздыхаю и, прикрыв глаза, ударяюсь затылком о подголовник, и до конца поездки ни один из нас больше не говорит ни слова. Но меня это в корне устраивает.

Исаев паркуется возле моего дома, пренебрежительно заезжая колесами на бордюр. Он глушит машину, а я, не дожидаясь очередей нелепой ситуации, нащупываю ручку и поворачиваюсь только, чтобы бросить:

— Не нужно. Я сама справлюсь, — буквально вываливаюсь из машины. Волнение снова начинает пульсировать под кожей. Небрежно поправляю волосы, заставляю себя посмотреть на