Рунный маг империи. Том 1 - Георгий Сомхиев Страница 12

Надо будет захватить с собой всяких бутербродов. Чувствую, на ужин в столовой я сегодня не попаду. Да и чистые листы бумаги тоже лишними не будут.

К моменту своего прихода на тренировочную площадку я кое‑что успел разузнать о девушке, которую буду обучать.

Баронесса Виолетта Эгремонт родилась, говоря прямо, в далеко не богатом роде. Её отец владел небольшим клочком земли на окраине Амрателя и управлял несколькими маленькими предприятиями. Никакой серьёзной силой, с которой нужно считаться, род не представлял.

Поэтому Балтеры, будучи соседями, уже больше тридцати лет предлагают роду Эгремонтов принять вассалитет взамен на защиту и открытие новых связей в аристократическом обществе. Ну или заставляют — тут уж как посмотреть.

За последние тридцать лет у рода Эгремонтов постоянно случались неприятности. То неизвестные устраивают саботаж на предприятиях, полностью стопоря работу, то на членов рода устраивают покушения, то внезапно объявляются монстры из Подземелья, по каким‑то причинам не обнаруженного.

Это всё, конечно, можно списать на совпадения, но как показывает практика, за всеми этими действиями всегда кто‑то стоит. Ведь чем сильнее ослабнет род Эгремонтов, тем больше вероятность, что они примут вассалитет. А это минус конкурент и приобретение новых территорий. Даже если это небольшой клочок земли, стоить он будет очень и очень дорого. Рыночная цена земли, которая находилась в управлении рода, была весьма высока.

Так что послушной реакции Виолетты на Шеварда Балтера я не удивился. Наверняка девушка не хотела прогневать его, чтобы тот не пожаловался своему отцу.

Нынешняя ситуация для неё и вовсе патовая. На наше с Шевардом пари придёт поглазеть немало народу. Провал равнозначен тому, что она потеряет репутацию среди других учеников. Шансы с кем‑то подружиться и выбиться в высший свет резко упадут, если даже не опустятся до нуля.

Кому будет интересно общаться с аристократкой, которая мало того, что обделена сильным даром, так ещё и влиятельного рода за спиной не имеет?

Победа тоже ничем хорошим не светит. Да, о ней сразу могут поползти слухи как о скрытом алмазе, который не заметили учителя. Однако при этом сам Шевард Балтер будет унижен и очень недоволен сложившейся ситуацией. Отсюда простой вывод — парень захочет как минимум подгадить, а как максимум отомстить.

Мне он ничего не сможет сделать. Эйзенхорны сами кого хочешь на место поставят. А вот о роде Виолетты я такого не могу сказать.

Сложная, конечно, ситуация получается, однако есть из неё один выход. Впрочем, тут уже всё будет зависеть от самой девушки и ее стремлений.

— Извините, что заставила ждать, — услышав знакомый голос, я поднял голову и бросил взгляд в сторону говорившей.

— Ничего страшного. Я пришёл сюда пораньше, чтобы самому потренироваться, — подмигнул я девушке, после чего развернулся на сто восемьдесят градусов. — Лучше обращайтесь ко мне на «ты». Мы всё-таки не на светском мероприятии, чтобы общаться исключительно формальной речью. А теперь пойдём к чучелам.

— Хорошо, — кивнула Виолетта и молча последовала за мной.

Сама тренировочная площадка выглядела вполне обычно. Мы проходили мимо импровизированных арен, где обычно проходили спарринги у воинов. За ними дальше начиналось стрельбище. Так ученики называли места, где стояли стойки. Оттуда заклинатели прицельным огнём должны были поражать мишени. В данном случае мишенями выступали соломенные чучела.

Подойдя к стойке, я повернулся и обратился к Виолетте:

— Виолетта, покажи, как ты кастуешь ледяную иглу, — попросил я девушку.

— У меня она не получается… — девушка виновато перевела взгляд на стойку и нервно стала стучать ногой о землю.

— Это неважно. Мне надо посмотреть на сам процесс создания, чтоб найти проблему, — сложил я руки на груди и многозначительно посмотрел на соученицу. — Я ведь здесь для того, чтобы помочь.

— Хорошо… — всё так же неуверенно проговорила она, после чего подошла к стойке и протянула руку.

Раньше я мог оперировать только результатом работы заклинания и то, как оно вело себя в процессе создания, но сейчас моя чувствительность стала выше, и я наконец-то мог ощущать магию. Поэтому эта тренировка была не только для Виолетты, но и для меня.

Я почувствовал, как мана стала течь по её телу, от ядра к энергетическим каналам, а от них уже к рукам. Из рук девушки одна за другой стали появляться тонкие магические нити, формируя конструкт. Следом в созданный магический круг девушка вплела отдельные части плетения. Ровно три штуки.

Первое отвечало за наполнение магическим атрибутом. В самой формуле заклинания оно было необязательно, но тогда вместо ледяной иглы вылетела бы обычная, нейтральная — по сути, консистенция чистой магической силы.

Второе плетение отвечало за форму заклинания. С этим, к моему удивлению, у девушки никаких проблем я не заметил. Скорее, уж наоборот — контроль у неё был на высшем уровне, если судить только по этому плетению.

Проблема как раз возникла с третьим плетением, отвечающим за уровень силы заклинания. Уж не знаю почему, но она влила в него столько маны, что конструкт попросту не выдержал и треснул, как стекло, разбившись на множество осколков.

— Вот так всегда. Я начинаю кастовать заклинание, и вроде получается, а потом вот… — грустным голосом сказала она, поправив очки.

От меня также не ускользнуло, как дрожали её губы. Похоже, кто-то очень боится критики в свой адрес.

— Ничего страшного, — вновь повторил я с теплой улыбкой на лице, чтобы девчушка так не робела. — Проблему я обнаружил, и это главное. Ты вливаешь слишком много маны в конструкт. Если быть точным, то в плетение, отвечающее за силу магии. Неужели твой наставник этого не заметил? — приподнял я левую бровь.

— Мне об этом говорили, — покачала головой Виолетта, после чего прямо посмотрела на меня, не отрывая взгляда. — Я просто не могу ничего с собой поделать. Я пыталась уменьшить количество маны, но у меня не получается. Я не понимаю, почему могу придать форму, но не могу контролировать само количество вливаемой маны. Неужели я такая бездарность⁈ — в сердцах произнесла она и осеклась, поняв, что потеряла контроль над эмоциями и кому говорит эти слова.

Похоже, она давно хотела кому‑то выговориться, но не представлялось подходящего случая. А тут я, который благосклонно отнёсся к её проблеме. Правда, из‑за этого Виолетта сама себя загнала в неловкую ситуацию. Придётся теперь самому её развеивать.

Прежде, чем девушка успела что‑то сказать в своё оправдание или надумать лишнее, я мягко улыбнулся.

— Ты не бездарность,