Смерть тебя помнит - Юлия Макс Страница 14

Между тем в городе распространяются слухи, что поломка – вовсе не поломка, а акт умышленной порчи. Центральный часовой механизм полностью расплавился, что кажется невероятным. Еще более фантастическим выглядит то, что был нагрет металлический элемент внутри сложной конструкции, но при этом не повреждены остальные шестеренки. В Староместской башне сейчас работают не только мастера-реставраторы, но и криминальная полиция.

Любопытно, что часы остановились в ту же ночь, когда произошло землетрясение на Градчанской площади, эпицентром которого стал костел Святого Бенедикта.

Еще одной новостью стало сообщение о том, что епископ собора Святого Вита впервые в истории Чехии дал разрешение на проведение обряда экзорцизма. Обратившаяся с просьбой семья пожелала остаться анонимной. Известно лишь, что одержимый – ребенок.

Ваш покорный слуга следит за развитием событий и, как всегда, пишет о них для вас.

Ваш Эл Вода».

Софи

– Это… это… – Софи почудилось, что она задыхается, не в силах закончить предложение. Она смотрела на знакомые ей с детства фигуры, за исключением того, что теперь они были из плоти, а не из бронзы. Софи пошатнулась, оглушенная и растерянная, не понимая, как такое возможно.

Мортем часто играла в зале Хофкирхе, церкви в Инсбруке, где все годы служил Богу отец. Софи знала каждую из двадцати восьми статуй, охраняющих саркофаг императора Максимилиана, но были три любимых, выбранные маленькой Софи в воображаемые друзья. Елизавета, Альбрехт и Карл, которые сейчас стояли в зале Абсентерии.

На Елизавете Люксембургской было длинное платье, расшитое изображениями имперской орлицы по всей юбке и лифу с квадратным вырезом. Длинные свободные рукава скрывали кисти, оставляя видимыми лишь кончики пальцев. Продолговатое строгое лицо обрамляли светлые волосы до плеч, укрытые криспинеткой и увенчанные короной.

Альбрехт, стоявший рядом, имел очень худое телосложение и манерный вид. Его одеждой были латы, похожие на короткое платье до колен, из-под которого выглядывала тонкая кольчуга. Бедра поверх лат украшала перевязь для меча с изображением львиных морд, держащих в пастях кольца. Из расклешенных рукавов виднелись металлические перчатки с ажурной ковкой. На рыцарском шлеме с поднятым забралом покоилась корона. Софи помнила его лицо: с тонкими чертами, залихватски закрученными усами и плутовской улыбкой.

Карл Смелый имел атлетическое сложение. Лицо полностью скрывал шлем с отверстиями для глаз, и ребенком Софи поначалу боялась подходить к нему, но потом ей стало жаль, что он вынужден стоять и почти ничего не видеть. Массивные латы Карла украшали цепи. А на плечах поверх лат лежала нагрудная решетка: на верхней ее части искусно выкованные мужчины восседали на львах и драконах, а на нижней эти мужчины были обнажены и заняты тем, что демонстрировали движение по ней в разные стороны.

– Софи, детка, – по-немецки произнесла женщина, ее лицевые мышцы дрогнули, имитируя подобие улыбки, а глаза окрасились в черный. – Знаешь, сколько лет я мечтала вырвать тебе язык и отомстить твоему папаше, завладев тобой?

Она кинулась на Софи, вытянув руки, чтобы схватить. Мортем отпрянула и зажмурилась, понимая, что сейчас умрет. Но вместо чужих рук на горле, она почувствовала прикосновение легкого ветерка с ароматом сандала, цитруса и жженого дерева. Софи распахнула глаза. Она все так же была жива и невредима, а перед ней маячила спина Роули. Софи вытянула шею и увидела то, что впоследствии хотела бы забыть: Аластер одной рукой крепко держал женщину за кисть, а вторая его рука пронзила грудь в области сердца, погрузившись внутрь. Женщина побледнела и застыла, зло сузив глаза.

– Флага? – удивленно спросил Роули. – Я думал, ты сгинула в небытие.

– Была заточена в статую ее папашей-экзорцистом, – прохрипела она. На этих словах фигура неожиданно резко ударила Аластера в челюсть, и он отпустил ее.

Софи любила статую Елизаветы. Как любят нечто дорогое с детства, как любят неотъемлемую часть хороших воспоминаний из прошлого.

Две мужские фигуры, которые пришли с Флагой, стояли у входа и мерились взглядами с Дагмар. Последняя же подкрадывалась к ним, удерживая зрительный контакт, словно стараясь загипнотизировать. По позам мужчин Софи поняла, что те не собирались нападать первыми, хоть выглядели напряженными, чего не скажешь о женской фигуре в платье.

Флага в обличье Елизаветы напала: подпрыгнула, целясь ногами в грудь Аластера, но он увернулся. Тогда она взмахнула рукой, и голова Роули дернулась, как от пощечины. Второй раз ее маневр уже не сработал, потому что демон в противовес силе Флаги тоже взмахнул рукой, очевидно, отбивая атаки. Флага закричала от ярости, неспособная достать Софи из-за того, что Роули каждый раз откидывал ее прочь.

– Дай мне убить девчонку! – просительно прохрипела она, обходя Аластера по кругу.

– Зачем тебе она? Ее отец давно мертв.

– Я должна. Тебе ли не знать, один из Первопадших демонов, что есть приказы и договоры, которыми мы не в силах пренебречь.

На лице Роули на мгновение отразился скепсис.

– Кто приказал?

– Разбежалась и рассказала. Думаешь, я не знаю, что ты якшаешься с Фаустом? Думаешь, не знаю, что вы сотворили?

Кадык у Аластера дернулся, и только это движение выдало его эмоции. Флага снова метнулась к нему, замахнулась для удара и, когда он среагировал, изменила тактику, ударив коленом в пах. Роули согнулся, а Флага выпустила когти, целясь в лицо, явно намереваясь выцарапать ему глаза.

– Хватит, – прозвучала тихая мольба.

Софи удивленно поняла, что это прошептали ее губы. Дагмар в этот момент напала на две мужские фигуры, но те замерли, повернув лица к Софи. Флага тоже остановилась и опустила занесенную руку с черными когтями.

Поза Роули снова стала расслабленной. Он перевел задумчивый взгляд с Флаги на Софи, и впервые в выражении кошачьих глаз проскользнуло что-то, похожее на одобрение.

– Прикажи им что-нибудь! – потребовал он.

– Я… – Мортем растерялась, не понимая, какой ей смысл делать это.

– Скажи «на колени», только с тем же чувством, с каким сказала «хватит».

Непослушными губами она произнесла:

– На колени!

Скрипнув зубами, на пол опустилась Флага, а позади нее это движение повторили фигуры Карла и Альбрехта. Дагмар ошеломленно посмотрела на Софи.

– Я тебя ненавижу! – прошипела Флага.

– Кто приказал убить меня? Отвечай! – потребовала Софи дрожащим голосом.

– Они! – Фигура подняла палец и указала на потолок. – Они!

По лицу Роули прошлась гримаса отвращения. Ничего не поняв, Мортем с опаской взглянула на мужские фигуры, но те