Друид Нижнего мира. Том 2 - Егор Золотарев Страница 25

Желтое пятно на юге — скорее всего, пустыня или степи. Синие всполохи по краям — вода. А темные вкрапления на воде — острова. Жаль, что здесь изображена только часть Нижнего мира и дорога, ведущая от Высокого Перевала, внезапно обрывается.

Склонившись над куском картона, я старался изобразить точную копию, в надежде, что карта правдива и масштаб выверен точно. Судя по тому, что Волчий край изображен только как небольшая черная точка, Нижний мир довольно большой.

— Иди есть, — в дверях показалась голова Авдотьи. — А это что такое?

Она подошла поближе и внимательно осмотрела разноцветную карту.

— Нижний мир, — пояснил я. — Вернее, ее часть.

— Это столько всяких поселений в нашем мире? — удивилась она и принялась тыкать пальцем в названия. — Даже представить не могла.

— Ты где-нибудь была, кроме нашей общины?

— Только в Высоком Перевале и в общинах, что по пути до него. Но это было давно. Еще в моей юности. С тех пор не выбиралась ни разу. Да и куда нам идти? Никто нас не ждет.

— Тебе разве самой не интересно побывать в других местах? Увидеть, как люди живут?

— Раньше, когда была примерно твоего возраста, было интересно. А еще я мечтала попасть в Верхний мир. Тогда казалось, что там все сытые и довольные.

— А теперь так не кажется?

— Нет. Люди есть люди, где бы они ни жили… Пошли есть, стынет, — она легонько подтолкнула меня в плечо и вышла.

Я дорисовал очередную речушку, повторяя все изгибы и повороты, и последовал за ней. За ужином Иван снова вернулся к наместнику. Он строго предупредил держаться подальше от этого человека, но я с ним не согласен. Как можно держаться подальше от наместника, если все в общине зависит от него?

— Все называют его наместником, а кто-нибудь знает его имя? — поинтересовался у семьи.

— Все знают, только, как ты уже сам сказал, никто его по имени не называет, — ответил Иван, разламывая ложкой голубец.

Я продолжил вопросительно смотреть на него. Иван тяжело вздохнул и ответил:

— Тимофеев Виктор Игоревич — его полное имя. Первое время он всех заставлял его так называть, но общинники быстро поняли, что это за человек, и просто звали наместником. Так и закрепилось.

Все ясно. Жители таким образом отгораживаются от него. Наместник — власть, общинники — простые люди. Они не вместе. Каждый сам по себе.

После ужина я вышел прогуляться с Призраком. С неба разливался белый лунный свет, из Дебрей слышались крики какого-то существа.

— Мороз по коже. Правда? — послышался сзади голос.

Я от неожиданности даже подпрыгнул и, обернувшись, увидел, что ко мне, неспешно переставляя кривые ноги, приближается Ворон.

— Вы о чем? — Я выдохнул, пытаясь успокоить ускорившееся сердце.

— Вопль слышишь? Что там за крат так орет? И почему он орет? Скорее всего, его убивают… — Он задумчиво посмотрел вдаль, прислушиваясь к далеким душераздирающим крикам.

— Нет, не убивают, — тихо ответил я. — Он болен и умирает. Это предсмертные крики.

— С чего ты так решил? — нахмурил он седые брови.

— Знаю, — ответил и двинулся по дороге.

Призрак носился неподалеку, растрачивая накопившуюся энергию. Теперь я уже точно убедился, что проблем с лапами у него нет. Целительная сила энергии исправляла врожденную аномалию.

Хотел зайти к Глухарю, но в его сторожке уже не горел свет — значит, спит. Подозвав Призрака, который с тявканьем обнюхивал ворота, я уже собирался двинуться вверх по Четвертой улице и зайти к Женьке, но щенок не хотел уходить от ворот, царапая старое дерево и землю.

— Призрак, ко мне! — велел я.

В ответ он лишь сильнее затявкал и даже попробовал порычать, как взрослый пес. Что же такого он унюхал?

Я сошел с дороги и направился к нему, как вдруг ворота вздрогнули от сильного удара. Старое дерево затрещало, грозясь развалиться на куски. Щенок рванул ко мне и заскулил, прижавшись к ногам.

Бах! — снова удар.

Из сторожки выбежал встревоженный Глухарь с ярким фонарем и принялся махать световым лучом в сторону вышки с охотником. Это был условный сигнал, по которому охотники должны явиться сюда.

— Беги домой! — крикнул он мне. — Быстро!

Бах!

Теперь затрещали не только ворота, но и крепления, на которых они держались. А следом раздался глухой, утробный рык.

— Ох, страх-то какой, — испуганно пролепетал старик Глухарь и энергичнее замахал фонарем. — Егорка, вали домой! А если крат прорвется?

— Вы думаете, наши охотники смогут его убить? — сомнением спросил я, заметив вдали две темные фигуры, которые быстро к нам приближались.

— Не знаю, — покачал он головой. — Если не убьют, то хотя бы отпугнут… Ох и боязно мне. Вроде уже старый и не должен ничего бояться, но смерти боюсь. Особенно смерти в челюстях крата.

— Р-р-р, — снова послышался рык, а следом скрежет.

Я представил себе, как гигантское существо ухватилось зубами за железный шип на воротах и пытается вырвать.

— Эй, молодой, проваливай домой! — выкрикнул один из охотников и, пробегая мимо, грубо толкнул в плечо.

Отступив в сторону, пропуская второго, я взял на руки скулящего Призрака и не торопясь пошел домой. Охотники в знак устрашения включили яркие прожекторы и тот душераздирающий звук из динамиков.

Вся община поняла, что происходит, поэтому захлопали двери и начали гаснуть огни в окнах. Когда я добрался до дома, сложилось впечатление, что вся община вымерла — кругом тишина и темень.

— Опять где-то ходит, — ворчливо проговорила бабка, едва зашел домой. — Опять крат, что ли, перебрался?

— Нет, не перебрался. В ворота ломится, — пояснил я.

— Ворота давно нужно поменять, только наместнику не до этого, — сказал Иван, показавшись в дверях своей комнаты. — Не сегодня завтра их просто выбьют, и мы встанем лицом к лицу с Дебрями. Кто выживет — объяснять не надо. Мы против кратов мелкие букашки.

Я с ним согласен. Ворота сделаны из многовекового самшита, но даже он со временем становится хрупким.

Получается, что наместник вообще не выполняет свои обязанности, чем подвергает большому риску жизнь и здоровье всех общинников. Надо подумать, как бы его сместить. Единственный человек, который может подсказать, как это сделать, — Ворон. Он был наместником и знает всю эту «кухню» изнутри.

Перед тем как лечь в кровать, я вновь посмотрел на карту Нижнего мира при лунном свете. Казалось, я его изучил настолько, что смогу по памяти нарисовать, но внутреннее чутье подсказывало, что это еще не весь Нижний мир. Он гораздо больше и разнообразнее.

Когда приедет караван, попрошу торговцев привезти карту. Может, она будет более подробной или