Ликвидация 1946. Том 1 - Петр Алмазный Страница 23

Водителю сказали:

— Будь у машины. Страхуй.

Дом оказался старенькой, просевшей избой с маленькими окошками. Но участок аккуратный, чистенький. Чувствуется женская крестьянская рука.

«Виллис» стоял тут же, тщательно накрытый брезентом.

— Ну, пошли, — скомандовал я.

Мы очень быстрым шагом, почти бегом, двинулись к крыльцу. Оставалось всего метров пять, когда вдруг на него из дома вышел, поеживаясь от холодка, полуодетый парень.

Увидев нас, он обалдел. Замер на миг. И завопил:

— Марат! Атас!

И метнулся обратно в дом.

— Стой! — одним прыжком я взлетел на крыльцо.

Глава 10

Ступин попытался было захлопнуть за собой дверь. Но я этого ему не позволил.

Броском вклинился в дверной проем, отшвырнул налетчика в глубь дома.

В ноздри мне ударил запах деревенского жилья.

— Лежать! Лежать, не двигаться! — свирепо заорал я, зная, как такой крик ломает волю.

Ступин замешкался, и я врезал ему рукоятью ТТ в левую скулу. Не слишком сильно, но этого хватило. Он рухнул, что-то невнятно крикнув. А я приказал громко и отчетливо:

— Иван! Возьми второго!

Иван промчался через сени в комнату:

— Руки вверх! Руки! Лежать, не двигаться!

Я ткнул Ступина носком сапога.

— Лицом вниз! Руки за спину. Руки! — и застегнул ему на запястьях наручники.

Судя по звукам из комнаты, из шофера Величкина боец оказался так себе. Кудрявцев успешно трамбовал и обездвиживал его.

Помимо наручников имелись у нас и надежные веревочные «вязки». Я прочно закрепил ими лодыжки Ступина, лежавшего совершенно смирно и не помышлявшего даже чуть-чуть взбрыкнуть. После чего подхватил задержанного под руки и поволок в комнату. Там Кудрявцев заканчивал примерно так же паковать второго. Ну, тот все же немного подергался.

— Тихо, тихо, — урезонивал его старлей. — Привыкай! Теперь тебе лет десять на лесоповале топором махать, так что силы береги. Понадобятся.

Мы усадили задержанных на полу, спинами к стенке. В доброго и злого полицейских играть не стали. В данной ситуации такой спектакль ни к чему.

— Ну, граждане разбойники, предупреждаю сразу, — произнес я. — Чистосердечное признание смягчает… И так далее. Поэтому колитесь по-хорошему. И сдавайте похищенное. И оружие, понятно. Труп вашего Фили нами опознан. Ждет вас в морге. Шутка! Пряников печатных, конечно, обещать не стану, а вот признание зафиксирую. Год-два со срока слетит. А это немало. Итак, вопрос: где деньги? Жду ответа.

Ответа не последовало. Двое тяжело дышали, старались не смотреть друг на друга. Наверное, никто не решался начать первым. По уму бы, конечно, было неплохо растащить их по разным комнатам и допросить порознь. Но на это пока не было времени.

— Так, ребята, — сказал я без эмоций, — может, вы не поняли, с кем имеете дело? Поясняю: государственная безопасность. Не милиция, не думайте. Все очень серьезно.

Говоря это, я внимательнейшим образом отслеживал реакцию обоих. Уловил, что у Ступина она поживее. Величкин, видимо, вообще обладал туговатой психикой. Не то, чтобы дурак, а тормозила такой. Не знаю уж, какой из него шофер был. По тому, что я видел у сберкассы — рулил он неплохо. Но там ситуация была такая, что жить захочешь — зашевелишься.

Кстати, вспомнив это, я вспомнил и еще кое-что. Надо глянуть! Только не сейчас.

— Ступин, — нажал я, — ну какого черта? Ну шевельни ты мозгами! Найдем же, все перевернем. Тебе оно надо? Сестре твоей? А так скидку получишь! Ты же не стрелял, не убивал. Крови не тебе нет. Кассиршу по голове если ты звезданул, ну это так, легкая травма. Выведем за скобки. Да, свое получишь, спору нет. Но это ведь не конец жизни! Раньше выйдешь. Всё, не думай больше о прошлом, думай о будущем!

Эта жаркая речь сработала внезапным образом: очнулся Величкин. Зашевелился, заерзал на полу и с трудом произнес:

— Так это… вон, в подполе, — и указал взглядом.

Я вмиг приподнял домотканый полосатый половичок. Под ним обнаружился люк в подпол.

— Оружие?

— Тут, в комнате. Вон там…

Фонарь у меня, разумеется, при себе имелся. Включив его, я обнаружил в подвальном помещении три мешка разной степени наполненности: видимо, хватали и гребли деньги в спешке, как попало. Обнаружил и два стареньких нагана — один двадцатых годов выпуска, другой и вовсе царских времен.

— Все здесь? — сурово спросил я, тряся мешками перед унылыми рожами грабителей. — Точно⁈

— Точно, точно… — бубнили они, — все тут, все на месте…

Они стали куда словоохотливее. Первое признание оказалось самым трудным, дальше дело пошло бодрее. Мы с Кудрявцевым работали с задержанными, так сказать, в две головы, и я чем дальше, тем больше убеждался в толковости старшего лейтенанта. Это радовало. А вот результат допроса не очень.

Величкин и Ступин не лгали. И мы прокачивали их вопросами так, что не соврешь, да и в сущности врать им было ни к чему. Из их показаний следовало, что никакой связи с предполагаемой резидентурой у них нет. Могла быть у Фильченкова, но тоже не факт.

— Револьверы откуда?

— Да он же, Филя, принес, — бормотал Ступин. — Не знаю, откуда. Мы не спрашивали. Он это не любил… когда вопросы задают.

И я постепенно склонялся к мысли, что главарь мини-шайки был в контакте с организацией, а подчиненных в это дело не посвящал. Охмурил дураков вслепую, чистой уголовщиной. Пока вместе работали, он подавил их могучим интеллектом, пошатнул моральные устои, и без того, видать, не сильно прочные. Так вот и сбил на кривую дорожку.

Стало быть, и эта нить теперь потеряна.

Убедившись в том, я вышел в сумерки, кликнул водителя.

— А ну-ка, давай внимательно их машину осмотрим.

Но внимательно смотреть и не пришлось. Только задрали брезент, как обнаружили след пули, скользнувшей по левому борту. Она содрала краску, вмяла и чуть пропорола жестянку — ну и улетела в неизвестность, слава Богу, никого не задев.

Я велел шоферу вместе с Кудрявцевым караулить задержанных, а сам прыгнул за руль «Доджа», включил фары и понесся к Сельсовету.

Председатель, мужик дисциплинированный, дожидался меня при свете керосинки.

— Телефон у вас есть? — спросил я.

— А то как же! — вскинулся он с гордостью. — Вот!

— Где у вас тут милиция?

— Милиция? — председатель удивился так, словно я спросил его про месторождение алмазов. Впрочем, тут же выяснилось, что опорный пункт в соседнем селе, километрах в трех. Единственный милиционер на всю округу — старшина Иванов.

— Связь есть?

— Ага! Звонить?

— Обязательно. Транспорт у него какой?

— Транспорт? Да какой… На четырех копытах. Кобыла.

— Ну, лучше, чем ничего.

На созвон, объяснение и кавалерийский рейд старшины Иванова ушло