Драконья кровь и клятва врача - Татьяна Кравченко

Татьяна Кравченко

Драконья кровь и клятва врача

Глава 1. «Следующий, пожалуйста»

Белые стены клиники мягко отражали золотистый свет ламп-светляков. Он не резал глаза, а будто окутывал пространство теплом, приглушая резкие линии современного оборудования. Здесь, в "Клинике Чудес", переплетались два мира: мир магии и мир человеческой науки. На серебристых полках стояли колбы с зельями вперемешку с контейнерами для анализов; в шкафах покоились как хирургические инструменты, так и древние амулеты; на столах можно было увидеть рядом и голографический сканер, и кристалл-памятник, хранящий образы прошлых жизней пациента.

У окна стояла она — Вайрис Ланделл, главный врач и основатель клиники.

Высокая, с длинными сине-фиолетовыми волосами, которые струились, словно ночная река под луной, и переливались от каждого движения. На её левом плече под тонкой тканью халата угадывались крошечные, почти невидимые на первый взгляд драконьи чешуйки — наследие древнего рода, которое она обычно прятала. Но те, кто чувствовал магию, знали: перед ними — не просто человек.

Её кабинет был просторным, с широкой стеклянной дверью, ведущей в зал ожидания. На стенах висели картины, написанные феями-художниками, на столе в вазе стояли цветы, чьи лепестки светились мягким неоновым сиянием — дар лесных духов за спасённого юного кентавра.

Вайрис сидела в своём кресле и просматривала записи на магическом планшете. В клинике никогда не бывало спокойно: в один день сюда приходил оборотень с простудой, в другой — сирена с обожжёнными плавниками, в третий — дракон, жаловавшийся на то, что не может выдыхать пламя.

Она нажала серебряную кнопку на столе.

— Элис, пригласите следующего, — сказала тихо, но уверенно.

За дверью раздалось лёгкое шуршание. Элис, её ассистентка, не была человеком. Когда-то она была созданием из чистого лунного света, а потом обрела плоть. Сейчас она выглядела как девушка с короткими серебристыми волосами и глазами, в которых отражались звёзды, даже днём.

— Доктор, следующий пациент уже ждёт, — отозвалась Элис.

Щёлкнул замок двери, и в кабинет вошёл… грифон.

Он был ростом чуть ниже дверного проёма, с золотистым пером на голове и сильными лапами, заканчивающимися когтями, но двигался осторожно, стараясь не поцарапать пол. Его крылья были аккуратно сложены, а глаза цвета янтаря метали обеспокоенные искры.

— Добрый день, — грифон наклонил голову. Голос у него был глубокий, чуть хрипловатый. — Простите за беспокойство… но со мной что-то неладное.

Вайрис пригласила его присесть на большой ковёр в центре комнаты, укреплённый чарами, чтобы выдерживать вес драконов и прочих крупных существ.

— Расскажите, что случилось, — мягко произнесла она, беря в руки маленький серебряный прибор, больше похожий на волшебный жезл, чем на медицинский инструмент. Его наконечник мерцал, меняя цвета.

Грифон тяжело вздохнул.

— Пару дней назад я начал чувствовать… слабость. Крылья будто налились свинцом, в груди жжёт, а когда летаю, уши закладывает так, что слышу только гул. И… — он замялся, — я перестал петь.

Вайрис подняла взгляд.

— Петь?

— Да, — кивнул грифон, — мы, грифоны, поём на закате, чтобы отпугивать ночных охотников. Это часть нашей магии. А теперь мой голос… просто пропал.

Она подошла к нему ближе, чувствуя, как от его перьев идёт тепло. Провела прибором вдоль груди, и тот зазвенел тонкой нотой, вспыхнув зелёным светом.

— Хм… воспаление воздушных мешков, — пробормотала Вайрис. — Вы летали в грозу?

Грифон отвёл взгляд.

— Было дело. Нужно было передать письмо через горы, а буря настигла в пути.

Вайрис тихо вздохнула.

— Вот и результат. Магия голоса грифона связана с дыханием. Если воспаление не вылечить, можно потерять способность петь навсегда.

Он побледнел — насколько это вообще возможно для грифона.

— Что мне делать?

Вайрис подошла к шкафу и достала два пузырька — в одном было густое серебристое зелье, в другом — маленький кристалл, мерцающий мягким голубым светом.

— Пить это зелье каждое утро по три капли. Кристалл держать у груди, он будет прогревать и снимать воспаление. И, пожалуйста, без полётов ближайшие десять дней.

Грифон нахмурился.

— Но… я не могу не летать. Это… как перестать дышать.

— Вы хотите снова петь? — строго спросила Вайрис. — Тогда потерпите. Я дам вам зелье, которое заменит полётную нагрузку магической стимуляцией мышц. Но без настоящего полёта.

Он тяжело кивнул, а потом тихо сказал:

— Спасибо, доктор. Я слышал, что вы лечили даже чёрных драконов… Может, и мне повезёт.

— Повезёт, — улыбнулась Вайрис, — если будете слушаться.

Грифон поклонился, аккуратно взял зелье и кристалл, и, расправив крылья, вышел из кабинета.

Вайрис снова нажала кнопку.

— Элис, следующий, пожалуйста.

— Доктор Вайрис, на сегодня приём завершён. Больше пациентов нет.

— Поняла, — отозвалась она, снимая с плеча стетоскоп и аккуратно кладя его на стол. — Я пойду вОтделение магической реабилитации №3.

В документах оно значилось сухо и официально, но в клинике его все называли простоОтделение странных случаев. Именно сюда попадали пациенты, чьи болезни или состояния были настолько редкими и причудливыми, что обычные врачи только разводили руками.

Вайрис вышла из кабинета, прошла по длинному коридору, где стены меняли цвет в зависимости от времени суток, и свернула в боковое крыло. Здесь пахло свежей мятой и сухими травами, а воздух был немного влажным — так магия лучше работала.

За массивной дверью из орехового дерева начиналсяГрибной блок— временная палата для пострадавших шахтёров-гномов.

Внутри стояли широкие деревянные кровати, рассчитанные на низкорослых пациентов, но сейчас они казались малы — ведь гномы, лежавшие на них, выросли почти до роста человека. Их бороды распушились, волосы стали гуще, а лица слегка отекли. На тумбочках стояли кувшины с отварами, а в углу поблёскивал большой котёл, в котором кипело снадобье из зелёных листьев и пыльцы лунного мака.

— Добрый вечер, господа, — сказала Вайрис, входя и окидывая пациентов внимательным взглядом.

— Добрый-то он добрый, — пробурчал самый старший из гномов, по имени Бургрим, — но когда мы снова сможем пролезть в свои дома?

— Как только ваш рост вернётся в норму, — спокойно ответила она. — И для этого мы работаем.

Вайрис подошла к первому гному, лежавшему под одеялом, и достала из кармана небольшой золотистый шарик. Он мягко загудел, и вокруг пациента появилось полупрозрачное свечение. На поверхности шара проявились символы, похожие на крошечные руны.

— Лёгкий остаточный