Ловец титанов - Родион Кораблев Страница 26

Все-таки сейчас принять быстрый душ. Сполоснуть хотя бы волосы.

Не похоже, что он вот-вот проснется.

Я скрываюсь за дверью ванной. Включаю воду, становлюсь под душ, закрываю глаза и наконец спокойно дышу. Вода смывает всё — кровь, страх, пыль, панику. Я нежусь под горячими струями, намыливаю тело порционным мылом, а волосы мою шампунем из такого же маленького тюбика, как вдруг слышу звук открывшейся двери, а затем щелчок замка. И шаги.

Я замираю. Резко оборачиваюсь, сердце падает в живот. За матовой перегородкой виден только силуэт.

— Кто это? — спрашиваю. — Кто здесь?

Ответа нет, силуэт приближается.

25.

Весна

Я застываю в ужасе, прижимаюсь к гладкой плитке стены. Горячая вода струится по коже, но меня бьет озноб, холод будто идет изнутри.

Силуэт всё ближе. Подходит вплотную к матовой двери, останавливается на мгновение. Я вижу отчетливо, что это мужчина.

Кто бы это ни был, он знает, что я тут. И я одна.

Тело парализует паника. Куда бежать? Что с Троем? Я ведь видела, что восстановление ещё не завершилось…

Если это враг, то он наверняка уже разделался с ним…

От этой мысли сердце болезненно сжимается. Нет, только не это!

Рука мужчины снаружи поднимается, берется за ручку, и дверь душевой открывается. Я сжимаюсь от страха, усилием воли не давая себе зажмуриться, и вижу в в проёме Троя.

Трой?!

Приглядываюсь, ловя по коже горячие мурашки — Трой. Живой.

На нём только тёмные шелковые брюки. Голый мускулистый торс покрылся тончайшей испариной, а на груди виднеется свежий рубец — отметина спасённой жизни.

Наши взгляды сплетаются. Его чёрные глаза сверкают диким голодом. Диким и... осознанным.

Проходит несколько тягучих, как смола, мгновений, пока я соображаю, что я перед ним голая. К лицу тут же приливает кровь, а руки сами тянутся к груди и низу живота.

— Трой… — выдыхаю я с облегчением.

Он не отвечает. Закрывает за собой дверь душевой и встает ко мне под горячие струи. Я жадно рассматриваю его красивое тело.Он такой же прекрасный, как в моем том сне. Но… это неправильно. Это совсем неправильно.

Я дрожу, не понимая, что происходит.

— Как… — я сглатываю, осознавая всю банальность того, что хочу сказать. — Как ты себя чувствуешь?

Я снова ловлю черный взгляд Троя, обжигающий и жадный. Он скользит им по моему лицу, цепляясь за губы, спускается ниже, точно гладит, облизывает ключицы, останавливается на груди. Трой просто пожирает глазами мое тело.

— Ты в порядке? — шепчу, едва справляясь с дрожью.

Наши тела в паре сантиметров друг от друга. Кажется, если я вдохну чуть поглубже — коснусь его грудью, которую так и прикрываю рукой.

Трой наклоняется и ловит мои губы поцелуем, язык требовательно толкается в рот. Я всхлипываю и отдаюсь жаркому ощущению, которое пульсирует между стиснутых бедер. Пускаю его, кайфуя и сокрушаясь одновременно.

Запах Троя проникает в нос, кружит голову. Внутри все сжимается, внизу живота будто скручивается раскаленная пружина.

Какой-то дальней частью сознания я фиксирую, что происходящее недопустимо. У нас ведь рабочие отношения, но тело плавится под напором Троя, и я безвольно отдаюсь этому.

Его ладони ложатся мне на плечи, сжимают, но не больно. Властно. Будто мое тело принадлежит ему.

— Я хочу тебя… — разорвав поцелуй горячо шепчет Трой, опаляя шею дыханием. — Сейчас.

Сердце будто выстреливает в горло. Пульс стучит в ушах.

Я кладу руки на его твердую каменную грудь, но не могу заставить себя его оттолкнуть, поднимаю голову, пытаясь выдавить из себя разумную реплику:

— Это… очень плохая идея. — Голос хриплый. — Мы не должны…

Но Трой не слышит. Или не хочет слышать.

Он ласково касается моей груди, обхватывает ладонями, гладит нежно, медленно, изучая. Соски мгновенно напрягаются и становятся очень чувствительными. Каждое его прикосновение вызывает дрожь. Я уже вся в мурашках. Дыхание сбивается.

Невольно опускаю взгляд. У него красивые ладони. Большие пальцы кружат вокруг бусин сосков, заставляя меня выгнуть спину. Между ног скапливается жар.

Я всхлипываю, вцепляюсь в его предплечья. Но лишь сжимаю пальцами стальные мышцы. Не могу оттолкнуть.

Надо это прекращать. Это неправильно. Мое тело бунтует и отказывается подчиняться командам мозга. Пульс стучит в ушах. Я хватаю ртом воздух, беспомощная перед волной желания, захлестнувшей меня с головой.

Трой наклоняется и целует меня в шею, его ладонь скользит вниз по животу и проникает между бедер. Я хочу этого, черт. Я невероятно сильно его хочу.

Он нежно проходится пальцами по чувствительной коже, там уже все хлюпает, мои соки размазываются по внутренней стороне бедер.

— Ты тоже хочешь, — констатирует Трой мне на ухо и скользит языком к ключице, разбрасывая по коже новую волну огненных мурашек.

Его губы находят чувствительную точку у ключицы. Я сдавленно стону. Меня уже просто трясет от желания. Я хочу его всего. Больше, чем сейчас.

Трой ласкает меня между ног нежно, но настойчиво.

О Боже… Я вздрагиваю, глотаю стон, но понимаю, что долго скрывать их я не смогу.

Трой изучает меня — одним, потом двумя пальцами, растягивает, поглаживает, дразнит. Бедра стремительно слабеют, низ живота сводит точно судорогой. Внутри жар, точно кипятка плеснули.

— Уже вся мокрая, малышка, — рычит он мне в шею, и я издаю предательский всхлип.

Трой глубоко ласкает меня пальцами — медленно, с расстановкой. Чувствует, как это на меня действует, и продолжает сладкую пытку. Каждый толчок будто выверен с поразительной точностью. Даже наедине с собой у меня не получалось доставлять себе столько удовольствия. Будто он лучше меня знает, как надо доводить меня до оргазма.

Его вторая рука продолжает ласкать грудь, пальцы безжалостно по очереди теребят набухшие соски. Я перестаю контролириовать свои реакции, позволяю себе стонать в голос. На каждое движение Троя. Чувствую себя совершенно развратно, но сейчас мне плевать.

— М-м, Весна, какая ты чувственная девочка! — рокочущий шепот проникает в уши