40 градусов в тени - Юрий Гинзбург Страница 33

около четырех тысяч сирийцев, 15 тысяч египтян. Дальнейший ход войны нет смысла описывать, поскольку он широко освещен во множестве произведений разного жанра. Дальше всё было как обычно: окружение арабских армий, тысячи пленных, горы трофейного оружия, истерические призывы арабов остановить «израильских агрессоров», угрозы Советского Союза и т. п. Разгром арабов был полным. Израильские войска находились в сорока километрах от Дамаска и в ста километрах от Каира, имея возможность взять обе столицы. От полной катастрофы Египет и Сирию спасло только активное вмешательство СССР. Война Судного дня стала наиболее масштабной в послевоенной истории. С обеих сторон в войне участвовало в общей сложности более 1,4 миллиона солдат и офицеров, более 5300 танков, свыше 7000 БТР и БМП, около 2700 орудий, более 900 самолетов и 140 вертолетов. В Союзе советские евреи не успели испугаться, а завзятые антисемиты порадоваться. Перелом в войне произошел буквально на третьи сутки. В Союзе мало кто верил советским СМИ, и многие в то время сидели ночами у своих «Спидол», пытаясь выудить крохи информации в треске мощных «глушилок». Из вражеских голосов и обмена информацией с коллегами Игорь узнал, как был возмущен Л. И. Брежнев поражением арабов. Якобы он кричал Громыко (впоследствии оказалось, что это была чистая правда): «Мы столько лет предлагали им разумный путь. Нет, они хотели повоевать! Пожалуйста, мы дали им технику, новейшую – какой во Вьетнаме не было. Они имели двойное превосходство в танках и авиации, тройное – в артиллерии, а в противовоздушных и противотанковых средствах – абсолютное. И что? Их опять раздолбали. И опять они драпали. И опять вопят, чтобы мы их спасли. Нет! Мы за них воевать не станем».

Игорь цифрами, конечно, не владел, но о массированных поставках наземной техники и массовой посылке в Египет и Сирию советских военных специалистов хорошо знал. Потом стало известно, что Египет за промежуток между войнами получил от СССР 1260 танков Т-54/55, 400 танков Т-62, 750 бронетранспортеров БТР-50 и ОТ-62, 150 новейших боевых машин пехоты БМП-1, сотню бронированных разведывательных машин БРДМ. Сирия получила также немало. Вся боевая подготовка велась советскими инструкторами. В период между войнами 1968 и 1973 годов главным поставщиком вооружений Израилю были США. Парк ударных бронированных машин Израиля включал в себя 150 новейших американских танков М60А1, 450 американских бронетранспортеров и командно-штабных машин М577 на базе бронетранспортера МПЗ, около 200 бронетранспортеров МПЗ, около сотни трофейных советских бронетранспортеров БТР-50П и их чехословацких версий ОТ-62 «Топаз», 1850 танков («Шерман», М-48, «Центурион», АМХ) и несколько сотен советских танков Т-54/55 и ПТ-76. При этом трофейная бронетехника модернизировалась в Израиле: так, например, на танки Т-54/55 ставили пушки L7, американские пулеметы, заменили дизели и коробки передач. Таким образом, танковый парк ЦАХАЛ, помимо современной американской техники, во многом состоял из устаревших, модернизированных своими силами модификаций английских и французских танков и БТР, а также из трофеев советского производства.

Во время войны Израиль, конечно, опирался на могучую руку США. Президент Никсон приказал в экстренном порядке немедленно восполнить все технические потери израильтян, причем поставлять самые лучшие образцы вооружений. «Необходимо спасти Израиль, чего бы это ни стоило», – сказал он Киссинджеру.

Начиная с 14 октября, в течение 32 дней американская транспортная авиация совершила 567 рейсов в Израиль, доставив в общей сложности 22 300 тонн военных грузов.

Несмотря на победу, в Израиле о войне Судного дня вспоминают с оттенком скорби из-за высокой цены, заплаченной народом и армией. Ну а в арабском мире, наоборот, несмотря на очевидное поражение, в это время празднуют победу над Израилем. В отличие от Шестидневной войны, война Судного дня в Союзе не вызвала ажиотажа ни среди народа, ни у советских властей. В народе поражение арабов восприняли как закономерность и решили, что еще один эксперимент ничего не решает. В связи с тяжелым положением в стране со снабжением продовольствием и промтоварами, бросовые затраты на вооружение и обучение арабских армий вызывали у граждан глухое неудовольствие. Властям было уж очень трудно говорить об израильской агрессии, поскольку почти всем было понятно, кто на кого напал. Поэтому ничего нового вдобавок к реакции после Шестидневной войны не появилось. Во внешней политике война Судного дня привела к разрыву отношений между СССР и Египтом, и переориентировавшийся на США Садат склонился к подписанию мирного соглашения с Израилем, договоренность о котором была достигнута на саммите в Кэмп-Дэвиде в 1978 году. А вот для израильтян эта война стала холодным душем, остудившим эйфорию в обществе после Шестидневной войны. Поскольку раздувание собственной значимости и пренебрежение мощью врагов или конкурентов является неотъемлемой чертой израильтян, такой урок был очень полезным, хотя за него пришлось заплатить высокую цену.

Караваев, впрочем, как и Игорь, свое обещание выполнил, и, вернувшись в Челябинск, профессор приступил к работе в новой лаборатории. Прежде всего, он решил начать с выработки концепции своей будущей кандидатской диссертации. В ту пору у советского человека, вставшего на стезю науки в любой сфере, не было другого пути обеспечить себе мало-мальски приличное материальное положение и продвижение по службе, кроме как защитить диссертацию. Штатное расписание любого научно-конструкторского учреждения было общегосударственным и четко определяло зарплату «остепененных» работников, занимающих ту или иную должность. Она была почти в два раза выше зарплаты работника без степени. Тему диссертации Игорь уже «выносил», но теперь надо было обзавестись авторитетным руководителем. В качестве такого он наметил Михаила Федоровича Балжи, который заведовал кафедрой колесных и гусеничных машин и был деканом автотракторного факультета ЧПИ. Надо было думать, как к нему «подъехать». Он был очень известный человек, бывший главный конструктор ЧТЗ по танкам, автор проекта тяжелых танков ИС-3 и Т-10, лауреат многочисленных премий и т. д. и т. п. И аспиранты у него были только из очной аспирантуры ЧПИ.

Тут произошло одно событие, оказавшее значительное влияние на профессора как человека и профессионала. Его отец работал с одной женщиной на кафедре теплотехники и термодинамики ЧПИ, брат этой женщины, Владимир Иосифович Барановский, был главным конструктором Брянского автомобильного завода (БАЗ). Он был выходцем с ЧТЗ, где стоял во главе разработки унифицированных трактора Т-140 и артиллерийского тягача АТ-С. Затем производство тракторов было передано в Брянск, а тягачей – на Курганский машиностроительный завод.

Владимир Иосифович почему-то решил вернуться в Челябинск, где он планировал занять должность заместителя директора института, в котором работал Игорь. Естественным было его желание получить как можно больше информации об институте из неофициальных источников, и он попросил сестру узнать, не собирается ли профессор в Брянск.

Как-то в