Князь Андер Арес 7 - Тимофей Грехов Страница 3

— Почему ты не предупредила меня? — процедил я сквозь зубы.

И тут же осекся.

Во мне боролись две мысли. Первая: я хотел возмутиться самой сутью этой сделки. Вторая, была более прагматичной. Для зелья Разума мне нужно было добывать ингредиенты ЛИЧНО. Энергия убитого существа должна была срезонировать с моей, чтобы зелье сработало так, как нужно. Я не мог купить ингредиент у гильдий, потому что из него не получилось бы сварить нужное мне зелье.

Милена, однако, истолковала мою паузу иначе. Она решила, что я собираюсь встать в позу и отказаться от участия в этом фарсе.

— Андер, таков этап обучения, — жестко сказала она. — И я тоже проходила его. Когда-нибудь тебе придет сообщение от Вестников или эволюционировавшей твари. И по неписаным правилам Договора Сильнейших ты можешь отказать в приеме не больше одного раза.

Она подошла ко мне почти вплотную, заглядывая в глаза.

— А в случае второго отказа, тебе будет закрыт доступ в Пустошь на десять лет, а то и больше. Ты готов на такое ограничение? — она сделала паузу. — Если тебя терзает моральная сторона вопроса, то скажи: какая разница как умрёт преступник? На площади перед народом или в Пустоши под ножом Вестников?

Я молчал, осмысливая услышанное.

— А если тварь вышла из Пустоши, я могу на неё напасть?

Лицо Милены на мгновение расслабилось. Кажется, она была рада, что я перешел к конструктивному диалогу.

— Да, — кивнула она. — Если любая тварь Пустоши покинула свою территорию… К слову, если это сделал Вестник или существо, эволюционировавшее в человекоподобную форму, при этом не заключив договор об охоте, ты можешь убить его абсолютно законно. Но помни! Телепортировать тварь из Пустоши, а потом её убивать нельзя! За это нарушение только одно наказание — смерть. — Она выразительно посмотрела на Валэку, которая стояла неподвижно, словно статуя. — К слову, то же самое касается и нас, Андер. Если эти же правила нарушают Вестники, их ждёт смерть.

— Вот оно как… — протянул я.

Картина мира, которую я строил в своей голове, стала проясняться. Договор Сильнейших оказался не просто пактом о ненападении, а сложной системой сдержек, противовесов и… циничной торговли жизнями.

— Вы на-го-вооо-риии-лиссь? — произнесла Вестница. — Мы мо-жее-еем начии-инаать? — проскрипела она, нетерпеливо дёрнув головой.

Я посмотрел на Милену. Баронесса, казалось, вообще не замечала уродства нашей сопровождающей.

— Да, — коротко ответила наставница.

Мне оставалось только кивнуть.

Вчера, сидя в уютной гостиной родового поместья Сиреневых, я продиктовал Милене список необходимых ингредиентов. Она не вдавалась в подробности, зачем мне нужны железы пустынных гадюк или сердце мандрагоры. И, судя по всему, Валэка уже была в курсе моего списка. Вот только вряд ли они знали зачем мне нужны были эти ингредиенты.

Вестница подняла костлявую руку и пространство перед ней исказилось, открывая овальный, светящийся светло-синим, портал.

Милена, уверенно шагнула вперёд и скрылась в голубом мареве. Её спокойствие впечатляло. Это явно говорило о том, что баронесса не раз прибегала к услугам хозяев Пустоши.

Мне же ничего не оставалось, как пойти следом. Мгновение и мир вокруг изменился. Вместо сухой, пыльной равнины Пустоши, нас встретила стена влажного жара.

— Где мы? — вырвалось у меня, когда я огляделся.

Перед нами, словно зелёная стена, вздымался густой, непроходимый тропический лес. Гигантские папоротники, переплетённые лианы толщиной с человеческую ногу, деревья, уходящие кронами в самое небо. Воздух был тяжёлым, насыщенным влагой. Такая картинка казалась совершенно чужеродной для Пустоши, которую я знал.

Милена указала рукой на зелёную стену.

— Судя по всему, рядом с эльфийскими землями.

Я прищурился, вглядываясь в чащу.

— Эти леса, — продолжила она, обводя рукой панораму джунглей, — смертельно опасная ловушка. Естественный барьер от тварей Пустоши. Конечно, они не остановят высокоранговых монстров или тех же Вестников, но… — она сделала паузу, многозначительно посмотрев на меня. — Учитывая, что мы говорим об эльфах, то за этим лесом наверняка находится защитный артефакт архил и целая армия его охраняющая. Ушастые не оставили бы границы без присмотра.

— Ясно, — кивнул я.

Это имело смысл. Эльфы славились умением использовать природу, как оружие. Если эти джунгли кишат ядовитыми тварями и хищными растениями, то это лучшая первая линия обороны из возможных.

— Где нам искать гадюк? — спросила Милена, поворачиваясь к Вестнице, которая вышла из портала следом за нами.

Валэка медленно повернула голову и подняла длинный палец, указывая на небольшой каменистый холм, возвышающийся над кромкой леса.

— Заааа нииим… — прошипела она.

Но её подсказка мне была уже не нужна. Ведь дар крови работал безотказно. Я чувствовал их. Десятки огоньков жизни, пульсирующих за холмом.

— Я знаю, — коротко бросил я и первым направился к возвышенности.Милена двинулась следом, держась чуть поодаль, но готовая в любой момент прикрыть спину.

Стоило нам подняться на вершину холма и спуститься в небольшую ложбину, как пространство вокруг взорвалось движением. Камни, казавшиеся неподвижными, вдруг ожили.

Десять гадюк Пустоши, покрытых чешуёй цвета ржавчины и песка, одновременно бросились в атаку. Они были быстры, и их тела пружинами распрямлялись в прыжке, целясь в незащищённые участки тела.

Однако, мы были гораздо быстрее.

— Кровавый барьер, — произнёс я слова-активаторы. Милена тоже укрылась щитом, только её защита отливала голубым цвето — водный щитом.

Змеи же с глухим стуком врезались в преграды и, шипя от ярости, попадали на землю.

— Запомни, Андер! — раздался голос Милены. — Только двух змей! Если убьёшь больше, чем было оговорено, Вестница потребует пересмотра договора. — Я скосил глаза на Валэку. Та стояла на вершине холма, наблюдая за схваткой с бесстрастным интересом. Тем временем Милена продолжила. — А пересмотр договора означает больше людских жизней.

— Я понял, — произнёс я.

Я открыл галоизображение и быстро понял, что самая сильная гадюка здесь имела девятнадцатый уровень. Рядом с ней вилась ещё одна, чуть поменьше, семнадцатого.

И именно их я решил сделать своими мишенями.

— Кровавые иглы! — произнёс я, подловив момент, чтобы поразить только их.

Остальные гадюки, почувствовав смерть сородичей и, вероятнее всего, силу, исходящую от нас, предпочли отступить. Они зашипели и спешно начали расползаться обратно в щели между камнями.

Тогда я опустил щит и подошёл к поверженным тварям.

— Отличная работа, точно и без лишней грязи,