По прозвищу Святой. Книга 4 - Алексей Анатольевич Евтушенко Страница 26

— Не слишком, это как?

— Думаю, в радиусене более трёх километров. Скорее, меньше.

— Чёрт возьми! — быстро подсчитал майор Юрген Брайтнер. — Это же почти тридцать квадратных километров площади. Вы серьёзно?

— Начнём с радиуса в пятьсот метров, и постепенно будем увеличивать, — сказал Йегер. — Ничего, майор. Это в любом случае лучше, чем сидеть в окопе под огнём русских, верно?

Первый день поисков не дал ничего.

Сейчас шёл второй.

Они докурили одновременно. Бросили окурки на землю.

— Ну, вы как? — спросил Брайтнер.

— Нормально, — сказал Йегер, отрываясь от сосны. — Пошли.

Ему, действительно стало лучше, голова перестала кружиться, тошнота прошла. Чёртова контузия, когда же она окончательно его отпустит…

— Господин майор! — раздался крик впереди. — Сюда! Что-то есть!

Они подошли.

Солдат с армейским миноискателем Wien 41, стоял в небольшой ложбине среди валёжника и слежавшихся остатков снега.

— Что у тебя? — спросил Брайтнер.

— Отчётливый сигнал, господин майор, — доложил сапёр. — Здесь точно что-то есть.

Подошедшие егеря и сапёры быстро разбросали валёжник и взялись за лопаты. Остатки снега непомешали, и вскоре лопаты на что-то наткнулись.

— Есть! — воскликнул кто-то из солдат. — Что это? — он нагнулся, отбросил в сторону комья земли. — Похоже на какую-то мешок или сумку…

— Вытаскивайте, — скомандовал Брайтнер.

Через десять минут на свет из-под земли были извлечены три гибких и мягких продолговатых мешка зеленоватого цвета.

— Какой необычный материал, — сказал Брайтнер, ощупывая один мешок. — Похож на брезент, но не брезент. Это то, что мы ищем?

— Сейчас посмотрим. Всем отойти на двадцать шагов. Оставьте меня одного. Вас это тоже касается, майор.

Брайтнер с каменным лицом отошёл, махнув рукой солдатам.

Йегер присел возле мешков. Ощупал один. Потянул молнию-застёжку. Извлёк лёгкий топорик с причудливо изогнутой рукояткой из неизвестного, похожего одновременно на пластмассу и резину материала.

Повертел в руках, отложил.

Затем последовал какой-то гибкий чёрный обруч с изящным утолщением посередине и красной кнопкой. Йегер нажал на кнопку. Тотчас из утолщения вырвался заметный даже солнечным днём луч света. Ещё одно нажатие — луч погас.

Ясно, это фонарик. Видимо, надевается на голову, как у шахтёров.

Дальше копаться в мешке он не стал — уже было понятно, что его поиски закончились успешно.

Он застегнул мешок и выпрямился.

— Можете подойти! — махнул рукой.

Солдаты и майор подошли.

— Забирайте это всё, уносите, грузите в машину, — приказал Йегер. Предупреждаю сразу. Если кто-то попытается открыть мешки, сразу же пойдёт под трибунал.

План окончательно сложился, когда они вышли из леса, расселись по машинам и поехали назад в Лугины.

Минут десять он рассматривал план со всех сторон, ища слабые места. Откровенно слабых не нашёл. Был один не слишком надёжный момент, связанный, как всегда, с человеческим фактором, но тут уж ничего не поделаешь, приходится рисковать.

Когда через два дня в Лугинах появился Шило, Йегер его уже ждал.

— Сделать так, — сказал он. — Ты возвращаться в отряд и говорить, что узнал важный сведений. Узнал от немецких солдат со склад, где покупать консерва и маргарин.

Йегер знал, что Шило иногда покупал мясные и рыбные консервы, а также маргарин с немецкого склада. Деньги, как догадывался штурмбанфюрер, каким-то образом передавались отряду советским командованием из-за линии фронта. Разбираться со всем этим, отправлять под трибунал вороватого начальника склада и его подчинённых он не спешил. Это было выгодно ему, Йегеру. Пока выгодно. Когда дело будет сделано, партизанским отрядом и всем, что с ним связано, займутся другие люди.

— Какие сведения? — спросил Шило.

— Готовится большой рейд на отряд. Через три день. Егерь. Много, батальон. Мы точно знать, где находиться отряд, получить приказ его уничтожить. Всех. До последний человек.

— Вы сами пойдёте?

— Зачем? Нет. Егерь.

— Так вы же Егерь, сказал терпеливо Шило. — Это ваша фамилия.

Йегер секунду моргал глазами, не понимая, о чём говорит этот русский. Потом дошло. Ну конечно! Его фамилия Йегер. Что и означает егерь, охотник.

Он засмеялся, протянул руку и похлопал Шило по плечу:

— Гут, гут. Йа, Йегер. Но — нет, я не пойти. Пойти солдат, егерь, много. Батальон.

— Егеря, — догадался Шило. — А если мне не поверят?

— Вы выставить… как это… дозор. Далеко от лагерь. Ты точно сказать, откуда и когда пойти немецкий егерь. Дозор увидеть это, предупредить. Женщины и дети уходить. Отряд принимать бой и потом тоже уходить.

— Женщинам и детям отряда уходить? — переспросил Шило.

— Да. Спасать женщин и детей — это нужно делать всегда. Они уйти. Ты их вести.

— Куда?

— Липники знать?

— Кто ж незнает, знаю.

— Пасека возле Липник. Пчёлы. Сейчас там нет никто. Брошена.

— Пасека вуйко Акима?

— Йа. Туда вести женщин и детей. Среди них должна быть Людмила. Живая. Это главное. Не будет Людмила, всех убить. И ты.

— Так это всё задумано, чтобы получить Людмилу? — догадался Шило. — Зачем она вам?

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвать, — продемонстрировал Йегер знание русских пословиц и поговорок. — А любопытный Шило — голова. Делать, как я сказать, и получать жизнь и деньги. Вопрос?

— Есть один, — сказал Шило, подумав. — Зачем немецкий солдат со склада всё это мне рассказал?

А он не дурак, подумал Йегер. Продажная сволочь — это да. Но не дурак. Надо будет подумать о том, чтобы сделать из него агента. Потом.

— Немецкий солдат не любить фашизм, любить коммунизм.

— Антифашист? Нет, мне точняк неповерят.

— Бумага поверят?

— Какая бумага?

— Записка. Солдат написать записка, немецкий язык. Где всё объяснять и ставить подпись.

— Записка может сработать, — согласился Шило. — Это прямая улика против него. Если попадёт в руки гестапо, его повесят или расстреляют… В масть [3] придумали, господин штурмбанфюрер! Пишите маляву [4]. Записку.

Они ещё трижды, до самых мелочей, прошлись по плану, после чего Йегер снабдил Шило мешком с консервами, якобы приобретёнными на складе, запиской и отправил в отряд.

Оставалось окончательно проработать детали плана с майором Брайтнером.

[1] Лечь! (нем.)

[2] Ты понимаешь? (нем.)

[3] Хорошо, классно (блат.)

[4] Записку (блат.)

Глава одиннадцатая

Хорошо быть немецким фельдфебелем в оккупированном старинном европейском городе вдали от