«Прощание славянки». Символ русской армии - Владимир Васильевич Соколов

Владимир Васильевич Соколов

«Прощание славянки». Символ русской армии

© Соколов В.В., 2026

© ООО «Издательство «Вече», 2026

* * *

От автора

Эта книга о знаменитом марше, который хорошо знают в мире. Однако о судьбе его создателя, об истории марша знают очень мало. Книга в какой-то степени восполняет этот пробел.

Василий Иванович Агапкин, 28-летний штаб-трубач кавалерийского полка, написал свою «Славянку», как ее с любовью называют в народе, отозвавшись болью сердца на далекие Балканские события октября 1912 г. – Первую балканскую войну. В книге воссоздается не только история создания марша, но объясняется почему именно находясь в далеком от событий Тамбове, 28-летний Агапкин воспринял боль единоверного сербского народа как свою собственную. Этому предшествовали долгие годы славных страниц истории сближения славянских народов, о чем Агапкин знал, поскольку глубоко интересовался историей. А дальше Первая мировая война – проводы солдат на фронт под звуки марша. И с парада 1941 г. с заснеженной Красной площади бойцы уходили на фронт, и вдохновлял их марш «Прощание славянки» в исполнении сводного оркестра, которым дирижировал Василий Агапкин. Уникальна судьба композитора. Об этом книга.

Автор выражает сердечную признательность всем тем, кто помог в осуществлении проекта.

Особая благодарность Антону Соколову, воссоздавшему в первых двух главах исторического очерка вехи дружбы сербского и русского народов на протяжении веков, а также показавшему, что ничего не рождается на пустом месте. Агапкина на создание бессмертного произведения вдохновила и многовековая история развития дружеских связей между близкими православными народами.

Из истории русско-сербских отношений

В глубь веков

«Прощание славянки» – именно тот марш, который тесно связан с судьбой Балкан, и появился он в годы суровых испытаний, в очередной раз выпавших на долю балканских народов.

Он стал своего рода призывом к помощи славянским народам в Первую балканскую войну 1912 г. и отзвуком исторических событий XIX века, когда над Балканами гордо звучали российские имена Исаева, Черняева, Раевского и многих других русских добровольцев.

Пожалуй, ни один славянский народ не вызывал в России такого сострадания, такого желания помочь, принять участие в его судьбе, как единоверные сербы.

Отношения наших народов, объединяемых общностью языка и культуры, складывались на протяжении многих веков. Они развивались и обогащались за счет взаимовлияния. Незримая связь сквозь годы и расстояния позволяла радоваться общим победам и воспринимать боль страдающего народа, как свою собственную.

Вот почему Василий Иванович Агапкин, молодой штаб-трубач 7-го запасного кавалерийского полка, расквартированного в Тамбове, в глубинке России, так остро воспринял события, происходящие за тысячи верст на Балканах. Это была его собственная рана: пульсирующие строки в российских газетах, рассказывающие о событиях Первой балканской войны – о страданиях и о славных победах единоверных народов, объединившихся, чтобы окончательно сбросить 500-летний гнет Оттоманской империи, – вдруг в голове молодого композитора начали трансформироваться в ноты и ритм, приобретая очертания бессмертного произведения.

О том, как был написан марш, о нелегкой и одновременно счастливой судьбе его создателя пойдет речь в этой книге, а здесь мы попытаемся показать некоторые вехи развития отношений с близкими балканскими народами, прежде всего с сербским народом, те исторические факты, которые предшествовали созданию марша «Прощание славянки», чтобы лучше понять истоки, причины появления этого гимна патриотизму и состраданию. Не будь этих связей, этих отношений, наверное, не появилось бы и это великое произведение, которое так органично вплелось в долгую нашу историю…

Возьми свой меч – будь Сербии сестрою,

Напомни миру сгинувшую Трою![1]

Одним из самых отдаленных во времени документированных примеров т. н. единения наших народов может служить «Кормчая книга», или церковный и гражданский Свод законов, общих для всех славян, содержащий нравственные принципы славян, и написанный одним общим письмом для Сербии, России и Болгарии. Эту книгу перевел Савва Сербский (1175–1235) – основатель Сербской православной церкви, один из самых почитаемых сербами святых. Примечательно, что христианское служение величайшего сербского святителя началось на Святой горе, и именно в русском монастыре Святого Пантелеимона, где Растко Неманич, как звали его в миру, принял монашеский постриг, получив имя Савва. С русскими монахами во многом связана и деятельность Саввы по созданию сербской богослужебной традиции и устроению автокефальной Сербской церкви. Это неудивительно, поскольку русские появились на Афоне в начале XI в., а до основания Хиландара в 1198 г. у сербских подвижников не было своего монастыря, поэтому немалое их число на протяжении многих лет служили вместе с русскими монахами.

В историю русско-сербских отношений вписали свои страницы просветители Григорий Цамблака и Пахомий Логофет, занимавшиеся исправлением богослужебных книг и церковных обрядов, сербский монах Лазарь Хиландарац, получивший известность благодаря тому, что в 1404 г. собрал и поставил первые часы в Московском Кремле, митрополит Московский Киприан, серб по происхождению, посвятивший свою жизнь Богу и сближению православных русских и сербских церквей. В этот период сербы оказали значимую поддержку тому самому русскому монастырю Св. Пантелеймона на Афоне, который в тот момент испытывал финансовые сложности.

Известно, что в 1517 г. святогорский старец Исайя пожертвовал Василию III, отцу Ивана Грозного, «Житие святого Саввы». Возможно, впечатление от знакомства с этим текстом повлияло на то, что Василий III все свое царствование бескорыстно помогал сербским монастырям, среди них Крушедол и Сисоевац. Свидетельствами прочной духовной связи являются фрески построенного в тот период Архангельского собора Кремля в Москве, на которых изображен Савва и другие сербские святые.

В 1556 г. Иван Грозный, почитавший св. Савву, как и его отец, способствовал причислению его вместе с мучеником князем Лазарем, погибшим в Косовской битве 1389 г., к лику православных святых. Он также передал в дар монахам сербского Хиландарского монастыря Никольскую церковь для монастырского подворья в центре Москвы на Солянке – с этого момента Сербское подворье становится и своего рода дипломатическим представительством Сербии на Руси, через него происходили сборы пожертвований, книг, церковной утвари единоверному народу. Кстати, у самого Ивана Грозного текла и сербская кровь – его бабка, Анна Глинская, принадлежала к знатному сербскому роду Якшичей.

В ходе проведенных в 2024 г. раскопок в сербском монастыре Попрача в Республике Сербской (Босния и Герцеговина) были найдены монеты, отчеканенные при дворе Ивана Грозного, что также указывает на тот факт, что тесное духовное и, возможно, экономическое взаимодействие между нашими народами происходило уже в те далекие времена.

Политика русских правителей в XVII–XVIII вв. на Балканах в целом была последовательной, направленной на консолидацию сил для помощи сербскому и другим балканским народам в их борьбе за освобождение от османского ига. Борис Годунов, например,