Выйди за моего мужа замуж - Майарана Мистеру Страница 16

— Я приняла к сведению.

— Я лично побеседую с каждым.

— Я слышала это во время вашей речи.

— Тогда с нетерпением жду вас в моей конторе.

Он отступил и освободил путь. Я скользнула мимо с опущенными глазами, спиной чувствуя, как он едва заметно склонил голову и проводит меня тяжелым взглядом сверху вниз. Моя макушка горела от этого внимания.

Колокольчик звякнул. Я вылетела на улицу.

Пульс выровнялся только через десять быстрых шагов. Метка под глушилкой утихала медленно и тяжело. Я миновала лавки стеклодува и травницы за углом часовщика. Извозчик заметил меня в начале улицы и тут же спрыгнул с козел.

— Все в порядке, леди?

— В полном.

— Вы побледнели.

— Возможно, переутомилась.

Я забралась в карету и захлопнула дверцу. Колеса застучали по булыжнику, и только тогда я позволила себе прижаться лбом к холодной деревянной стенке.

Моя отговорка про Линсбрук звучала омерзительно жалко. Любой грамотный артефактор знал о способностях этого сонного городка. Там могли создать максимум самопомешивающуюся ложку. Сайс наверняка раскусил ложь моментально. Скорее всего, он начнет копать.

Я прикрыла веки.

Дома я первым делом поднялась к себе. По пути Варида получила указание подавать ужин через час. Я заперлась в смежной комнатке. Мое личное рабочее место представляло собой скромный закуток с верстаком, маленьким шкафчиком для реактивов и набором тонких инструментов. Отец считал полноценную лабораторию преждевременным шагом для меня.

Для починки глушилки этого хватало с избытком.

Я выложила пузырек со слезой на бархатную салфетку, затем расстегнула цепочку и сняла с шеи артефакт. Крошечная пластинка из посеребренной меди с золоченой кромкой легла рядом с пузырьком. В ее центре тускло поблескивал полупрозрачный камень-накопитель.

Кристалл заметно помутнел.

Я вооружилась лупой для детального осмотра. За сутки простоя внутри скопилась плотная магическая взвесь. Она напоминала мутный осадок на дне застоявшейся лужи. Если не починить артефакт сейчас, через неделю иллюзия просто спадет.

Я аккуратно подцепила крошечный винт на боку и приготовилась снять крышку.

Вдруг в окно ударило нечто тяжелое. Звук напоминал шлепок мокрой тряпки о стекло. Мои пальцы дрогнули от испуга.

Артефакт выскользнул из рук. Пластинка звякнула о столешницу. Камень-накопитель вылетел из гнезда, откатился в сторону и замер у чернильницы.

— Тьфу ты!

Я резко обернулась к окну.

На подоконнике сидел ворон. Крупная лохматая птица промокла в вечернем тумане. Черные бусины глаз уставились прямо на меня. Ворон потоптался, шумно встряхнул крыльями и снова стукнул клювом по раме.

Меня захлестнула злоба пополам с истеричным весельем.

— Уходи! — рявкнула я.

Ворон хрипло каркнул и сорвался с карниза, окатив стекло веером грязных капель.

Я вернулась к столу с шумным выдохом. Камень лежал целым. Но осмотр через лупу заставил сердце ухнуть в пятки.

По самому краешку кристалла змеилась микротрещина. Тонкая паутинка длиной с полногтя пролегла по декоративной кромке. Рабочие магические потоки остались целыми. Это был чистый физический дефект.

Я медленно перевела дух. Магическая структура не пострадала. Иллюзия продолжит работать.

Я вернула камень в гнездо и капнула туда же слезу василиска. Крышка плотно закрылась. Стабилизатор впитался мгновенно и отозвался коротким свечением по контуру. Я затянула винт и покачала пластинку на ладони. Муть исчезла. Плетение снова задышало ровно и чисто.

Я надела артефакт на шею. Металл лег точно поверх метки.

Пришло время спускаться к ужину.

Папа сидел во главе стола. Он отложил газету и кивнул на мою тарелку.

— Ну, как сегодняшний день?

— Полон событий.

— Это хорошо или плохо?

— Скорее любопытно.

Дирэл тихо подал горячее мясо с тушеными овощами. Я взялась за приборы.

— Папа, — начала я между делом, — сегодня в академию приезжал граф Сайс.

— Араэдан Сайс?

Отец удивленно поднял взгляд.

— Угу.

— Какова цель его визита?

— Он вешал объявление. Ищет талантливого подмастерья среди выпускников. Лично заходил на лекции и приглашал на собеседования в свою контору.

Папа покачал головой.

— Удивительно. Слухи о том, что он ищет людей, ходили давно. Но личный визит говорит о серьезности намерений. Сайс избегает лишних реверансов.

— Зачем ему так отчаянно искать помощников?

— Фабрика расширяется, — пояснил он, нарезая мясо. — За полтора года он сильно рванул вперед. Рабочих рук у него в достатке, люди держатся за свои места. А вот думающие головы всегда в дефиците.

Я отложила вилку.

— Папа. Я задам прямой вопрос. И жду такого же ответа.

— Спрашивай.

— Люди говорят о жестокости графа Сайса. Что мастера попадают в больницу от переработки. Адепты сидят запертыми в подвале за срыв нормы. Насколько правдивы эти слова?

Отец замер с вилкой в руке.

Тишина давила пару долгих секунд. Он аккуратно опустил прибор на тарелку и посмотрел на меня. Это выражение лица означало, что он обнаружил грязную ложь в голове дочери. И теперь предстояло вытащить этот сорняк с корнем.

— Дэйна, — произнес он медленно и тяжело, — кто рассказал тебе эти бредни?

— Слышала на курсе.

— На курсе. Назовешь имя этого паршивца?

Я повела плечами.

— Обычные студенческие разговоры.

Отец отодвинул салфетку.

— Слушай меня предельно внимательно, Дэйна. Араэдан Сайс принадлежит к числу самых достойных людей столицы. Я знаю его лично. Он заказывал у меня штучные артефакты. Оплата всегда превышала названную сумму в знак признательности за хорошую работу. В позапрошлом году он приметил нищего парнишку из переплетного цеха. Сайс устроил этого таланта к себе и оплатил вечернее обучение в академии. Сейчас этот мальчишка стал одним из ведущих мастеров. Разве злодей из подвалов способен на такие поступки?

Я хранила молчание.

— Светское общество уважает его за реальные дела, — продолжал отец. — Четыреста человек работают на его фабрике. Все держатся за свои места. Он предлагает лучшие условия в городе. Оплата больничных дней стала его личным нововведением! Работник сохраняет заработок во время хвори. Остальные фабриканты давятся за каждую монету. Очередь к Сайсу стоит на годы вперед. Его личный визит в академию дает блестящий шанс для такой умной девочки попробовать свои силы.

Я опустила глаза на скатерть.

— Я подумаю, папа.

— Подумай. И еще одно, — он потянулся через стол и накрыл мою руку своей. — Забудь эти помои навсегда. Тот, кто распускает эти слухи, либо абсолютно слеп, либо преследует крайне злой умысел.

Я выдержала его строгий взгляд, кивнула и мягко высвободила ладонь.

Дирэл подложил мне овощей. Я съела пару