Изгой Проклятого Клана. Том 4 - Владимир Пламенев Страница 65

Но вот в конце коридора показался знакомец — маг-воздушник.

Он стоял в тупике. Исподлобья смотрел, как я приближаюсь.

— Я сдаюсь, — сказал он. Бросил себе под ноги пистолет из своей кобуры и встал на колени, заведя руки за голову. Он затараторил: — Я — Юрий Падерин, третий сын барона Александра Падерина. Даю слово, что не буду оказывать в дальнейшем никакого сопротивления. В случае передаче меня роду Падериных, мой отец — глава рода Падериных — заплатит за меня достойное вознаграждение. Надеюсь на Ваше милосердие.

Но мне было плевать.

Я подошёл к нему вплотную. Схватил за горло и поднял, прижимая к стене.

Он побледнел. Но хранил видимость спокойствия.

Прямо в лицо я задал ему вопрос:

— Здесь должна быть целительница. Со стихией жизни. Вы ставили над ней опыты. Поместили аномалию. Но отправили в комнату. Где она⁈

— Господин, я отвечаю только за охран…

Я ударил его в живот. Несильно. Но дыхание у него вышибло.

Падерин согнулся. Его глаза чуть не выскочили из орбит.

— Думай лучше, — стальным голосом заявил я. — Потому что времени у меня нет. У тебя тоже.

Он с трудом выдавил:

— Здесь нет таких… кто в коме… может быть… в зоне содержания… образцов…

— Вяжите его, — бросил я агатовцам и отпустил Падерина. Он рухнул на пол с болезненной гримасой.

А я сам, вместе с Ардамуном, поспешил в «зону содержания образцов».

«Образцов», да? Сволочи.

Я терпеть не мог таких «великих учёных», которые использовали людей как подопытных. Порой это было эффективно. Но, чтоб их Пустота засосала, никогда не было гуманно.

Великие открытия.

Через ужасную боль тех, кто служит «материалом» для их совершения.

Если кого и отправлять на такую участь, то исключительных мерзавцев. Вот только зачастую брали тех, кто просто под рукой.

Точно как Людмилу Покровскую.

«Зона содержания образцов» была недалеко. Буквально соседний корпус.

И там мои люди преуспели.

Мы с Ардамуном вошли в просторный круглый зал, из которого во все стороны вело несколько ходов.

Там стояли двое моих агатовцев, охранявших троицу уваровских гвардейцев. Связанных. Обезоруженных.

— Голова, — отсалютовал мне один из агатовцев. — Зона занята! Мы по пути арсенал взяли. Там первоклассная снаряга. Принарядились! — он хмыкнул и показал автомат в своих руках. В магазине я ощущал ману. Магические пули. Он пнул одного из гвардейцев Уваровых. — Эти даже не брыкались. Сразу в штаны нало…

— Где командир группы? — перебил я. — Нашли ту, кого я ищу?

Боец посерьезнел.

— Командир слёг пока. Поймал пулю при взятии арсенала. За него Семнадцатый, — Семнадцатый — это номер Кая. — Он вон в том проходе, — он указал на дверь с двумя красными полосками.

Я немедленно прошёл туда.

В конце коридора распахнутые механические двери. Ни одной камеры.

Оттуда послышался яростный голос Кая:

— Что, сучий сын, тебе жаль, говоришь⁈ ЖАЛЬ⁈

Я перешёл на бег и ворвался в комнату.

Кай, с окровавленным дробовиком в руках. Напротив него, в углу, сидел пожилой мужчина. В некогда белом халате, ныне забрызганном кровью из его разбитого носа.

— Послушай, — этот мужчина, несмотря на то, что был избит, говорил ровно и спокойно. — Мне жаль. Но…

— НО⁈ С-СУКА! — Кай замахнулся прикладом дробовика, но я перехватил его руку.

— Достаточно, — твёрдо велел я. — Вяжи его. Потом поговорите.

Кай тут же обернулся.

— Это сучара, которая превратила мою жизнь в ад! И эта же сучара пытается укокошить твою бабу!

— Нет, нет, нет, — мужчина закачал головой. — Не убить, а лишь изменить! В лучшую сторону! Господа, — он попытался улыбнуться. — Вы даже не представляете, какой ИСТОРИЧЕСКИЙ шанс нам выпал. Она — ИДЕАЛЬНЫЙ ОБРАЗЕЦ!

— Что ты задумал, отбитый? — прорычал я, делая шаг к нему. — Где Людмила Покровская⁈

Но он не менялся в лице. Будто не слышал. Кроме улыбки, в его глазах появился безумный блеск.

— Господин! Я МОГУ сделать из неё инкубатор для БОЖЕСТВА!

Глава 25

— Инкубатор⁈ Ты — сволочь! — я рывком поднял его на ноги и придавил к стене, едва сдерживая свою ярость. Иначе, видят все боги и силы, я переломаю ему рёбра. — ГДЕ⁈

В ответ он расхохотался как умалишённый. Прямо мне в лицо.

— Голова, — мрачно процедил Кай за моей спиной. — Дайте мне пять минут. И он расскажёт всё. Ещё и сверху придумает, скотина, — он сжал челюсти, смотря на учёного с лютой ненавистью.

— Нет, — сказал я, будто отсёк.

У меня был один вариант.

Но он мне не нравился.

Поглощение маны учёного, через способность солума. Вместе с поглощением его памяти.

Если даже всё пройдёт гладко, то безумие этого кретина может перекинуться на меня. Всё же, поглощение воспоминаний через способность солума — это риск. Я никогда ею не пользовался. Поэтому не знал, чем она может закончиться.

Воспоминания, эмоции, мана…

Тем более, что маны в этом психе было чуть больше, чем нисколько. Как у обычного, неодарённого человека. Такой минимум, с которым он никогда даже искру не создаст. Отчего поглощение его энергии и воспоминаний будет похоже на поедание опилок, которое запиваю маслом.

Тошнотворно.

Так я себе это представлял.

Поэтому сначала…

— Семнадцатый! — тут же из коридора раздался крик. А из-за дверей выбежал один из агатовцев. Завидев меня, он тут же отсалютовал. — Голова, Вы здесь! — он выпрямился по струнке смирно. — Мы нашли какую-то капсулу. Эти умники в халатах, которых мы взяли, — он с презрением посмотрел на психа-учёного, — сказали, что там кто-то в коме. Кто-то очень опасный. Вы же искали?

— Да, — сказал я и рванул на выход, бросив Каю приказ: — Тащи этого психа к остальным пленным.

— НЕЛЬЗЯ ТРОГАТЬ ОБРАЗЕЦ! ГОСПОДИН! — псих учёный попытался побежать за мной следом. — ВО ИМЯ НАУКИ! МЫ ДОЛЖ… — но жёсткий удар Кая заставил его рухнуть на пол.

Даже я замедлился и сказал:

— Не убей его. Он нужен живым.

— Не убью, — прохрипел Кай, не отводя от психа взгляда. — Мне он тоже… живым нужен.

И я быстрым шагом пошёл за агатовцем, нашедшим капсулу.

Буквально в соседнем коридоре от этого. Там и был один из «блоков содержания образцов».

«Образцы категории К». Так было написано над входом.

Ниже