Сохрани. Уничтожь - Мария Хронос

Сохрани. Уничтожь

Пролог

Анфелим. Август 193 года с даты открытия гена Ингмара

— Ну, чего ревешь? Такой красивый парень, а такой нюня!

— Красивый?... — Киран кисло улыбнулся. Старуха явно плохо его разглядела в наступающих сумерках. Его лицо было обезображено глубоким шрамом, рассекающим правую сторону от лба до середины щеки — неровная бугристая полоса прерывалась лишь у глаза, который теперь был затянут мутной белой пеленой.

— Ох ты, — старуха, шаркая, подошла и оперлась о парапет, встав так близко к Кирану, что ему в нос ударил горький запах табака, пропитавший её одежду. — Ну, издалека ты выглядел симпатичным.

Киран фыркнул и вытер левую щеку. Правую трогать боялся — шрам снова саднило. Он болел всю последнюю неделю, хотя Вэлли в клинике не находили никакой патологии.

— Так чего ревешь? — старуха порыскала по карманам и выудила длинную курительную трубку.

— А ты не очень догадливая, да? — усмехнулся он, наблюдая, как ее кривые длинные пальцы деловито забивают табак.

— Хочешь, чтобы я угадала? — прищурилась старуха.

Он молчал, пока она заканчивала приготовления и раскуривала трубку, пуская длинные струйки сизого дыма. Наконец, повернувшись лицом к морю, она выдохнула в очередной раз, и вместе с дымом из ее рта вырвались слова:

— Ты пришел на ярмарку в поисках чуда. Но так и не нашел ничего для себя.

Киран уставился на свои кроссовки, ковыряя пальцем грязь, присохшую к люверсам.

— Ярмарка кончилась, а ты все здесь. Что ж, не теряешь надежды?

Он шмыгнул носом и пожал плечами вместо ответа.

— Я тоже не спешу домой. Не все разошлось. Осталось вот три вещички. Хочешь взглянуть?

Киран недоверчиво покосился на старуху. Что она могла ему предложить? Ни один артефакт на свете, даже самый древний, не был способен исправить уродство, сотворенное Нельт. Разрушающая Ри запеклась у него под кожей, и кто знает, сколько ещё времени будет причинять боль. Может быть, это на год или на два. Может быть — на всю жизнь.

— Валяй, — сказал он, хотя бы для того, чтобы странная старушенция уже отстала. — Показывай свое барахло.

Она улыбнулась — во рту не хватало половины зубов. Морщинистая рука юркнула в безмерный карман плаща, чтобы потом протянуть Кирану три несчастных колечка: почти одинаковые на вид, узорчатые, без камней, и явно не из ценного сплава. Но от них несло Ри так сильно, что Киран ощутил мягкую вибрацию воздуха, даже не успев протянуть к ним руку.

— Выбери только одно.

— И что в них?

Старуха пожала плечами.

— Одно сделает тебя невидимым лишь на мгновение. Второе — подарит красоту до полуночи. А третье… Третье сделает тебя счастливым навечно. Выбирай мудро!

Киран усмехнулся, смерив торговку недоверчивым взглядом.

— Ты же жаловалась, что не смогла их продать? Почему даёшь только одно?

Она недовольно сморщилась, тыкая в его сторону трубкой.

— Выбирай, несносный мальчонка! Не то вовсе передумаю.

— Красота до полуночи? Бессмыслица, — хмыкнул он. — Счастье… Счастье не бывает вечным. Исчезнуть — пожалуй, единственное, чего я хотел бы по-настоящему.

Торговка склонила голову набок, пронизывая его изучающим взглядом. Сумерки сгущались, и Киран не видел наверняка, но на миг ему показалось, что её маленькие глаза блеснули тем серебристым оттенком, который изредка отражался в его поврежденном глазу — болезненный след запечатанной Ри.

— Уверен? — качнула она головой.

— Давай уже, — рассмеялся Киран. — Не то вовсе передумаю.

Она цокнула языком, но, помедлив, выдала ему одно кольцо, остальные спрятав в карман.

— Сколько ты просишь? — он достал бумажник и уже собирался открыть, когда старуха ответила:

— Расплатишься, когда явишься в следующий раз.

Киран замер, недоуменно моргая.

— В следующий раз? С чего ты взяла, что он вообще будет?

Старуха причмокнула и покачала головой.

— Сейчас ты еще не готов.

Киран неоднозначно потряс бумажником в воздухе.

— Думаешь, тут недостаточно?

Она лишь засмеялась, кутаясь в плащ, сплошь состоящий из заплаток. Засунула в рот мундштук, и, не прекращая дымить, поковыляла прочь — в сторону пустынной площади, где всего каких-то пару часов назад было не протолкнуться меж бесконечных палаток. Киран не стал ее звать. Пожал плечами, пряча бумажник в карман джинсов, и опустил взгляд, вертя меж пальцев загадочное кольцо. Должно быть, оно было зачарованно Эрру — если, конечно, старуха не соврала и оно и вправду могло сделать его невидимым. Но для артефакта с иллюзией вибрация Ри была слишком мягкой. Слишком… неправильной.

Черт знает, что вообще это было.

Киран вздохнул, опуская кольцо в карман, спрыгнул с парапета и медленно побрел через площадь к припаркованной поодаль машине.

Как бы он ни хотел исчезнуть, в этом мире все еще оставался тот, кто нуждался в нём.

Исчезать было слишком рано.

***

Июль 194 года

— Святые! — Лавли облегченно выдохнула, протягивая Крис коричневый фартук. — Хорошо, что ты здесь. Тут часа два торчал жуткий парень с шрамом на пол лица. Я была уверена, что он собирается нас ограбить.

Крис усмехнулась, перекидывая завязки за шею.

— О, ты бы с ним справилась, Лав.

— В одиночку — ни за что. Ты с ним не пересеклась на выходе? — Лавли оперлась о барную стойку, следя за тем, как Крис завязывает фартук за спиной.

— Не-а. Больше никаких происшествий?

— Ну-у, за исключением того, что Фанни больше не выйдет на смену…

— Проклятье, — Крис застонала, поднимая глаза к потолку. — Час от часу не легче.

— Может, нам и самим пора сваливать из этой дыры, — Лав пожала плечами, вздыхая.

В глубине зала раздался смех, а затем звон стекла и ругань. “Драгон Пиллс” жил своей обычной жизнью: в полумраке разливался густой запах рома, смешанный с дымом, звенел лёд в полупустых бокалах, с тихим шипением открывались бутылки пива. Старенький телевизор крутил футбольный матч, собирая вокруг себя стайку мужчин, спорящих между собой и ругающих судью такими словами, что окажись в этом месте мать Крис хотя бы на долю секунды, ее бы немедленно